Рассказ про молнию: описание, интересные факты, виды (фото)

Содержание

описание, интересные факты, виды (фото)

Древние люди далеко не всегда считали грозу и молнию, а также сопровождающий их раскат грома проявлением гнева богов. Например, для эллинов гром и молния являлись символами верховной власти, тогда как этруски считали их знамениями: если вспышка молнии была замечена с восточной стороны, это означало, что всё будет хорошо, а если сверкала на западе или северо-западе – наоборот.

Идею этрусков переняли римляне, которые были убеждены, что удар молнии с правой стороны является достаточным основанием, чтобы отложить все планы на сутки. Интересная трактовка небесных искр была у японцев. Две ваджры (молнии) считались символами Айдзен-мео, бога сострадания: одна искра находилась на голове божества, другую он держал в руках, подавляя нею все негативные желания человечества.

Небесные искры

Молния – это огромных размеров электрический разряд, который всегда сопровождается вспышкой и громовыми раскатами (в атмосфере чётко просматривается сияющий канал разряда, напоминающий дерево). При этом вспышка молнии почти никогда не бывает одна, за ней обычно следует две, три, нередко доходит и до нескольких десятков искр.

Эти разряды почти всегда образуются в кучево-дождевых облаках, иногда – в слоисто-дождевых тучах больших размеров: верхняя граница нередко достигает семи километров над поверхностью планеты, тогда как нижняя часть может почти касаться земли, пребывая не выше пятисот метров. Молнии могут образовываться как в одной туче, так и между находящимися рядом наэлектризованными облаками, а также между облаком и землей.

Секреты самых необычных природных явлений86784.24

Состоит грозовая туча из большого количества пара, сконденсированного в виде льдинок (на высоте, превышающей три километра это практически всегда ледяные кристаллы, поскольку температурные показатели здесь не поднимаются выше нуля). Перед тем как туча становится грозовой, внутри неё начинают активное движение ледяные кристаллы, при этом двигаться им помогают восходящие с нагретой поверхности потоки тёплого воздуха.

Воздушные массы увлекают за собой вверх более мелкие льдинки, которые во время движения постоянно наталкиваются на более крупные кристаллы. В результате кристаллики меньших размеров оказываются заряженными положительно, более крупные – отрицательно.

После того как маленькие ледяные кристаллики собираются наверху, а большие – снизу, верхняя часть облака оказывается положительно заряженной, нижняя – отрицательно. Таким образом, напряжённость электрического поля в туче достигает чрезвычайно высоких показателей: миллион вольт на один метр.

Когда эти противоположно заряженные области сталкиваются друг с другом, в местах соприкосновения ионы и электроны образовывают канал, по которому вниз устремляются все заряженные элементы и образуется электрический разряд – молния. В это время выделяется настолько мощная энергия, что её силы вполне хватило бы на то, чтобы на протяжении 90 дней питать лампочку мощностью в 100 Вт.

Канал раскаляется почти до 30 тыс. градусов Цельсия, что в пять раз превышает температурные показатели Солнца, образуя яркий свет (вспышка обычно длится лишь три четверти секунды). После образования канала грозовое облако начинает разряжаться: за первым разрядом следуют две, три, четыре и больше искр.

Удар молнии напоминает взрыв и вызывает образование ударной волны, чрезвычайно опасной для любого живого существа, оказавшегося возле канала. Ударная волна сильнейшего электрического разряда в нескольких метрах от себя вполне способна сломать деревья, травмировать или контузить даже без прямого поражения электричеством:

  • На расстоянии до 0,5 м до канала молния способна разрушить слабые конструкции и травмировать человека;
  • На расстоянии до 5 метров постройки остаются целыми, но может выбить окна и оглушить человека;
  • На больших расстояниях ударная волна негативных последствий не несёт и переходит в звуковую волну, известную как громовые раскаты.

Раскаты грома

Через несколько секунд после того как был зафиксирован удар молнии, из-за резкого повышения давления вдоль канала, атмосфера раскаляется до 30 тыс. градусов Цельсия. В результате этого возникают взрывообразные колебания воздуха и возникает гром. Гром и молния тесно взаимосвязаны друг с другом: длина разряда нередко составляет около восьми километров, поэтому звук с разных его участков доходит в разное время, образуя громовые раскаты.

Интересно, что измеряя время, которое прошло между громом и молнией, можно узнать, насколько далеко находится эпицентр грозы от наблюдателя.

Для этого нужно умножить время между молнией и громом на скорость звука, который составляет от 300 до 360 м/с (например, если промежуток времени составляет две секунды, эпицентр грозы находится немногим более чем в 600 метрах от наблюдателя, а если три – на расстоянии километра). Это поможет определить, удаляется или приближается гроза.

Удивительный огненный шар

Одним из наименее изученных, а потому наиболее таинственных явлений природы считается шаровая молния – передвигающийся по воздуху святящийся плазменный шар.  Загадочен он потому, что принцип формирования шаровой молнии неизвестен и поныне: несмотря на то, что существует большое число гипотез, объясняющих причины появления этого удивительного явления природы, на каждую из них нашлись возражения. Учёным так и не удалось опытным путём добиться образования шаровой молнии.

Шарообразная молния способна существовать длительное время и перемещаться по непрогнозируемой траектории. Например, она вполне способна зависать несколько секунд в воздухе, после чего метнуться в сторону.

В отличие от простого разряда, плазменный шар всегда бывает один: пока не было одновременно зафиксировано двух и больше огненных молний . Размеры шаровой молнии колеблются от 10 до 20 см. Для шаровой молнии характерны белый, оранжевый или голубой тона, хотя нередко встречаются и другие цвета, вплоть до чёрного.

Ученые еще не определили температурные показатели шаровой молнии: несмотря на то, что она по их подсчётам должна колебаться от ста до тысячи градусов Цельсия, люди, находившиеся недалеко от этого феномена, не ощущали исходившей от шаровой молнии теплоты.

Основная трудность при изучении этого феномена состоит в том, что зафиксировать его появление учёным удаётся редко, а показания очевидцев часто ставят под сомнение тот факт, что наблюдаемое ими явление действительно являлось шаровой молнией. Прежде всего, расходятся показания относительно того, в каких условиях она появилась: в основном её видели во время грозы.

Существуют также показания, что шаровая молния может появляться и в погожий день: спуститься с облаков, возникнуть в воздухе или появиться из-за какого-нибудь предмета (дерева или столба).

Ещё одной характерной особенностью шаровой молнии является её проникновение в закрытые комнаты, была замечена даже в кабинах пилотов (огненный шар может проникать через окна, спускаться по вентиляционным каналам и даже вылетать из розеток или телевизора).  Также были неоднократно задокументированы ситуации, когда плазменный шар закреплялся на одном месте и постоянно там появлялся.

Нередко появление шаровой молнии не вызывает неприятностей (она спокойно движется в воздушных потоках и через какое-то время улетает или исчезает). Но, были замечены и печальные последствия, когда она взрывалась, моментально испаряя находящуюся неподалёку жидкость, плавя стекло и металл.

Возможные опасности

Поскольку появление шаровой молнии всегда неожиданно, увидев возле себя этот уникальный феномен, главное, не впадать в панику, резко не двигаться и никуда не бежать: огненная молния очень восприимчива к колебаниям воздуха. Необходимо тихо уйти с траектории движения шара и постараться держаться от неё как можно дальше. Если человек находится в помещении, нужно потихоньку дойти до оконного проёма и открыть форточку: известно немало историй, когда опасный шар покидал квартиру.

В плазменный шар ничего нельзя бросать: он вполне способен взорваться, а это чревато не только ожогами или потерей сознания, но остановкой сердца. Если же случилось так, что электрический шар зацепил человека, нужно перенести его в проветриваемую комнату, теплее укутать, сделать массаж сердца, искусственное дыхание и сразу же вызвать врача.

Что такое северное сияние?86784.836

Что делать в грозу

Когда начинается гроза и вы видите приближение молнии, нужно найти укрытие и спрятаться от непогоды: удар молнии нередко смертелен, а если люди и выживают, то часто остаются инвалидами.

Если же никаких построек поблизости нет, а человек в это время в поле, он должен учитывать, что от грозы лучше спрятаться в пещере. А вот высоких деревьев желательно избегать: молния обычно метит в самое большое растение, а если деревья имеют одинаковую высоту, то попадает в то, что лучше проводит электричество.

Чтобы защитить отдельно стоящее строение или конструкцию от молнии, возле них обычно устанавливают высокую мачту, наверху которой закреплён заострённый металлический стержень, надёжно соединённый с толстым проводом, на другом конце находится закопанный глубоко в землю металлический предмет. Схема работы проста: стержень от грозовой тучи всегда заряжается противоположным облаку зарядом, который, стекая по проводу под землю, нейтрализует заряд тучи. Это устройство называется громоотвод и устанавливается на всех зданиях городов и других людских поселений.

Шаровая молния. ~ Проза (Приключения)

К вечеру всё небо затянуло грозовыми тучами. Резко потемнело. Издали доносились раскаты грома и каждые несколько секунд грозовые разряды освещали небо молниями, напоминающими реку с многочисленными притоками. Уже стали падать первые тяжёлые дождевые капли. Бригада стогомётчиков торопилась завершить скирду, чтобы не залило внутрь. Тогда считай, сено пропало – сопреет. Пацаны кидали соль наверх скирды – на всякий случай. Потянуло холодком. Вот – вот должен хлынуть грозовой дождь. И вот, наконец – то, дядя Коля, главный скирдоправ, спустился сверху и облегчённо вздохнул:
— Фу – у…. Ну, слава Богу, успели! Давайте быстренько все под телегу от дождя полезайте!
— А можно я домой верхом на коне поеду? – спросил Ванька. Ему весной уже исполнилось восемь лет. И он был лихой наездник. Видно казачьи гены сидели у него. Коней любил до безумия. Всегда из дома брал для него кусочек сахара. Правда, попадало немного от родителей за сахар. Бедно жили. Но попадало словесно. Отец с матерью никогда экзекуций с ремнём в руке не проводили. Дядя Коля долго раздумывал, но всё же разрешил ему:
— Ладно, поезжай! Смотри, только осторожно! Не гони коня!
Ванька с радостью запрыгнул с разбега на перебирающего от нетерпения передними ногами коня и впился босыми пятками в его бока. А тот только и ждал свободы….Отъехав потихоньку подальше, чтобы не увидели его, малыш пришпорил коня…. Начались гонки с ветром наперегонки!  Они мчались немного  быстрее наплывающих  сбоку туч, стараясь убежать от настигающей грозы. Он со страхом смотрел, как невдалеке били в землю «щупальца» молний и через несколько секунд раздавались такие громкие грозовые разряды, что Ванюшка только ближе прижимал голову к развевающейся от ветра гриве коня. Из раздувающихся ноздрей лошадки вылетал горячий воздух, моментально превращаясь  в пар. Ох и ему нравились эти гонки! От поступающего в кровь адреналина так учащённо билось его юное сердце, что казалось вот — вот выпрыгнет из его детской груди. Иногда казалось, что он летел по воздуху. Рядом с дорогой проходила телефонная линия в деревню. Столбы этой линии мелькали, сменяя друг — друга, от резвого бега лошадки.
И вдруг, справа от мчавшегося на коне Ванюшки, на телефонные провода уселась шаровая молния, величиной с футбольный мяч. Она заскользила по проводам, как конькобежец по льду, не отставая и не опережая, всадника. Ваня от старших слышал про эти молнии, испугался её близости и, чуть притормаживая лошадь, спрыгнул на ходу и упал, лицом вниз, не шевелясь…. Лошадка понеслась освобождённая от седока ещё быстрее. До деревни оставалось метров пятьсот – шестьсот.
Боковым зрением он наблюдал за происходящим далее…. Молния остановила свой бег, оторвалась от проводов и направилась к Ванюшке. Первая мысль чтобы убежать, была сразу же им отвергнута. Разве от неё убежишь. И он стал лежать, не шевелясь, чуть живой от страха. Внутри появился неприятный холодок. Через две – три секунды он почувствовал на затылке нестерпимый жар от приближающейся к нему молнии.
— Ну, всё! Конец мне! Прощайте папа, мама и все родные!
На глаза навернулись слёзы, представляя, как он лежит обгоревший в гробу, обложенный цветами, а все вокруг надрывно плачут, жалея его.
И тут он, каким – то шестым чувством, почувствовал, что как будто, что — то живое, изучая, разглядывает его и копаясь в мозгах мысленно говорит
— Ну, повернись ко мне, мальчуган! Я хочу увидеть твоё лицо.
А тот лежал, ни жив — ни мертв. Страх смерти пронзил холодом весь его разум.
— Ну, ладно! Живи, малец! Ещё твоё время не пришло! — послышалось Ванюшке из ниоткуда — У нас с тобой ещё все встречи впереди…
Послышался грубоватый смех и, резко взмыв в сторону к проводам, она с оглушительным раскатом взорвалась, обдав Ванюшку нестерпимым жаром. Когда всё стихло, он поднялся из грязной лужи и, не отряхиваясь, побежал по дороге, иногда поскальзываясь и падая, с такой скоростью, что как говорится пятки к попке прилипали. Как только сердце выдерживало такой бешенный ритм….. Да — а — а… Повезло очень малышу. Наверно в рубашке родился. Ведь в степи очень многие погибают в грозу. Значит, дали ему ещё один шанс пожить на этом прекрасном свете.
А другая встреча с шаровой молнией произошла у него на следующий год. Они частенько пролезали в сельский клуб, выставив из оконной рамы стекло. И в кино так же залазили и прятались у взрослых под лавками, от киномеханика. Пять копеек не у каждого были, чтобы купить билет. А летом, когда не работали и не рыбачили, играли в «Трынку». Такая, безобидная на первый взгляд, карточная игра.
Так вот, сидят они на корточках на сцене и режутся в картишки, позабыв обо всём на свете. И тут вдруг в клубе потемнело и началась сильная гроза. Сверкали яростно молнии за окнами а вслед за грозовыми вспышками молний, через несколько секунд раздавались мощные грозовые разряды. Притихли пацаны..… И тут вдруг резко открывается и отлетает дверка от топки и из неё вылетает не очень большая шаровая молния. Тут же, ненадолго остановилась, повиснув в воздухе, как бы раздумывая, куда же двинуться, и поплыла вкруговую по залу. Ребятишки, ни живы, ни мёртвы притихли, не шевелясь. Им, взрослые объясняли как надо себя вести при встрече с шаровой молнией. Молния была величиной чуть больше теннисного шарика. Пацаны сидели как мумии, затаив дыхание. А она, приближалась к детям на расстоянии полуметра от лица, и останавливалась напротив, как бы изучала каждого. Было очень неприятное ощущение от её заглядывания внутрь черепной коробки. Затем осмотрев всех, в том числе и Ванюшку, она направилась к открытой ею печи и резко вошла  в неё. Раздался оглушительный взрыв, от которого печь развалилась по кирпичикам.
Хлопчики, с облегчением перевели дух, и сразу же, забросив карты, загалдели все разом, от пережитого страха. Ну, хорошо то, что хорошо заканчивается. Хотя и было всем очень страшно, но никто из мальчишек в свои рваные штанишки не написил, за исключением самого малого. Жёлтенькое пятнышко предательски выдало его. Но никто из ребят над ним не смеялся. Все ощутили страх смерти. Деревенские ребята крепкие, часто попадают в экстремальные ситуации. А однажды, неподалёку, в другой деревне сгорел мальчик от молнии. Вот так же в степи пасли они деревенский частный скот. Началась гроза, и отец, пасший с сыном, пошёл завернуть отбившихся баранов. Через три – четыре секунды оглянулся, хотел что – то сыну сказать, а на том месте, где был сын, одна чёрная головешка — сгорел до тла. Какой же это мощности был разряд, что в одну секунду не остаётся ничего от человека с его Вселенной. … Горю отца не было предела….. Вот такая стихия эта молния. Страшно! Мальчик только в июне школу закончил. Судьба…… Не дай Бог никому это испытать!

Каково это – когда в тебя ударила молния?

  • Шарлотт Хафф
  • Mosaic

Автор фото, Getty Images

Из 10 людей, в которых попадает молния, девять остаются в живых. Что чувствует человеческое тело, когда в него попадает молния? Узнаем это из первых уст.

Иногда они хранят у себя ту одежду. Обрывки или обгорелые лоскутки, которые почему-то не выбросили врачи и медсестры, когда приводили в себя жертву неожиданного удара с небес.

Они снова и снова возвращаются к этой истории — пересказывают случившееся с ними помногу раз в кругу семьи или в соцсетях, делятся фотографиями и статьями о других таких же как они выживших после попадания молнии.

Или о настоящих трагедиях, к которым привело такое попадание.

Вот видео из Бразилии, как на берегу океана молния попадает в туриста. Вот электроразряд с неба убивает техасца, вышедшего на утреннюю пробежку. Вот новости из Бангладеш, где за четыре дня сплошных гроз погибли 65 человек.

Картина того, что произошло с ними самими, восстанавливается по кусочкам, постепенно: из рассказов свидетелей, частей обгоревшей одежды и ожогов на коже — всего того, что оставил после себя 200 000 000-вольтовый атмосферный разряд, свалившийся с неба со скоростью в треть скорости света.

Примерно так члены семьи Хаиме Сантаны восстановили то, что произошло в ту субботу в апреле 2016 года. Ко всему перечисленному выше надо добавить еще соломенную шляпу, порванную в клочья.

«Он выглядел так, словно сквозь него пролетело пушечное ядро», — вспоминает Сидни Вейл, хирург-травматолог из Финикса, штат Аризона, к которому в тот день скорая привезла Хаиме.

Пока Сантану везли в больницу, парамедикам пришлось несколько раз применить дефибриллятор, чтобы не дать сердцу Хаиме остановиться.

Хаиме Сантана совершал конную прогулку в горах вместе со своим шурином и еще двумя друзьями. По выходным они часто это делали.

Внезапно налетели темные тучи, и всадники засобирались домой. Молнии уже сверкали в небе на фоне горных вершин, но дождь никак не начинался.

Они уже были почти рядом с домом, когда случилось это, рассказывает Алехандро Торрес, щурин Хаиме.

Автор фото, William LeGoulon

Подпись к фото,

Обгоревшие от удара молнии джинсы Хаbме Сантаны

Алехандро считает, что пробыл без сознания недолго. Придя в себя, он обнаружил, что лежит на земле ничком. Все тело страшно болело. Его лошадь куда-то исчезла.

Двое других всадников были очевидно потрясены, но целы и невредимы. Алехандро огляделся и увидел Хаиме рядом с лежащей на земле лошадью.

Подходя, он случайно задел ноги этой лошади — они были отвердевшие, вспоминает он, как будто сделаны из металла.

Он подошел поближе к Хаиме: «Я увидел, как он дымится — вот тогда-то я и перепугался».

На груди Хаиме он увидел языки пламени. Трижды Алехандро сбивал пламя голыми руками. И трижды огонь снова загорался.

Странно, но только позже, когда на помощь уже прибежал сосед и прибыла скорая, до них дошло: в Хаиме попала молния.

Белая вспышка

Джастину Годжеру хотелось бы, чтобы его воспоминания не были столь яркими и живыми.

Тогда, быть может, он бы не мучился так долго от постравматического синдрома и постоянной тревожности.

Молния попала в него, когда он ловил форель в озере неподалеку от Флагстаффа, всё в той же Аризоне.

Даже сейчас, спустя три года, когда на небе начинают сверкать молнии, он уютнее всего чувствует себя, закрывшись в ванной и следя с помощью мобильного приложения за тем, когда же наконец уйдет гроза.

Заядлый рыболов, Джастин поначалу даже обрадовался, когда в тот августовский день начался дождь. В такую погоду рыба лучше клюет, сказал он жене Рейчел.

Буря началась внезапно — как, собственно, и бывает здесь в это время летом. Дождь лил все сильней и наконец перешел в град.

Жена с дочерью укрылись в автомашине, и вскоре к ним присоединился и сын Джастина.

Градины становились все больше, некоторые уже были размером чуть ли не с мячик для гольфа, и когда они попадали в Джастина, ему было по-настоящему больно.

В конце концов, он сдался. Накрывшись складным стулом с матерчатым сиденьем, он направился к машине. Этот обгорелый с одной стороны стул до сих пор хранится у Годжеров.

Тем временем Рейчел с переднего сиденья автомобиля вела видеосъемку, надеясь застать тот момент, когда муж прибежит, спасаясь от града.

На видео, которое записала на свой смартфон Рейчел, сначала на экране всё белое, и в ветровое стекло бьют градины. Затем — яркая вспышка. Рейчел считает, что это и была та молния, которая попала в ее мужа.

Громовой удар. Выворачивающая наизнанку боль.

«Мое тело было полностью парализовано — я просто не мог двигаться, — вспоминает Джастин. — Боль была такая… Я просто не могу ее описать. Ну разве что так: вспомните, как когда-то в детстве вас случайно ударило током — так вот, умножьте то чувство на миллиард и представьте эту боль во всем теле».

«Я видел, как ослепительно белый свет окружает мое тело — как будто я в пузыре. Все вокруг замедлилось. Мне казалось, что я теперь останусь в этом пузыре навсегда».

Другие мужчина и женщина, прятавшиеся от непогоды под деревом, прибежали на помощь. Потом они рассказали Джастину, что он продолжал сжимать в руках стул, и все его тело дымилось.

Когда Джастин пришел в сознание, у него в ушах звенело. Затем до него дошло, что он парализован от пояса и ниже.

Диагональные ожоги

Сейчас, описывая произошедшее в тот день, Джастин показывает, как располагаются ожоги у него на спине.

След от молнии начинается от правого плеча и по диагонали идет вниз, говорит он, а затем выходит на внешнюю поверхность обеих ног.

Он приносит показать ботинки, в которых был тогда. На них тоже ожоги. В некоторых местах они прогорели насквозь.

Автор фото, William LeGoullon

Подпись к фото,

Шляпа и футболка, которые были на Хайме Сантане, и ботинок Джастина Годжера

Джастин считает, что молния ударила его в плечо, прошла через тело и вышла через ноги.

Хотя выжившие часто показывают места, куда молния вошла и где вышла, точно сказать, по какому маршруту она пронзила человека, довольно трудно, комментирует Мэри Энн Купер, врач из Чикаго, долгое время изучавшая молнии, а сейчас вышедшая на пенсию.

Каждый год молнии уносят более чем 4 тысячи жизней по всему миру — это следует из статистики 26 государств. (Реальные цифры погибших от удара молнии еще предстоит узнать, когда мы начнем получать достоверную статистику из развивающихся стран — в частности, центральноафриканских.)

Купер — одна из сравнительно небольшого числа специалистов (врачей, метеорологов, инженеров-электриковm и т.д.), которые пытаются лучше понять, каким образом молнии поражают людей и как этого избежать.

Из каждых 10 человек, в которых попадает молния, девять остаются в живых и готовы рассказать свою историю. Однако эти случаи не проходят для них без последствий — как краткосрочных, так и долгосрочных.

Перечень этих последствий длинный и пугающий: остановки сердца, туман в голове, приступы и припадки, головокружения, боли в мышцах, глухота, головные боли, потеря памяти, потеря внимания, изменения в характере, хронические боли…

Многие из тех, кто пережил это, готовы поделиться своим опытом столкновения с жестокими силами природы.

Они обмениваются своими историями в интернете и на ежегодных конференциях Lightning Strike & Electric Shock Survivors International («Международное общество выживших после удара молнией или током»).

Эти люди каждую весну собираются в горах на юго-востоке США. Их встречи начались в начале 1990-х, когда на первую конференцию переживших удар молнии приехали 13 человек.

В дни, когда не существовало интернета, довольно трудно было найти похожих на тебя, тех, кто после удара молнии в одиночку пытается справиться с головными болями, провалами в памяти, бессонницей, рассказывает Стив Маршберн, основатель общества.

Стив живет со всеми этими симптомами с 1969 года, молния попала в него, когда он стоял у здания банка.

Автор фото, Lena Lozhkina/Flickr/CC BY 2.0-ND

Подпись к фото,

Существует расхожее мнение, что вероятность быть ударенным молнией — один к миллиону. Но это верно лишь отчасти

Он и его жена почти 30 лет на общественных началах занимаются этой организацией, в которой уже почти 2 тысячи членов.

Изменения в характере, перемены настроения, которые испытывают выжившие (иногда с приступами глубокой депрессии), иногда приводят семьи на грань распада.

Мэри Энн Купер приводит свою любимую аналогию: молния, по ее словам, влияет на мозг человека примерно так же, как короткое замыкание — на ваш компьютер. Внешне вроде бы ничего не изменилось, но программное обеспечение уже не может функционировать так, как прежде.

И Маршберн, и Купер высоко ценят заслуги организации Lightning Strike & Electric Shock Survivors International, которая, по словам самого Маршберна, своей деятельностью предотвратила по меньшей мере 22 самоубийства.

Для Маршберна вполне привычно, когда ему звонят среди ночи, и он проводит несколько часов, разговаривая с человеком, находящимся на грани нервного срыва. После таких разговоров Маршберн чувствует себя опустошенным.

Купер, которая присутствовала на нескольких встречах этих людей, признается, что до сих пор не до конца понимает, что с ними происходит. «Но я слушаю, слушаю и слушаю их».

Несмотря на то, что она очень сочувствует пострадавшим, некоторые вещи в их рассказах вызывают у нее недоверие.

Иногда они утверждают, что чувствуют приближение грозы задолго до ее начала. «Это возможно, — признает Купер, — их травма дала им повышенную чувствительность к непогоде».

Однако более критически она относится к рассказам о том, как зависают компьютеры, когда в комнату входит один из тех, в кого когда-то попала молния. Или о том, что у этих людей быстрее садятся батареи в гаджетах.

После десятилетий изучения и наблюдений Купер и другие специалисты по молниям с готовностью признают: по-прежнему вопросов больше, чем ответов.

Например, непонятно, почему после удара молнии некоторые люди страдают от припадков. И влияет ли перенесенный удар на те проблемы со здоровьем, которые возникают с возрастом?

Некоторые из таких людей говорят, что чувствуют себя медицинскими кочевниками, поскольку никак не могут найти врача, который хоть что-то бы понимал в травмах, полученных от удара молнии.

Джастин Годжер, ноги которого обрели подвижность в течение пяти часов после попадания молнии, сейчас страдает от посттравматического стрессового расстройства. Кроме того, его мозг работает не так быстро, как раньше.

Автор фото, iStock

Подпись к фото,

Многие выживают после удара молнии, но это не проходит для них бесследно

Он не понимает, как ему вернуться к той работе, которую он выполнял до случившегося с ним (Джастин работал юристом).

«Когда я разговариваю по телефону, слова в моей голове как будто перемешаны, — рассказывает он. — Я начинаю задумываться над тем, что же именно я хочу сказать, и у меня всё окончательно путается. И когда я наконец что-то произношу — это не совсем то, что я хотел сказать».

Эффект дугового разряда

Когда в кого-то попадает молния, это происходит так быстро, что только очень небольшое количество электричества проходит сквозь тело. Основная его часть остается снаружи, создавая так называемый эффект дугового разряда, объясняет Купер.

Для сравнения: контакт с высоковольтным проводом имеет результатом гораздо более серьезные внутренние травмы, поскольку воздействие электричества может быть более долгим, даже если речь идет о нескольких секундах — этого вполне хватит, чтобы ваши органы были сильно повреждены.

Отчего случаются внешние ожоги? Купер объясняет, что они могут возникать от контакта молнии с потом на коже или с капельками дождя.

Вода увеличивается в объеме, когда превращается в пар, и даже небольшой ее объем может привести к так называемому паровому взрыву.

«Одежду буквально срывает таким взрывом», — говорит Купер. Иногда и обувь.

Ботинки, однако, скорее, будут разорваны или повреждены изнутри, потому что именно там накапливается жар.

Что касается одежды, то пар будет взаимодействовать с ней по-разному — в зависимости от того, из чего она сделана. Скажем, кожаная куртка может задерживать пар внутри, что приведет к ожогам кожи.

Мобильный телефон, который был у Хайме Сантаны в кармане, расплавился и прилип в штанам.

Как же Хайме выжил? Ведь его конь погиб.

Одно из возможных объяснений, как считает хирург-травматолог Сидни Вейл, состоит в том, что именно конь и принял на себя основную часть разряда молнии, которая чуть не убила его 31-летнего седока.

Автор фото, iStock

Подпись к фото,

Молния обтекает тело человека — примерно так, как это происходит, когда она попадает в авиалайнер. Правда, самолеты специально конструируют так, чтобы не допустить молнию внутрь. Еще одна загадка человеческого тела…

А возможно, помогло искусственное дыхание, которое тут же начал делать Хайме подбежавший вовремя сосед. Он продолжал делать его до тех пор, пока не приехали парамедики.

Какова же вероятность попадания?

Расхожее мнение таково, что вероятность быть ударенным молнией — один к миллиону. Но это верно лишь отчасти.

Если взглянуть на данные по США за один год, то все вроде бы правильно. Но эта статистика вводит в заблуждение, считает Рон Холл, американский метеоролог, давно изучающий молнии.

Он призывает взглянуть и на другие цифры. Если кто-то прожил до 80 лет, его уязвимость на протяжении жизни возрастает до 1 к 13 000.

Примите во внимание и то, что каждая жертва молнии имеет родственников и друзей, на которых эта трагедия так или иначе влияет — таким образом шанс попасть в число тех, кого затронул удар молнии, возрастает еще больше — чуть ли не до 1 к 1300.

Холлу вообще не нравится слово «удар» — по его мнению, это предполагает, что молния попадает прямо в тело человека. На самом деле такие прямые попадания крайне редки.

Холл, Купер и некоторые другие видные исследователи молний недавно совместными усилиями подсчитали, что прямые попадания стали причиной не более чем 3-5% травм от электроразряда.

(Правда, Сидни Вейл предполагает, что Хайме Сантана был поражен именно прямым ударом молнии, учитывая то, что тот скакал по пустынной местности, где вокруг не было ни одного дерева или иного высокого объекта.)

Джастин Годжер считает, что он пострадал от молнии, которая задела его по касательной, отраженная от какого-то другого объекта — дерева или телефонного столба.

Считается, что отраженные молнии — причина 20-30% травм или смертей от удара электричеством.

Автор фото, William LeGoulon

Подпись к фото,

Молния подпалила даже нижнее белье Сантаны и носки Годжера

Как правило, в регионах мира с высоким доходом населения у мужчин гораздо больше шансов погибнуть от удара молнии, чем у женщин: две трети случаев попадания молнии в человека имеют жертвой именно мужчину.

Объяснить это можно тем, что мужчины более склонны рисковать, и их работа чаще связана с возможностью быть пораженным молнией, отмечает Холл.

Павлины Аризоны

…Когда Хайме привезли в травматологию Финикса, его сердце билось с перебоями, у него было кровоизлияние в мозг, повреждены легкие и другие внутренние органы, в том числе печень, рассказывает доктор Вейл.

Ожоги второй и третьей степени покрывали почти одну пятую его тела. Чтобы его организм мог восстановиться, врачи ввели Сантану в искусственную кому почти на две недели.

После пяти месяцев лечения и реабилитации Хайме вернулся домой. «Самое трудное для меня то, что я не могу ходить», — признается он.

«Врачи говорят, что некоторые нервы Хайме все еще не проснулись», — говорит Сара, сестра Хайме. Семья надеется, что время и процедуры реабилитации исправят это.

В тот день, когда Сара и Алехандро вернулись домой из больницы, где они оставили пораженного молнией Хайме, Алехандро вышел на задний двор позвонить жене. И вдруг он увидел сидящего на ограде загона для лошадей павлина — настоящего павлина, с разноцветным хвостом.

До этого Сара и Алехандро видели павлинов в Аризоне только в зоопарке.

Они оставили того павлина у себя и чуть позже нашли ему пару. Сейчас у них — целая семья павлинов.

Когда Сара решила посмотреть, что символизирует собой эта красивая птица, она была поражена: обновление, воскрешение, бессмертие.

ТУЧА, МОЛНИЯ И ГРОМ

СКАЗКА

Стоял погожий летний денёк. Внучата дедушки Никанора Вася и Тася резвились за оградой. Тася собирала на полянке цветы-ромашки, а Вася бегал по траве, пытаясь поймать зелёного кузнечика. Только прыгунцы были хитрые, проворнее маленького охотника. Учуяв неладное, они раскрывали свои светлые крылышки и, опершись на ножки, отпрыгивали далеко прочь, прячась в траве-мураве. Дети до того заигрались, что не заметили, как тёмно-свинцовая туча заняла почти полнеба. Солнышко, которое только что ласково светило и грело, спряталось за тучу. В округе сразу потемнело, стало тоскливо и чуточку страшновато. Кузнечики разом попрятались в траву и перестали пиликать на своих скрипочках. А в небе вдруг засверкало и глухо загрохотало. Приближалась гроза. 

Вася с Тасей всегда побаивались молнии и грома. Они прибежали в избу к деду Никанору и, перебивая друг дружку, сообщили ему жуткую весть: 

– Ой, дедуля, глянь в оконце! Послушай, как страшно гремит в небе. Кажется, гроза вот-вот разразится! 

– Ну и что из того, если гроза? – спокойно ответил им дед, продолжая плести корзинку и для ягод. – Чай, не впервой событие этакое. 

И дед Никанор, чтобы внуки не скучали и не думали о грозе, стал рассказывать придуманную им на досуге сказку. 

– Молния, говорите, сверкает, гром гремит? Это природой-матушкой так заведено: где Молния, там и Гром. Они, как и вы, – брат и сестра. 

Они никогда не ссорятся, но Гром никогда раньше Молнии не грохочет. Пока в небе нет Молнии, он даже носа своего не показывает. Ждёт. Как увидит, что она засверкала, тут уж его ни за что не удержишь, не уймёшь. 

– Эй, красавица! – гремит ей Гром. – Перестань пугать всё живое окрест да поджигать зелёные сосны. Пожаров лесных и без тебя хватает. 

Только Молния, скажу я вам, проказница – она притворяется глухой и слышать его упреки не хочет. Сверкнет – и след её простыл, поминай, как звали. 

Сказка деда Никанора нравилась внучатам, поэтому и слушали они её – ушки на макушке. Словом, внимательно слушали. А дедуля продолжал: 

– А что же Гром? Где он? Почему вдруг громыхать-то перестал? – Дед Никанор выглянул в окно. 

Оказалось, что туча, молния и гром потоптались на одном месте и стали удаляться от дедушкиной ограды. Ушли гулять куда-то дальше, за горизонт. Возможно, небесная троица устроит и там перебранку.  

Сказочка деда Никанора закончилась. С небес на землю, как и до грозы, полилось солнечное тепло. Зелёные кузнечики принялись за старое: стрекотать да прыгать. А Вася и Тася пошли на лужайку продолжать свои игры. 

Сказку сочинили Михаил ЛЕОНОВ и его внучка Сашенька. 

Евгений КРАН /рис./ 

арабская сказка. Сказка про молнию и девушку.

У одной женщины не было детей и она очень горевала из-за этого. Однажды во время грозы женщина попросила у молнии дочь, чтобы хоть немного порадоваться. У ней родилась дочь и выросла в прекрасную девушку. А что было дальше вы узнаете, прочитав сказку.

Молния читать

Сидела однажды ночью на крыше дома женщина. Была она очень печальна и грустна. И все потому, что нет у нее детей. Вдруг среди ясного безоблачного неба раздался оглушительный удар грома и хлынул дождь. Стрелы молний прорезали небо. Пораженная необычно ярким блеском молнии, женщина вскричала:
— О молния! Об одном лишь прошу тебя, подари мне дочь, чтобы я могла хоть немного порадоваться! А потом, когда пожелаешь, можешь забрать ее обратно.
Не прошло и месяца, как почувствовала женщина, что понесла. В положенный срок родила она дочь.
Прошли годы, женщина совсем забыла о том, что произошло однажды ночью на крыше ее дома. Девочка выросла и превратилась в прекрасную девушку, перед чарами которой не мог устоять ни один мужчина, и настал день, когда ее просватали. Но в этот счастливый день неожиданно сверкнула молния и упала на землю в образе мужчины. Подошел он к девушке и говорит:
— Иди к своей матери и скажи, что пришел некто и просит ее вернуть то, что отдал ей на хранение.
Побежала девушка к матери и передала ей слова мужчины. Испугалась мать и говорит дочери:
— Если ты встретишь этого мужчину еще раз и он спросит, передала ли ты его слова матери, скажи, что забыла передать.
На другой день снова появляется мужчина и спрашивает:
— Что ответила твоя мать?
— Я забыла передать ей твои слова.
— Так вот, пойди и скажи ей, что пришел некто и требует вернуть то, что оставил ей на хранение.
Пошла девушка к матери и рассказала ей о новой встрече. Испугалась мать, задрожала от страха и просит дочь сказать этому человеку, если он встретит ее еще раз, что она опять забыла передать матери его слова.
И в третий раз является мужчина и спрашивает девушку, что ответила мать. И снова она говорит, что забыла передать его слова. Тогда ухватил мужчина палец девушки, намотал на него шерстяную нитку и говорит:
— Видишь, я намотал тебе на палец нитку, чтобы ты не забыла о моих словах. Иди скорее и скажи матери, что я пришел и требую вернуть то, что оставил ей на хранение.
Побежала девушка к матери и рассказала о встрече. Выслушала ее мать и опустила голову в раздумье и унынии, а потом говорит:
— Если ты встретишь этого человека еще раз, скажи ему так: «Возьми то, что ты оставил на хранение».
При новой встрече не стала девушка ждать, когда мужчина спросит ее, а сама поспешила ему сказать:
— Мать моя велела передать: ты можешь взять то, что оставил на хранение.
Услышал мужчина эти слова, подхватил девушку и взлетел с нею на небо. Там поместил он ее в своем дворце и запер крепко-накрепко все семь дверей. И не выходил он оттуда ни днем ни ночью, и его друзья — Луна, Солнце и звезды — перестали его видеть. Соскучились они по нему и отправились во дворец узнать, что же случилось. Пришли они и стали упрашивать Молнию показать девушку. В конце концов согласился Молния исполнить их просьбу. Поразила всех красота девушки, и ревность овладела их сердцами. Снедаемые этим чувством, отправились они к старшему брату молнии — Грому, и сказали ему так:
— Молния отнял дочь у бедной женщины и скрыл ее во дворце от всех. Разве это справедливо?
Призвал Гром младшего брата и повелел ему вернуть девушку матери. Выслушал Молния повеление брата и обещал его выполнить.
Перед тем как вернуть девушку на землю, уединился Молния в своем дворце и предался горькой печали. Пришли к нему Луна, Солнце и звезды и давай его успокаивать.
— Не печалься, о Молния! — сказала Луна. — Каждый из нас одарит девушку чем-нибудь бесценным. Если ты любишь ее, то это и тебя осчастливит.
Подарила Луна девушке немного своего волшебного света. Солнце одарило ее жемчугом, алмазами, изумрудами и яхонтами, а звезды — душистым и чистым ароматом.
Вернул Молния девушку на землю, и мать ее возблагодарила Аллаха. Каждый, кто проходил мимо их дома, чувствовал приятный, нежный аромат, подобный тому, какой исходит от сада, полного душистых растений. Еще больше изумились соседи, заметив, что, когда девушка смеется, из ее уст падают драгоценные камни. Но больше всего поразил их яркий свет, который излучала ее красота. Повсюду только и было разговоров, что об этой девушке, и скоро слухи о ней дошли до самого царя.
Царь отправил вазира все разузнать и увидеть своими глазами. Вазир вернулся и, пораженный увиденным, сказал царю, что все слухи о девушке — сущая правда. Тогда повелел царь немедленно доставить девушку к нему во дворец и принять ее как его невесту.
И решила мать девушки, как велит марокканский обычай, послать вместе с дочерью свою сестру, чтобы та заботилась о ней, и дочь сестры, чтобы та развлекала ее и причесывала ей волосы.
Но закралась в сердце коварной тетки ревность: нет, не племянница, а ее дочь должна жить во дворце, и быть не прислужницей и не подружкой жены царя, а его супругой.
И замыслила тетка недоброе. Сначала связала она прочной веревкой руки и ноги девушки, а потом вырвала у нее глаза и спрятала их у себя. После этого она засунула девушку в ящик и столкнула в море. Одела тетка свою дочь в новое свадебное платье, украсила ее, натерла благовонными маслами и ввела во дворец, представив как невесту, которую велел доставить царь.
Царь приветливо встретил свою невесту. Но, увы, не ощутил он аромата чистых и нежных цветов, о котором ему столько говорили, не увидел он, чтобы изо рта девушки сыпались, когда она говорит, благородные камни, да и лицо ее не поражало необыкновенной красотой.
— Где же все те достоинства, о которых говорят люди? — удивился царь.
— Бывает так, что иногда девушка теряет эти достоинства, — отвечала мать. — Но проходит время, и они возвращаются с избытком. Будь же терпелив, о повелитель!

Тем временем могучие, не знающие пощады морские волны швыряли и швыряли ящик со слепой девушкой, пока не прибили его к берегу, где и нашел его старый рыбак. Открыл он ящик и увидел в нем прекрасную молодую девушку, от которой исходил нежный аромат, — так приятно не мог благоухать даже целый сад, полный цветущих роз. А лицо ее излучало небывало яркий свет, освещающий все вокруг. Но глазницы девушки были пусты, и она стонала от муки и боли. Принялся старый рыбак лечить девушку, и через какое-то время ее глазницы перестали кровоточить, но зрение к ней не вернулось.
Отдохнув в гостеприимной хижине старого рыбака, девушка снова стала улыбаться, и всякий раз, когда ее смех наполнял дом, у нее изо рта сыпались на пол один за другим драгоценные камни — алмазы, яхонты, изумруды и жемчуг. Взял рыбак несколько камней, продал их и сразу разбогател. Воздал он хвалу Аллаху, милостивому и милосердному, за его благодеяния, и стал еще больше любить девушку и заботиться о ней. Девушка смеялась все чаще и чаще, и все чаще и чаще появлялись в доме драгоценные камни — все больше и больше богател рыбак.
Однажды девушка сказала рыбаку:
— Хочу я попросить тебя об одной услуге.
— Не проси меня, а приказывай, и я исполню все, что ты пожелаешь. Ведь это ты принесла в мой бедный дом достаток и счастье. Благодаря тебе я стал богатым человеком. Ты — гурия, спустившаяся ко мне из рая. И аромат, источаемый тобою, тоже оттуда!
Девушка весело рассмеялась, и из уст ее посыпались камни.
— Прошу тебя, принеси мне корзину с цветами. Рыбак выполнил просьбу — купил большую корзину и наполнил ее самыми нежными и красивыми цветами. Всю ночь девушка не смыкала глаз, сидела, крепко обхватив руками корзину с цветами, и дышала на нее. А утром позвала она рыбака и говорит:
— Если ты хочешь довести до конца доброе дело, то… Рыбак склонился перед девушкой и поцеловал ей руки в знак того, что готов исполнить любое ее желание.
— Возьми эту корзину и пойди с нею ко дворцу. Там притворись продавцом цветов и громко кричи, призывая покупателей. Если тебя вдруг окликнет женщина из дворца или сама царица и попросят продать цветы, ты не соглашайся ни за какую цену, даже если предложат тебе все деньги мира, а потребуй за цветы глаза.
Рыбак пообещал исполнить все, что велела ему девушка.
Взял он корзину с цветами и пошел ко дворцу. Подошел к дворцовой стене и давай кричать, расхваливать свои цветы. Немного погодя услышал он, что зовет его женский голос. Мать царицы-самозванки почувствовала сильный аромат цветов, — он проникал даже сквозь дворцовые стены, — испугалась и побежала к дочери.
— О доченька! Горе нам! Я чувствую аромат, не иначе как явилась твоя сестра. Идем скорее и узнаем, в чем тут дело!
Выбежали женщины из дворца, смотрят: стоит под стеной какой-то продавец цветов и предлагает свой товар. Мать обрадовалась:
— Мы спасены, доченька! Это всего лишь продавец цветов.
Женщины подошли к нему, и еще сильнее почувствовали нежный аромат, исходящий от корзины, казалось, он пропитал весь воздух вокруг.
— Да, конечно, это тот самый аромат, который исходил от моей племянницы, — радостно сказала женщина. — Мы купим эти цветы, и царь, глядишь, подумает, что утраченные тобою качества начали возвращаться.
Подошли женщины к цветочнику. И мать попросила продать ей цветы.
— А чем ты расплатишься со мною? — спросил продавец.
— Я дам тебе хорошую цену, — ответила женщина и назвала довольно большую сумму.
Но рыбак спокойно ответил:
— Нет, за деньги эти цветы я не продам, могу обменять их только на глаза.
Женщина удвоила цену, но рыбак не уступал. Раз за разом набавляла она цену, но продавец стоял на своем. И тут мать говорит:
— Хорошо, есть у меня глаза. Так и быть, дам я их тебе.
Она ушла и скоро принесла припрятанные ею глаза племянницы, отдала их рыбаку и получила взамен цветы.
Возвратился рыбак домой к слепой девушке и отдал ей глаза. Она вставила их в пустые глазницы и тотчас прозрела. Потом в сопровождении рыбака девушка вернулась в родной дом. Обрадовалась мать возвращению дочери, а потом все вместе пошли они во дворец.
Предстала девушка перед царем, рассказала всю свою историю с самого начала. Особых доказательств и не требовалось, ибо в ее присутствии ощутил царь чистый и нежный аромат, увидел излучаемый девушкой яркий свет и был покорен ее красотой. А когда она весело рассмеялась, то горящие алмазы, жемчуг, изумруды и яхонты рассыпались по полу.
Разгневался царь на свою жену-самозванку и на ее мать, повелел вырыть глубокую яму и разжечь в ней костер, а затем привести вероломных женщин.
— Клянусь Аллахом, ты сама должна их сжечь, — сказал царь красавице.
И толкнула девушка свою тетку и ее дочь в охваченную огнем яму.
Женился царь на девушке, и родила она ему много сыновей и дочерей, и жили они долго-долго и очень счастливо.

Молния и Гром — Искорка

  Михаил Овчаров (г. Ярославль)   

      У матушки Грозы было четверо детей: старший сын – шумный говорливый Дождь, две средние дочери – тихая мечтательная Радуга и быстроногая красавица Молния — и самый младший – шаловливый Град.

     Гроза вместе со своими детьми жила в доме под красной черепицей, который стоял у самого моря. Поднимались здесь с первыми лучами Солнца. К завтраку мать подавала на стол вкусные лепешки с майским медом, душистым чаем и топленым молоком. А когда кончался завтрак, Гроза говорила детям:

     — Пора за работу!

     Каждый в этой семье хорошо знал свои обязанности. Дождь выводил из конюшни волшебных гнедых лошадей, впрягал их в серебряную колесницу и прицеплял к ней огромную-преогромную бочку с прозрачной водой. Молния надевала через плечо тугой лук и колчан со стрелами, а Радуга собирала  краски и кисти. Только малыш Град все еще сидел за столом и, болтая ногами, со смехом пускал пузыри в стакане с молоком.

     Но вот, наконец,  матушка Гроза, Радуга и Молния занимали свои места на колеснице, Град цеплялся сзади за бочку (так ведь любят кататься все мальчишки, правда?), а Дождь, натянув вожжи, привычно подавал команду чудо-коням:       «Поехали!».

     Кони со звоном отталкивались копытами от земли — и колесница взлетала в поднебесье.

   Гроза взмахивала голубым ажурным платочком и трижды хлопала в ладоши. По этому сигналу Молния вынимала из колчана стрелы, поджигала их и пускала к земле, чтобы все знали: по небу шествует сама матушка Гроза! Дождь  тут же открывал кран, и из крохотных отверстий в бочке, словно из душа, рассеивал воду на леса и поля, на деревни и города. Еще издали, завидев колесницу, вокруг которой блистали ослепительные стрелы, люди радовались:

      — Смотрите, Дождик едет! А с ним и матушка Гроза! И Молния, и    Радуга! И маленький Град! Ур-р-ра!

     Все ведь знали, что от Дождя бывает только хорошее: летом не так жарко, лучше растут хлеба в поле, травы на лугу, деревья и грибы в лесу.

     Правда, иногда шалунишка Град хватал снег с белых облаков, смешивал их с водой, лившейся из бочки. Вода застывала, и получались такие кругленькие ледяные горошинки. Вот их-то Град незаметно от матери пригоршнями бросал на землю. Людям это, конечно, не нравилось. Они кричали матушке Грозе, что сейчас лето, а не зима, и эти ледышки могут поранить листочки растений, и тогда будет плохой урожай.

     — Опять проказничаешь? – сердито говорила Граду матушка Гроза. – Хочешь, чтоб я тебя отшлепала? А ну-ка, сейчас же перестань!

     — Больше не буду, — обиженно хлюпал носом Град.

    А когда вода в бочке кончалась,  волшебные кони сами поворачивали в сторону дома. И тогда Радуга доставала из-под сиденья ведерко с красками, длинные пушистые кисти и принималась рисовать на небе разноцветную дугу, похожую на деревенское коромысло, на котором носят воду из колодца.

     Так каждый день, с утра до вечера, в поте лица трудилась матушка Гроза со своими детьми, поливая землю живительной влагой.

     Но вот что произошло однажды…

     Только начал Дождь открывать кран, как он вдруг   задрожал, загудел и… лопнул! А в результате целое море воды мигом вылилось из бочки на землю.

     — Вот несчастье! – всплеснула руками  матушка Гроза. – Как же теперь поливать землю?

     — Нужен мастер, чтоб кран починил, — сказал Дождь.

     — Да где же его найдешь? – вздохнула матушка Гроза.

     — А знаешь, мама, — вмешалась в разговор Молния, – Однажды мой  двоюродный братец Ветер говорил мне, что в Зеленой Долине живет замечательный кузнец. Так, может, он сумеет  починить наш кран?

     — Ладно, — согласилась матушка Гроза. – Поехали в Зеленую Долину!

   И вот серебряная колесница мягко приземлилась у самой кузницы, откуда неслись звонкие удары по металлу: бом-бум, бом-бим, дзинь…

    Потом стало тихо, и из кузницы неторопливо вышел высокий русый юноша с голубыми  улыбчивыми глазами. Он сразу же понравился всему семейству матушки Грозы, но больше всех, сказать по правде,  понравился быстроногой Молнии.

     — Здравствуй, добрый молодец! – приветствовала кузнеца матушка Гроза. – Не сможешь ли ты починить этот злосчастный кран на бочке?

     Кузнец задумался.

     — Знаете, что? — сказал он. – Лучше я вам выкую новенький кран.

     С этими словами он пошел к себе в кузницу, а за ним следом проскользнула в дверь Молния.

     Кузнец, чтобы удобнее было работать, сбросил рубашку, и в свете яркого пламени его крепкое мускулистое тело сделалось огненно-красным.

     Как красиво он работал! Кузнец взял в руки маленький кусочек металла, раскалил его в горне добела, а потом стал бить по нему молотом. Да так искусно, что на глазах он превращался в сверкающий кран.

     Молния зачарованно смотрела на кузнеца. Но он настолько был увлечен своим делом, что заметил ее лишь тогда, как закончил работу.

      — Ведь тебя зовут Молния? – улыбнулся кузнец.

     — Да, — смущенно ответила Молния. – А тебя?

     — Гром.

     Так они познакомились.

     Выйдя из кузницы, Гром ловко приладил новый сверкающий кран к бочке:

     — Будет работать, как часы.

     — Спасибо, богатырь! – сказал матушка Гроза.

    Волшебные кони заржали и рванулись ввысь. Гром на прощанье улыбнулся Молнии, и она улыбнулась ему. В эту минуту они подумали об одном и том же: доведется ли им встретиться вновь?  Ведь все, кто читает или слушает эту сказку, должны догадаться, что Молния и Гром с первого взгляда полюбили друг друга.

     А тут наступило воскресенье.  Матушка Гроза испекла вкусных-превкусных пирожков с грибами, брусникой и яблоками, положила их в плетеную корзинку и сказала Молнии:

   — Пойди, доченька, к добру молодцу кузнецу и передай ему в знак благодарности  наш  гостинец. Ведь этот юноша так нас   выручил!

    — Я мигом, мама! – обрадовалась Молния, потому что ей очень хотелось увидеть Грома.

     С корзиночкой в руке Молния быстро шла по полям, по лугам, по  лесам, напевая любимые песенки. Ну, точь-в-точь, как Красная Шапочка. И  вдруг… Нет-нет, навстречу Молнии вышел не Серый Волк.

     Дело в том, что путь в Зеленую Долину пролегал через одну очень высокую гору, поросшую густым лесом. А на самой вершине этой горы жила ее хозяйка – старая колдунья по имени Туча. Всегда она было одета во все черное. И волосы у нее были черные-пречерные, страшно косматые и такие длинные, что развевались над горой на целый километр.

     Ох, какая злая было эта Туча! Она просто выходила из себя, если видела, что людям живется весело и беззаботно, что они смеются и радуются. Но зато как же счастлива была Туча, когда люди вздыхали и плакали, когда им было холодно,  голодно и больно.

    Но отчего была Туча такой, наверное, объяснить нельзя. Так уж ведется испокон веков: одни бывают добрыми, а другие – злыми.

     И вот, когда Молния приблизилась к этой горе, навстречу ей вышла Туча и сказала:

     — А я тебя давно поджидаю.

     — Меня? – удивилась Молния.

     — Именно тебя, — подтвердила Туча. – Возьми-ка, дорогуша, свой лук да пусти пару горючих стрел в этот дремучий лес!

     — Но он же загорится! – сказала Молния.

     — Вот-вот, голубушка, мне этого и надо, — ухмыльнулась   колдунья. – Я очень хочу увидеть, как он будет полыхать ярким пламенем…

     — Но, бабушка Туча, — вежливо возразила  Молния колдунье, — ведь в этом лесу живут звери и птицы. И если вспыхнет лес, они сгорят. Да и деревья, и траву мне тоже жалко…

    — Ну, и пусть сгорят, — захохотала Туча. – Вот будет забавно! Ну, что же ты медлишь? Поскорее поджигай!

     — Нет, злая Туча! — воскликнула Молния. – Слышишь, я никогда этого не сделаю! Прощай!

     И Молния пошла своей дорогой.

     — Ты еще пожалеешь о своем упрямстве, пакостная девчонка, — прошамкала Туча.

      Но Молния этих слов уже не слышала. Она ведь так спешила к Грому.

     Увидев  ее, кузнец очень обрадовался. Они попили чаю с румяными пирожками, испеченными матушкой Грозой, а потом гуляли возле хижины кузнеца и рассказывали друг другу смешные истории.

     Конечно, им не хотелось расставаться. Но солнце уже клонилось к закату, и Молнии надо было возвращаться домой.

     — Ты придешь еще? – спросил Гром.

     — Да! – ответила Молния.

     Они распрощались, и Молния прежней дорогой пошла к своему дому у моря. Но она не знала, какая ее ждет беда.

     Как только она приблизилась к той самой горе-великанше, где жила Туча, колдунья незаметно подкралась к Молнии, набросила на нее свою черную шаль и толкнула в тесную пещеру, а выход из нее загородила большущим камнем.   

     — Живой ты отсюда не выйдешь! – прошипела старуха.

    И вот лежит бедная Молния в темной сырой пещере и плачет: уж, видно, никак ей не выбраться на волю…

   Вдруг она почувствовала, как кто-то маленький-премаленький пополз по ее руке.

     — Кто здесь? – тихо спросила Молния.

     — Это я – Рыжий Лесной Муравей, — послышался тоненький голосок.

     — Милый Лесной Муравей, как хорошо, что здесь я не одна. Видишь, Туча бросила меня в пещеру и хочет погубить.

     — Не бойся, — пропищал Муравей. – Мы тебя выручим.

     — А кто это – мы? – удивилась Молния.

     — Как — кто? Твои верные друзья! – гордо ответил Муравей.

     — Но кто же они? 

     — А это – и мои сородичи муравьи, и другие букашки, и деревья, и цветы, и трава, и звери, и птицы… В общем, весь этот лес, который ты не захотела поджечь на радость злой Туче.

     — О, милый Муравей, как же я счастлива, что у меня появились новые друзья! – сказала Молния. – И если вы уж так хотите мне помочь, пожалуйста, разыщите в Зеленой Долине кузнеца Грома!

     — Непременно разыщем! – пообещал Муравей и побежал по лесу.

    Увидела Муравья Лесная Трава:

    — Рыжик, куда спешишь?

    Рассказал Муравей Траве про Молнию, попавшую в беду. Трава зашелестела листочками, зашептала обо всём цветам. Цветы – кустам земляники. Земляника – березам и кленам. Ну, а те – всем лесным зверям.

    Услыхал тревожное известие Серый Зайчик – поскакал во всю мочь к Зеленой Долине. Да только до середины пути сумел добежать – рухнул на землю от усталости.

     Пролетала мимо Ласточка. Узнала обо всем от Зайчика —  понеслась стрелой к Зеленой Долине. Порхнула прямо в кузницу Грома:

     — Беда!!!  Хочет Туча Молнию погубить!!!

     Не мешкая ни секунды, Кузнец схватил свой самый большой молот и помчался к пещере.

     А в это время Туча уже обложила пещеру сухим хворостом и собралась его поджигать. Вынула из кармана фартука спички, хотела чиркнуть, но вдруг – откуда ни возьмись – налетели на колдунью осы да давай ее жалить.

   — Ой-ой-ой!!! – завопила Туча, которая, конечно не догадывалась,  что осы, как и все другие обитатели леса, бросились на помощь Молнии.  

    Тут как раз на дороге показался Гром, который со всех ног бежал к горе с молотом в руках. Как увидела его Туча, в страхе бросилась стремглав наутек.

     А Гром подбежал к пещере и со всего маху стукнул молотом о камень, закрывавший вход в пещеру. Рассыпался камень на мелкие кусочки, а из пещеры живая и невредимая выскочила Молния. Она бросилась Грому на грудь и заплакала. Но уже не от горя, а от радости:

     — Я боюсь этой ужасной Тучи, — сказала Молния. — Не покидай меня, хорошо?

    — Никогда не покину! – ответил Гром.

    Они тут же отправились к матушке Грозе и всё ей, конечно, рассказали: и про Тучу, и про то, как полюбили друг друга.

     — Что ж, дети, — улыбнулась матушка Гроза, — я вас благословляю!

     Тут же сыграли свадьбу, и Молния и Гром стали неразлучны навсегда.

    С того самого дня на волшебной серебряной колеснице поднимались в небо не только матушка Гроза, Дождь, Молния, Радуга и Град, но и кузнец Гром. И как только Дождь     собирался поливать землю, Молния выпускала  в небо огненные стрелы, а Гром бил своим молотом в стальной барабан, и от такого грохота аж земля дрожала.

     Потому и говорят с тех пор:  где Гром – там и Молния. Где Молния – там и Гром.

    Ну, а что же Туча? Злилась, злилась, что ей не удалось погубить Молнию, и вот что придумала старая колдунья. Когда серебряная колесница матушки Грозы взлетала в небо, Туча на ее пути распускала свою необъятную черную шаль. И хотя вода все-таки прорывалась сквозь эту шаль на землю, люди с той поры уже не могли видеть чудесной колесницы.

     Только видят теперь люди, как Дождь орошает землю. Видят огненные стрелы, которые мечет по небу Молния. Видят разноцветную дугу на небе, которую рисует Радуга. И слышат, как  кузнец Гром гремит своим молотом.

Куприн — Черная молния: читать рассказ, текст полностью онлайн

Я теперь не сумею даже припомнить, какое дело или какой каприз судьбы забросили меня на целую зиму в этот маленький северный русский городишко, о котором учебники географии говорят кратко: «уездный Я теперь не сумею даже припомнить, какое дело или какой каприз судьбы забросили меня на целую зиму в этот маленький северный русский городишко, о котором учебники географии говорят кратко: «уездный город такой-то», не приводя о нем никаких дальнейших сведений. Очень недавно провели близ него железную дорогу из Петербурга на Архангельск, но это событие совсем не отразилось на жизни города. Со станции в город можно добраться только глубокой зимою, когда замерзают непролазные болота, да и то приходится ехать девяносто верст среди ухабов и метелей, слыша нередко дикий волчий вой и по часам не видя признака человеческого жилья. А главное, из города нечего везти в столицу, и. некому и незачем туда ехать.

Так и живет городишко в сонном безмолвии, в мирной неизвестности без ввоза и вывоза, без добывающей и обрабатывающей промышленности, без памятников знаменитым согражданам, со своими шестнадцатью церквами на пять тысяч населения, с дощатыми тротуарами, со свиньями, коровами и курами на улице, с неизбежным пыльным бульваром на берегу извилистой несудоходной и безрыбной речонки Ворожи,- живет зимою заваленный снежными сугробами, летом утопающий в грязи, весь окруженный болотистым, корявым и низкорослым лесом.

Ничего здесь нет для ума и для сердца: ни гимназии, ни библиотеки, ни театра, ни живых картин, ни концертов, ни лекций с волшебным фонарем. Самые плохие бродячие цирки и масленичные балаганы обегают этот город, и даже невзыскательный петрушка проходил через него последний раз шесть лет тому назад, о чем до сих пор жители вспоминают с умилением.

Раз в неделю, по субботам, бывает в городке базар. Съезжаются из окрестных диких деревнюшек полтора десятка мужиков с картофелем, сеном и дровами, но и они, кажется, ничего не продают и не покупают, а торчат весь день около казенки, похлопывая себя по плечам руками, одетыми в кожаные желтые рукавицы об одном пальце. А возвращаясь пьяные ночью домой, часто замерзают по дороге, к немалой прибыли городского врача.

Здешние мещане — народ богобоязненный, суровый и подозрительный. Чем они занимаются и чем живут — уму непостижимо. Летом еще кое-кто из них копошится около реки, сгоняя лес плотами вниз по течению, но зимнее их существование таинственно. Встают они поздно, позднее солнца, и целый день глазеют из окон на улицу, отпечатывая на стеклах белыми пятнами сплющенные носы и разляпанные губы. Обедают, по-православному, в полдень, и после обеда спят. А в семь часов вечера уже все ворота заперты на тяжелые железные засовы, и каждый хозяин собственноручно спускает с цепи старого, злого, лохматого и седомордого, осиплого от лая кобеля. И храпят до утра в жарких, грязных перинах, среди гор подушек, под мирным сиянием цветных лампадок. И дико орут во сне от страшных кошмаров и, проснувшись, долго чешутся и чавкают, творя нарочитую молитву против домового.

Про самих себя обыватели говорят так: в нашем городе дома каменные, а сердца железные. Старожилы же из грамотных не без гордости уверяют, что именно с их города Николай Васильевич Гоголь списал своего «Ревизора». «Покойный папашка Прохор Сергеича самолично видел Николая Васильевича, когда они проезжали через город». Здесь все зовут и знают людей только по именам и отчествам. Если скажешь извозчику: «К Чурбанову (местный Мюр-Мерилиз), гривенник»,- он сразу остолбенеет и, точно внезапно проснувшись, спросит: «Чего?» — «К Чурбанову, в лавку, гривенник». -«А-а! К Порфир Алексеичу. Пожалуйте, купец, садитесь».

Здесь есть городские ряды — длинный деревянный сарай на Соборной площади, со множеством неосвещенных, грязных клетушек, похожих на темные норы, из которых всегда пахнет крысами, кумачом, дублеными овчинами, керосином и душистым перцем. В огромных волчьих шубах и прямых теплых картузах, седобородые, тучные и важные, сидят лавочники, все эти жестокие Модесты Никанорычи и Доремидонты Никифорычи, снаружи своих лавок, на крылечках, тянут из блюдечка жидкий чай и играют в шашки, в поддавки. На случайного покупателя они глядят как на заклятого врага: «Эй, мальчик, отпусти этому». Покупку ему не подают, а швыряют на прилавок, не завернувши, и каждую серебряную, золотую или бумажную монету так долго пробуют на ощупь, на свет, на звон и даже на зуб и притом так пронзительно и ехидно на тебя смотрят, что невольно думаешь: «А ведь сейчас позовет, подлец, полицию».

Зимою, по праздникам, после обеда, этак ближе к вечеру, на главной Дворянской улице происходит купеческое катанье. Вереницей, один за другим, плывут серые в яблоках огромные пряничные жеребцы, сотрясаясь ожирелыми мясами, екая на всю улицу селезенками и громко гогоча. А в маленьких санках сидят торжественно, как буддийские изваяния, в праздничных шубах купец и купчиха — такие объемистые, что их зады наполовину свешиваются с сиденья и по левую и по правую сторону. Иногда же, нарушая это чинное движение, вдруг пронесется галопом по улице, свисти и гикая, купеческий сын Ноздрунов, в нарядной кучерской поддевке, с боярской шапкой набекрень, краса купеческой молодежи, победитель девичьих сердец.

Живет здесь малая кучка интеллигентов, но все они вскоре по прибытии в город поразительно бистро опускаются, много пьют, играют в карты, не отходя от тола по двое суток, сплетничают, живут с чужими женами и с горничными, ничего не читают и ничем не интересуются. Почта из Петербурга приходит иногда через семь дней, иногда через двадцать, а иногда и совсем не приходит, потому что везут ее длинным кружным путем, сначала на юг, на Москву, потом на восток, на Рыбинск, на пароходе, а зимою на «лошадях и, наконец, тащат ее опять на север, двести верст по лесам, болотам, косогорам и дырявым мостам, пьяные, сонные, голодные, оборванные мерзлые ямщики.

В городе получаются в складчину несколько газет: «Новое время», «Свет», «Петербургская газета» и одни «Биржевые ведомости», или, как здесь их зовут, «Биржевик». Раньше и «Биржевик» выписывался в двух экземплярах, но однажды начальник городского училища очень резко заявил учителю географии и историку Кипайтулову, что «одно из двух — либо служить во вверенном мне училище, либо предаваться чтению революционных газет где-нибудь в другом месте»…

Вот в этом-то городке, в конце января, непогожим метелистым вечером я сидел за письменным столом в гостинице «Орел», или по-тамошнему «Тараканья щель», где я был единственным постояльцем. Из окон дуло, в ночной трубе завывал то басом, то визгливым сопрано разгулявшийся ветер. Унылым колеблющимся пламенем светила тоненькая, оплывшая с одного бока свеча. Я сумрачно глядел на огонь, а с бревенчатых стен меня созерцали, важно шевеля усищами, рыжие, серьезные, неподвижные тараканы. Окаянная, мертвая, зеленая скука обволокла паутиной мой мозг и парализовала тело. Что было делать до ночи? Книг со мною не было, а те нумера газет, в которые были завернуты мои вещи и дорожная провизия, я прочитал столько раз, что заучил их наизусть.

И я грустно размышлял, как мне поступить: пойти ли в клуб, или послать к кому-нибудь из моих случайных знакомых за книжкой, хотя бы за специально медицинской к городскому врачу, или за уставом о наложении наказаний к мировому судье, или к лесничему за руководством по дендрологии.

Но кто же не знает этих захолустных городских клубов, или иначе гражданских собраний? Обшарпанные обои, висящие лохмотьями; зеркала и олеографии, засиженные мухами, заплеванный пол; по всем комнатам запах кислого теста, сырости нежилого дома и карболки из клозета. В зале два стола заняты преферансом, и тут же рядом, на маленьких столиках, водка и закуска, так, чтобы удобно было, держа одной рукой карты, другой потянуться в миску за огурцом. Игроки держат карты под столом или в горсточке, прикрывая их обеими ладонями, но и это не помогает, потому что ежеминутно раздаются возгласы: «Прошу вас, Сысой Петрович, вы уж, пожалуйста, глазенапа не запускайте-с».

В бильярдной письмоводитель земского начальника играет в пирамидку с маркером огромными, иззубренными временем, громыхающими на ходу шарами, дует со своим партнером водку и сыплет специальными бильярдными поговорками. В передней, под лампой с граненым рефлектором, сидя на стуле, сложив руки на животе и широко разинув рот, сладко храпит услужающий мальчик. В буфете упиваются кавказским коньяком два акцизных надзирателя, ветеринар, помощник пристава и агроном, пьют на «ты», обнимаются, целуются мокрыми мохнатыми ртами, поливая друг другу шеи и сюртуки вином, поют вразброд «Не осенний мелкий . дождичек» и при этом каждый дирижирует, а к одиннадцати часам двое из них непременно подерутся и натаскают друг у друга из головы кучу волос.

«Нет, — решил я, — пошлю лучше к городскому врачу за книжкой».

Но как раз в эту минуту в номер вошел босой коридорный мальчуган Федька с запиской от самого доктора, который в дружески веселом духе просил меня к себе на вечерок, то есть на чашку чая и на маленький домашний винтишко, уверяя, что будут только свои, что у них вообще все попросту, без церемоний, что регалий, лент и фраков можно не надевать и, наконец, что супругой доктора получена от мамаши из Белозерска замечательных достоинств семга, из которой и будет сооружен пирог. «Sic! — восклицал шутник доктор в приписке, — и теща на что-нибудь полезна!»

Я быстро умылся, переоделся и пошел к милейшему Петру Власовичу. Теперь уже не ветер, а свирепый ураган носился со страшной силой по улицам, гоня перед собой тучи снежной крупы, больно хлеставшей в лицо и слепившей глаза. Я человек, как и большинство современных людей, почти неверующий, но мне много пришлось изъездить по проселочным зимним путям, и потому в такие вечера и в такую погоду я мысленно молюсь: «Господи, спаси и сохрани того, кто теперь потерял дорогу и кружится в поле или в лесу со смертельным страхом в душе».

Вечер у доктора был именно такой, какими бывают эти семейные вечерки повсюду в провинциальной России, от Обдорска до Крыжополя и от Лодейного поля до Темрюка. Сначала поили тепленьким чаем с домашним печеньем, с вонючим ромом и малиновым вареньем, мелкие косточки от которого так назойливо вязнут в зубах. Дамы сидели на одном конце стола и с фальшивым оживлением, кокетливо выпевая концы фраз в нос, говорили о дороговизне съестных припасов и дров, о развращенности- прислуги, о платьях и вышивках, о способах солки огурцов и шинкования капусты. Когда они прихлебывали чай из своих чашек, то каждая непременно самым противоестественным образом оттопыривала в сторону мизинец правой руки, что, как известно, считается признаком светского тона и грациозной изнеженности.

Мужчины сгрудились на другом конце. Здесь разговор шел о службе, о суровом и непочтительном к дворянству губернаторе, о политике, главным же образом пересказывали друг другу содержание сегодняшних газет, всеми ими уже прочитанных. И смешно и трогательно было слушать, как они проникновенно и прозорливо толковали о событиях, происходивших месяц-полтора тому назад, и горячились по поводу новостей, давно уже забытых всеми на свете. Право, выходило так, точно все мы живем не на земле, а на Марсе ли на Венере, или на другой какой-нибудь планете, куда видимые земные дела достигают через огромные промежутки времени в целые недели, месяцы и годы.

Затем, по заведенному издревле обычаю, хозяин сказал:

— А знаете ли что, господа? Оставим-ка этот лабиринт и сядем в винт. Алексей Николаевич, Евгений Евгеньевич, не угодно ли карточку?

И тотчас же кто-то отозвался фразой тысячелетней давности:

— В самом деле, зачем терять драгоценное время?

Неиграющих оказалось только трое: лесничий Иван Иванович Гурченко, я и старая толстая дама, очень почтенного и добродушного вида, но совершенно глухая, — мамаша земского начальника. Хозяин долго уговаривал Неиграющих оказалось только трое: лесничий Иван Иванович Гурченко, я и старая толстая дама, очень почтенного и добродушного вида, но совершенно глухая, — мамаша земского начальника. Хозяин долго уговаривал нас устроиться выходящими и, наконец, с видом лицемерного соболезнования, решился оставить нас в покое. Правда, он несколько раз, в те минуты, когда была не его очередь сдавать, торопливо забегал к нам и, потирая руки, спрашивал: «Ну, что? Как вы здесь? Не очень соскучились? Может быть, вам прислать сюда винца или пива?.. Нехорошо. Кто не пьет, не играет и не курит, — тот подозрительный элемент в обществе. А что же вы вашу даму не занимаете?»

Мы пробовали ее занимать. Заговорили сначала о погоде и о санном пути. Толстая дама кротко улыбнулась нам и ответила, что, правда, она, когда была помоложе, то играла в мушку, или, по-нынешнему, рамс, но теперь забыла и даже в фигурах плохо разбирается. Потом я проревел ей над ухом что-то о здоровье ее внучат, она ласково закивала головой и сказала участливо: «Да, да, да, бывает, бывает, у меня у самой к дождю поясницу ломит», — и достала из мешочка какое-то вязанье. Мы не рискнули больше приставать к доброй старушке.

У доктора был прекрасный, огромный диван, обитый нежной желтой кожей, в котором так удобно было развалиться. Мы с Турченко никогда не скучали, оставаясь вместе. Нас тесно связывали три вещи: лес, охота и любовь к литературе. Мне уже приходилось бывать с ним раз пятнадцать на медвежьих, лисьих и волчьих облавах и на охотах с гончими. Он был прекрасным стрелком и однажды при мне свалил рысь с верхушки дерева выстрелом из штуцера на расстоянии более трехсот шагов. Но охотился он только на зверя, да еще на зайцев, на которых даже ставил капканы, потому что от души ненавидел этих вредителей молодых лесных насаждений. Затаенной и, конечно, недостижимой его мечтой была охота на тигра. Он собрал даже целую библиотеку об этом благородном спорте. На птицу он никогда не охотился и сурово запретил у себя в лесу всякую весеннюю охоту. «Мне в моем хозяйстве птица — первый помощник», — говорил он серьезно. За такую чрезмерную строгость его недолюбливали.

Это был крепкий, маленький, смуглолицый желчный холостяк, с горячими и насмешливыми черными глазами, с сильной проседью в черных растрепанных волосах. Он был совсем одинок, настоящий бобыль, растерявший давно всех родственников и друзей детства, и в нем до сих пор еще сохранилось очень много тех безалаберных и прекрасных, грубых и товарищеских качеств, по которым так нетрудно узнать бывшего студента лесного, ныне упраздненного, факультета знаменитой когда-то Петровской академии, что процветала в сельце Петровско-Разумовском под Москвой.

Он очень редко показывался в уездном свете, потому что три четверти жизни проводил в лесу. Лес был его настоящею семьею и, кажется, единственной страстной привязанностью к жизни. В городе над ним за Он очень редко показывался в уездном свете, потому что три четверти жизни проводил в лесу. Лес был его настоящею семьею и, кажется, единственной страстной привязанностью к жизни. В городе над ним за глаза посмеивались и считали чудаком. Имея полную и бесконтрольную возможность подторговывать в свою пользу лесными делянками, отводимыми на сруб, он жил только на свое полуторастарублевое жалованье, жалованье — поистине нищенское, если принять во внимание ту культурную, ответственную и глубоко важную работу, которую самоотверженно нес на своих плечах целые двадцать лет этот удивительный Иван Иванович. Право, только среди чинов лесного корпуса, в этом распрозабытом из всех забытых ведомств, да еще среди земских врачей, загнанных, как почтовые клячи, не и приходилось встречать этих чудаков, фанатиков дела и бессребреников.

Много лет тому назад Турченко подал в военное министерство докладную записку о том, что в случае оборонительной войны лесники благодаря прекрасному знанию местности могут очень пригодиться армии как разведчики и как проводники партизанских отрядов, и потому предложил комплектовать местную стражу из людей, окончивших специальные шестимесячные курсы. Ему, конечно, как водится, ничего не ответили. Тогда он, на собственный риск и на совесть, обучил практически всех своих лесников компасной и глазомерной съемке, разведочной службе, устройству засек и волчьих ям, системе военных донесений, сигнализации флажками и огнем и многим другим основам партизанской войны. Ежегодно он устраивал подчиненным состязания в стрельбе и выдавал призы из своего скудного кармана. На службе он завел дисциплину, более суровую, чем морская, хотя в то же время был кумом и посаженым отцом у всех лесников.

Под его надзором и охраной было двадцать семь тысяч десятин казенного леса, да еще, по просьбе миллионеров братьев Солодаевых, он присматривал за их громадными, прекрасно сохраненными лесами в южной части уезда. Но и этого ему было мало: он самовольно взял под свое покровительство и все окрестные, смежные и чересполосные крестьянские леса. Совершая для крестьян за гроши, а чаще безвозмездно разные межевые работы и лесообходные съемки, он собирал сходы, говорил горячо и просто о великом значении в сельском хозяйстве больших лесных площадей и заклинал крестьян беречь лес пуще глаза. Мужики его слушали внимательно, сочувственно кивали бородами, вздыхали, как на проповеди деревенского попа, и поддакивали: «Это ты верно…. что и говорить… правда ваша, господин лесницын… Мы что? Мы мужики, люди темные…»

Но уж давно известно, что самые прекрасные и полезные истины, исходящие из уст господина лесницына, господина агронома и других интеллигентных радетелей,., представляют для деревни лишь простое сотрясение воздуха.

На другой же день добрые поселяне пускали в лес скот, объедавший дочиста молодняк, драли лыко с нежных, неокрепших деревьев, валили для какого-нибудь забора или оконницы строевые ели, просверливали стволы берез для вытяжки весеннего сока на квас, курили в сухостойном лесу и бросали спички на серый высохший мох, вспыхивающий, как порох, оставляли непогашенными костры, а мальчишки-пастушонки, те бессмысленно поджигали у сосен дупла и трещины, переполненные смолою, поджигали только для того, чтобы посмотреть, каким веселым, бурливым пламенем горит янтарная смола.,

Он упрашивал сельских учителей внедрять ученикам уважение и любовь к лесу, подбивал их вместе с деревенскими батюшками, — и, конечно, бесплодно, — устраивать праздники лесонасаждения, приставал к исправникам, земским начальникам и мировым судьям по поводу хищнических порубок, а на земских собраниях так надоел всем своими пылкими речами о защите лесов, что его перестали слушать. «Ну, понес философ свой обычный вздор», — говорили земцы и уходили курить, оставляя Турченку разглагольствовать, подобно проповеднику Беде, перед пустыми стульями. Но ничто не могло сломить энергии этого упрямого хохла, пришедшегося не по шерсти сонному городишке. Он, по собственному почину, укреплял кустарником речные берега, сажал хвойные деревья на песчаных пустырях и облеснял овраги. На эту тему мы и говорили с ним, свернувшись на обширном докторском диване.

— В оврагах у меня теперь столько нанесло снегу, что лошадь уйдет с дугой. А я радуюсь, как ребенок. В семь лет я поднял весеннюю высоту воды в нашей поганой Вороже на четыре с половиной фута. Ах, если бы мне да рабочие руки! Если бы мне дали большую неограниченную власть над здешними лесами. Через несколько лет я бы сделал Мологу судоходной до самых истоков и поднял бы повсюду в районе урожайность хлебов на пятьдесят процентов. Клянусь господом богом, в двадцать лет можно сделать Днепр и Волгу самыми полноводными реками в мире,- и это будет стоить копейки! Можно увлажнить лесными посадками и оросить арыками самые безводные губернии. Только сажайте лес. Берегите лес. Осушайте болота, но с толком…

— А что же ваше министерство смотрит? — спросил я лукаво.

— Наше министерство — это министерство непротивления злу, — ответил Турченко с горечью. — Всем все равно. Когда я еду по железной дороге и вижу сотни поездов, нагруженных лесом, вижу на станциях необозримые штабели дров, — мне просто плакать хочется. И сделай я сейчас доступными для плотов наши лесные речонки — все эти Звани, Ижины, Холменки, Ворожи, — знаете ли, что будет? Через два года уезд станет голым местом. Помещики моментально сплавят весь лес в Петербург и за границу. Честное слово, у меня иногда руки опускаются и голова трещит. В моей власти самое живое, самое прекрасное, самое плодотворное дело, и я связан, я ничего не смею предпринять, я никем не понят, я смешон, я беспокойный человек. Надоело. Тяжело. Посмотрите, что их всех интересует: поесть, поспать, выпить, поиграть в винтишко. Ничего не любят: ни родины, ни службы, ни людей, — любят только своих сопливых ребятишек. Никого ничем не разбудишь, не заинтересуешь. Кругом пошлость. Знаешь наперед, кто что скажет при любом обстоятельстве. Все оскудели умами, чувствами, даже простыми человеческими словами…

Мы замолчали. Из гостиной с четырех столов доносились до нас возгласы играющих:

«Скажу, пожалуй, малю-у-усенькие трефишки».

«Подробности письмом, Евграф Платоныч».

«Пять без козырей?»

«Подвинчиваете?»

«Наше дело-с».

«Рискнем… Малютка, шлем нося».

«Ваша игра. Мы в кусты».

«Да-а, куплено. Ни одного человеческого лица. Так будет, как купили».

«Игра высокого давления».

«Что? Стала она призадумывать себя?»

«Василь Львович, больше четверти часа думать не полагается. Захаживайте».

«Ваше превосходительство, карты поближе к орденам. Я вашего валета бубен вижу».

«А вы не глядите…»

«Не могу, с детства такая привычка, если кто веером карты держит».

«Не угодно ли вам сей финик раскусить?»

Турченко нагнулся ко мне, улыбаясь, и сказал:

— Сейчас кто-нибудь скажет: «Не ходи одна, ходи с маменькой», а другой заметит: «Верно, как в аптеке».

«Какие же вы мне черви показывали? Валет сам третей с фосками? Это поддержка, по-вашему?»

«Я думал…»

«Думал индейский петух, да и тот подох от задумчивости».

«А вы зачем своего туза засолили? Мариновать его думаете?»

«Не с чего, так с бубен!»

«А что вы думаете об этой прекрасной даме?»

«А мы ее козырем».

«Правильно, — одобрил густым баритоном соборный священник, — не ходи одна, ходи с провожатым».

«Позвольте, позвольте, да вы, кажется, давеча козыря не давали?»

«Оставьте, батенька… Ребенка пришлите, не обсчитаем… У нас верно, как в палате мер и весов».

— Слушайте, Иван Иванович, — обратился я к лесничему, — не удрать ли нам? Знаете, по-английски, не прощаясь.

— Что вы, что вы, дорогой мой. Уйти без ужина, да еще не прощаясь. Худшего оскорбления для хозяина трудно придумать. Вовек вам не забудут. Прослывете невежей и зазнайкой.

Но толстый Петр Власович, еще больше разбухший и сизо побагровевший от жары, долгого сиденья и счастливой игры, уже встал от карт и говорил, обходя игроков:

— Господа, господа… Пирог стынет, и жена сердится. Господа, последняя партия.

Гости выходили из-за столов и, в веселом предвкушении выпивки и закуски, шумно толпились во всех дверях. Еще не утихали карточные разговоры: «Как же это вы, благодетель, меня не поняли? Я вам, кажется, Гости выходили из-за столов и, в веселом предвкушении выпивки и закуски, шумно толпились во всех дверях. Еще не утихали карточные разговоры: «Как же это вы, благодетель, меня не поняли? Я вам, кажется, ясно, как палец, сказал по первой руке бубны. У вас дама, десятка — сам-четверт». — «Вы, моя прелесть, обязаны были меня поддержать. А лезете на без козырей! Вы думаете, я ваших тузов не знал?» — «Да позвольте же, мне не дали разговориться, вот они как взвинтили». — «А вы — рвите у них. На то и винт. Трусы в карты не играют»…

Наконец хозяйка произнесла:

— Господа, милости прошу закусить,

Все потянулись в столовую, со смешком, с шуточками, возбужденно потирая руки. Стали рассаживаться.

— Мужья и жены врозь, — командовал весельчак хозяин. — Они и дома друг другу надоели.

И при помощи жены он так перетасовал гостей, что парочки, склонные к флирту или соединенные давнишней, всему городу известной связью, очутились вместе. Эта милая предупредительность всегда принята на семейных вечерах, и потому нередко, нагнувшись за упавшей салфеткой, одинокий наблюдатель увидит под столом переплетенные ноги, а также руки, лежащие на чужих коленях.

Пили очень много — мужчины «простую», «слезу», «государственную», дамы — рябиновку; пили за закуской, за пирогом, зайцем и телятиной. С самого начала ужина закурили, а после пирога стало шумно и дымно, и в воздухе замелькали руки с ножами и вилками.

Говорили о закусках и разных удивительных блюдах с видом заслуженных гастрономов. Потом об охоте, о замечательных собаках, о легендарных лошадях, о протодьяконах, о певицах, о театре и, наконец, о Говорили о закусках и разных удивительных блюдах с видом заслуженных гастрономов. Потом об охоте, о замечательных собаках, о легендарных лошадях, о протодьяконах, о певицах, о театре и, наконец, о современной литературе.

Театр и литература — это неизбежные коньки всех русских обедов, ужинов, журфиксов и файфоклоков. Ведь каждый обыватель когда-нибудь да играл на любительском спектакле, а в золотые дни студенчества неистовствовал на галерке в столичном театре. Точно так же каждый в свое время писал в гимназии сочинение на тему «Сравнительный очерк воспитания по «Домострою» и по «Евгению Онегину», и кто же не писал в детстве стихов и не сотрудничал в ученических газетах? Какая дама не говорит с очаровательной улыбкой: «Представьте, я вчера ночью написала огромное письмо моей кузине — шестнадцать почтовых листов кругом и мелко-мелко, как бисер. И это, вообразите, в какой-нибудь час, без единой помарки! Замечательно интересное письмо. Я нарочно попрошу Надю прислать мне его и прочту вам. На меня как будто нашло вдохновение. Как-то странно горела голова, дрожали руки, и перо точно само бегало по бумаге». И какая из провинциальных дам и девиц не доверяла вам для чтения вслух, вдвоем, своих классных дневников, поминутно вырывая у вас тетрадку и восклицая, что здесь нельзя читать?

Говорить, ходить по сцене и писать — всем кажется таким легким, пустячным делом, что эти два, самые доступные, по-видимому, своею простотой, но поэтому и самые труднейшие, сложные и мучительные из Говорить, ходить по сцене и писать — всем кажется таким легким, пустячным делом, что эти два, самые доступные, по-видимому, своею простотой, но поэтому и самые труднейшие, сложные и мучительные из искусств — театр и художественная литература — находят повсеместно самых суровых и придирчивых судей, самых строптивых и пренебрежительных критиков, самых злобных и наглых хулителей.

Мы с Турченко сидели на конце стола и только слушали со скукой и раздражением этот беспорядочный, самоуверенный, крикливый разговор, поминутно сбивавшийся на клевету и сплетню, на подсматриваний в чужие спальни. Лицо у Турченко было усталое и точно побурело изжелта.

— Нездоровится? — спросил я тихо.

Он поморщился.

— Нет… так… уж очень надоело… Все одно и то же долбят… дятлы.

Мировой судья, помещавшийся по правую руку от хозяйки, отличался очень длинными ногами и необыкновенно коротким туловищем. Поэтому, когда он сидел, то над столом, подобно музейным бюстам, возвышались только его голова и половина груди, а концы его пышной раздвоенной бороды нередко окунались в соус. Пережевывая кусок зайца в сметанном соусе, он говорил с вескими паузами, как человек, привыкший к общему вниманию, и убедительно подчеркивал слова движениями вилки, зажатой в кулак:

— Не понимаю теперешних писателей… Извините. Хочу понять и не могу… отказываюсь. Либо балаган, либо порнография… Какое-то издевательство над публикой… Ты, мол, заплати мне рубль-целковый своих кровных денег, а я за это тебе покажу срамную ерунду.

— Ужас, ужас, что пишут! — простонала, схватившись за виски, жена акцизного надзирателя, уездная Мессалина, не обходившая вниманием даже своих кучеров.- Я всегда мою руки с одеколоном после их книг. И подумать, что такая литература попадает в руки нашим детям!

— Совершенно верно! — воскликнул судья и утонул бакенбардами в красной капусте. — А главное, при чем здесь творчество? вдохновение? ну, этот, как его… полет мысли? Так ведь и я напишу… так каждый из нас напишет… так мой письмоводитель настряпает, на что уж идиот совершеннейший. Возьми перетасуй всех ближних и дальних родственников, как колоду карт, и выбрасывай попарно. Брат влюбляется в сестру, внук соблазняет собственного дедушку… Или вдруг безумная любовь к ангорской кошке, или к дворникову сапогу… Ерунда и чепуха!

— А все это революция паршивая виновата, — сказал земский начальник, человек с необыкновенно узким лбом и длинным лицом, которого за наружность еще в полку прозвали кобылячьей головой. — Студенты учиться не хотят, рабочие бунтуют, повсеместно разврат. Брак не признают. «Любовь должна быть свободна». Вот вам и свободная любовь.

— А главное — жиды! — прохрипел с трудом седоусый, задыхающийся от астмы, помещик Дудукин.

— И масоны, — добавил твердо исправник,, выслужившийся из городовых, миролюбивый взяточник, игрок и хлебосол, собственноручно подававший губернатору калоши при его проезде.

— Масоны не знаю, а жиды знаю, — сердито уперся Дудукин. — У них кагал. У них: один пролез — другого потащил. Непременно подписываются русскими фамилиями, и нарочно про Россию мерзости пишут, чтобы дескри… дескри… дескрити… ну, как его!. . словом, чтобы замарать честь русского народа.

А судья продолжал долбить свое, разводя руками с зажатыми в них вилкой и ножом и опрокидывая бородой рюмку:

— Не понимаю и не понимаю. Выверты какие-то… Вдруг ни с того ни с сего «О, закрой свои бледные ноги». Это что же такое, я вас спрашиваю? Что сей сон значит? Ну, хорошо, и я возьму и напишу: «Ах, спрячь твой красный нос!» и точка. И все. Чем же хуже, я вас спрашиваю?

— . Или еще: в небеса запустил ананасом, — поддержал кто-то.

— Да-с, именно ананасом, — рассердился судья. — А вот я на днях прочитал у самого ихнего модного: «Летает буревестник, черной молнии подобный». Как? Почему? Где же это, позвольте спросить, бывает черная молния? Кто из нас видел молнию черного цвета? Чушь!

Я заметил, что при последних словах Турченко быстро поднял голову. Я оглянулся на него. Его лицо осветилось странной улыбкой — иронической и вызывающей. Казалось, что он хочет что-то возразить. Но он промолчал, дрогнул сухими скулами и опустил глаза.

— А главное, о чем пишут? — вдруг заволновался, точно мгновенно вскипевшее молоко, молчаливый страховой агент. — Там — символ символом, это их дело, но мне вовсе не интересно читать про пьяных босяков, про воришек, про… извините, барыни, про разных там проституток и прочее…

— Про повешенных тоже, — подсказал акцизный надзиратель, — и про анархистов, и еще про палачей.

— Верно, — одобрил судья. — Точно у них нет других тем. Писали же раньше… Пушкин писал, Толстой, Аксаков, Лермонтов. Красота! Какой язык! «Тиха украинская ночь, прозрачно небо, светят звезды…» Эх, черт, какой язык был, какой слог!..

— Удивительно! — сказал инспектор народных училищ, блестя умиленными глазками из-под золотых очков и потряхивая острой рыженькой бородкой.- Поразительно! А Гоголь! Божественный Гоголь! Помните у него…

И вдруг он загудел глухим, могильным, завывающим голосом и вслед за ним также затянул нараспев земский начальник:

— «Чу-уден Дне-епр при ти-ихой пого-о-де, когда вольно и пла-авно…» Ну, где найдешь еще такую красоту и музыку слов!. .

Соборный священник сжал свою окладистую сивую бороду в кулак, прошел по ней до самого конца и сказал, упирая на «о».

— Из духовных были также почтенные писатели: Левитов, Лесков, Помяловский. Особенно последний. Обличал, но с любовью… хо-хо-хо… вселенская смазь… на воздусях… Но о духовном пении так писал, что и до сей поры, читая, невольно прольешь слезу.

— Да, наша русская литература, — вздохнул инспектор, — пала! А раньше-то? А Тургенев? А? «Как хороши, как свежи были розы». Теперь так уж не напишут.

— Куда! — прохрипел дворянин Дудукин. — Прежде дворяне писали, а теперь пошел разночинец.

Робкий начальник почтовой конторы вдруг зашепелявил:

— Однако теперь они какие деньги-то гребут! Ай-ай-ай… страшно вымолвить… Мне племянник студент летом рассказывал. Рубль за строку, говорит. Как новая строка — рубль. Например: «В комнату вошел граф» — рубль. Или просто с новой строки «да» — и рубль. По полтиннику за букву. Или даже еще больше. Скажем, героя романа спрашивают: «Кто отец этого прелестного ребенка?» А он коротко отвечает с гордостью «Я»- И пожалуйте: рубль в кармане.

Вставка начальника почтовой конторы точно открыла шлюз вонючему болоту сплетни. Со всех сторон посыпались самые достоверные сведения о жизни и заработках писателей. Такой-то купил на Волге старинное княжеское имение в четыре тысячи десятин с усадьбою и дворцом. Другой женился на дочери нефтепромышленника и взял четыре миллиона приданого. Третий пишет всегда пьяным и выпивает за день четверть водки, а закусывает только пастилой. Четвертый отбил жену своего лучшего друга, а двое декадентов, те просто по взаимному уговору поменялись женами. Кучка модернистов составила тесный содомский кружок, известный всему Петербургу, а один знаменитый поэт странствует по Азии и Америке с целым гаремом, состоящим из женщин всех наций и цветов.

Теперь говорили все разом, и ничего нельзя было разобрать. Ужин подходил к концу. В недопитых рюмках и в тарелках с недоеденным лимонным желе торчали окурки. Гости наливались пивом и вином. Священник разлил на скатерть красное вино и старался засыпать лужу солью, чтобы не было пятна, а хозяйка уговаривала его с милой улыбкой, кривившей правую половину ее рта вверх, а левую вниз:

— Да оставьте, батюшка, зачем вам затруднять себя? Это отмоется.

Между дамами, подпившими рябиновки и наливки, уже несколько раз промелькнули неизбежные шпильки и намеки. Исправничиха похвалила жену страхового агента за то, что она с большим вкусом освежила свое прошлогоднее платье — «совсем и узнать нельзя». Страховиха ответила с нежной улыбкой, что она, к сожалению, не может по два раза в год выписывать себе новые платья из Новгорода, что они с мужем — люди хотя бедные, но честные, и что им неоткудова брать взяток. «Ах, взятки — это ужасная пошлость! — охотно согласилась исправничиха. — И вообще на свете много гадости, а вот еще бывает, что некоторых замужних дам поддерживают чужие мужчины». Это замечание перебила уже акцизная надзирательница и заговорила что-то о губернаторских калошах. В воздухе назревала буря, и уже висел над головами обычный трагический возглас: «Моей ноги не будет больше в этом доме!» — но находчивая хозяйка быстро предупредила катастрофу, встав из-за стола со словами:

— Прошу извинить, господа. Больше ничего нету.

Поднялась суматоха. Дамы с пылкой стремительностью целовали хозяйку, мужчины жирными губами лобызали у нее руку и тискали руку доктора. Большая часть гостей вышла в гостиную к картам, но несколько человек осталось в столовой допивать коньяк и пиво. Через несколько минут они запели фальшиво и в унисон «Не осенний мелкий дождичек», и каждый обеими руками управлял хором. Этим промежутком мы с лесничим воспользовались и ушли, как нас ни задерживал добрейший Петр Власович.

Ветер к ночи совсем утих, и чистое, безлунное, синее небо играло серебряными ресницами ярких звезд. Было призрачно светло от того голубоватого фосфорического сияния, которое всегда излучает из себя свежий, только что улегшийся снег.

Лесничий шел со мной рядом и что-то бормотал про себя. Я давно уже знал за ним эту его привычку разговаривать с самим собою, свойственную многим людям, живущим в безмолвии, — рыбакам, лесничим, ночным караульщикам, а также тем, которые перенесли долголетнее одиночное заключение, — и я перестал обращать на эту привычку внимание.

— Да, да, да… — бросал он отрывисто из воротника шубы. — Глупо… Да… Гм… Глупо, глупо… И грубо… Гм…

На мосту через Ворожу горел фонарь. С всегдашним странным чувством немного волнующей, приятной бережности ступал я на ровный, прекрасный, ничем не запятнанный снег, мягко, упруго и скрипуче подававшийся под ногою. Вдруг Турченко остановился около фонаря и обернулся ко мне,

— Глупо! — сказал он громко и решительно. — Поверьте мне, милый мой, — продолжал он, слегка прикасаясь к моему рукаву, — поверьте, не режим правительства, не скудость земли, не наша бедность и темнота виноваты в том, что мы, русские, плетемся в хвосте всего мира. А все это сонная, ленивая, ко всему равнодушная, ничего не любящая, ничего не знающая провинция, все равно — служащая, дворянская, купеческая или мещанская. Посмотрите на них, на сегодняшних. Сколько апломба, сколько презрения ко всему, что вне их куриного кругозора! Так, походя, и развешивают ярлыки: «Ерунда, чепуха, вздор, дурак…» Попугаи! И главное, — он, видите ли, этого и этого не понимает, и, стало быть, это уже плохо и смешно. Так ведь он дифференциального исчисления не понимает — значит, и оно чепуха? И Пушкина не понимали. И Чехова недавно не понимали. Говорили о его «Степи»: что за чушь — овечьи мысли! Да разве овцы думают? «Цветы улыбались мне в тишине, спросонок…» Ерунда! Разве цветы когда-нибудь смеются! И нынче ведь тоже. «Я, говорит, сам так напишу…»

— А насчет черной молнии? — спросил я.

— Да, да… «Где же это бывает черная молния?» Премилый человек этот судья, но что он видел в своей жизни? Он — школьный и кабинетный продукт… А я вам скажу, что я сам, собственными глазами, видел черную молнию и даже раз десять подряд. Это было страшно.

— Вот как, — молвил я недоверчиво.

— Именно так. Я с детства в лесу, на реке, в поле. Я видел и слышал поразительные вещи, о которых не люблю рассказывать, потому что все равно не поверят. Я, например, наблюдал не только любовные хороводы журавлей, где все они пляшут и поют огромным кругом, а парочка танцует посредине, — я видел их суд над слабым перед осенним отлетом. Я мальчишкой-реалистом, живучи в Полесье, видел град с большой мужской кулак величиною, гладкими ледышками, но не круглой формы, а в виде как бы шляпки молодого белого гриба, и плоская сторонка слоистая. В пять минут этот град разбил все окна в большом помещичьем доме, оголил все тополи и липы в саду, а в поле убил насмерть множество мелкого скота и двух подпадков. Глубокой зимою, в день ужасного мессинского землетрясения, утром, я был с гончими у себя на Бильдине. И вот часов в десять — одиннадцать на совершенно безоблачном небе вдруг расцвела радуга. Она обоими концами касалась горизонта, была необыкновенно ярка и имела в ширину градусов сорок пять, а в высоту двадцать — двадцать пять. Под ней, такой же яркой, изгибалась другая радуга, но несколько слабее цветом, а дальше третья, четвертая, пятая, и все бледнее и бледнее — какой-то сказочный семицветный коридор. Это продолжалось минут пятнадцать. Потом радуги растаяли, набежали мгновенно, бог знает, откуда тучи и повалил сплошной снежище.

Я видел лесные пожары. Я видел, как ураган валил пятисаженный сухостой. Да, я был тогда в лесу с объездчиком, лесниками и рабочими, и на моих глазах сотни громадных деревьев валились, как спички. Тогда объездчик Нелидкин стал на колени и снял шапку. И все сделали то же самое. И я. Он читал «Отче наш», и мы крестились, но мы не слышали его голоса из-за треска падающих деревьев и ломающихся сучьев. Вот, что я видел в своей жизни. Но также я видел и черную молнию, и это было ужаснее всего. Постойте, — перебил Турченко себя, — мы у моего дома. Зайдем ко мне. Михеевна будет ругаться, но ничего. Я вас за это угощу третьегодняшним квасом. Сегодня, благосло-вясь, почнем.

Михеевна, старая суровая служанка лесничего, и его чудный яблочный квас были известны всему городу. Старуха приняла нас строго и долго ворчала, бродя со свечой по комнатам и лазая по шкафам: «Непутевые, полуночники, мало им дня, по ночам бродят, добрым людям спать не дают». Но квас был выше всех похвал. Он бродил долго сначала в дубовой бочке на хмеле и на дрожжах, с изюмом, коньяком и каким-то ликером, потом отстаивался три года в бутылках и теперь был крепок, играл, как шампанское, и весело» и холодно сушил во рту, немного пьянил и в то же время освежал.

— Вот как это было, — говорил Турченко, расхаживая в заячьей курточке по своему кабинету, увешанному картинами с изображением тигров. — Я студентом приехал на каникулы в самую глушь Тверской губернии к своему двоюродному брату Николаю — к Коке, — так мы его называли. Он был когда-то блестящим молодым человеком, с лицейским образованием, с большими связями и великолепной карьерой впереди, и прекрасно танцевал на настоящих светских балах, обожал актрис из французской оперетки и новодеревенских цыганок, пил шампанское, по его словам, как крокодил, и был душой общества. Но в один миг, буквально вмиг, все Кокино благополучие рухнуло. Однажды утром он проснулся и с ужасом убедился в том, что всю правую сторону его тела разбил паралич. Из самолюбия и из гордости он обрек себя на добровольное изгнание и поселился в деревне.

Но он вовсе не утратил ясности и бодрости духа и с легкой иронией называл себя велосипедистом, потому что принужден был передвигаться, сидя в трехколесном кресле, которое сзади катил его слуга Яков. Он много ел и пил, много спал, писал на пишущей машинке пресмешные нецензурные письма в стихах и часто менял деревенских любовниц, которым давал громкие имена королевских фавориток, вроде Ла-Вальер, Монтеспан и Помпадур.

Однажды, заряжая или разряжая браунинг, с которым Кока никогда не расставался, он прострелил своему Якову ногу. По счастию, пуля попала очень удачно, пройдя сквозь мякоть ляжки и пробив, кроме того, две двери навылет. Это событие почему-то тесно сдружило барина и слугу. Они положительно не могли жить друг без друга, хотя и ссорились нередко: Кока, рассердясь, тыкал метко Якову в живот костылем, а Яков тогда сбегал на несколько часов из дому и не являлся на зов, оставляя Коку в беспомощном состоянии.

Яков был в душе прекрасный охотник: неутомимый, несмотря на свою хромоту, с хорошей памятью местности, с большим знанием тех неуловимых причин, по которым угадываешь качество и количество дичи. Мы с ним часто ходили на простую мужицкую, очень трудную охоту, то есть без собаки, а с подкраду, требующую большого внимания и терпения. Надо сказать, что Кока неохотно отпускал со мною Якова, — без него он был, как без своих единственных руки и ноги. Поэтому, чтобы выпросить Якова, приходилось прибегать к хитростям. Ничто так не располагало Коку, великодушию, как расспросы о его прежней веселой жизни, когда он считался львом гостиных и милым завсегдатаем шикарных ресторанов.

И так однажды, заведя эту Кокину шарманку и нальстив ему без всякой меры, я умудрился похитить Якова на целую неделю. Пошли мы с ним в дальнюю деревушку Бурцево, где у Коки были лесные участки и славные болотца. Бурцевский мужик Иван, он же и Кокин лесник, говорил, что на Высоком, в Раменье и на Блинове развелось столько глухарей, тетерок, рябчиков, бекасов, дупелей и уток, что просто видимо-невидимо. «Хоть палкой бей, хоть шапкой накрывай».

Мы долго собирались, поздно вышли и пришли в Бурцево к вечерней заре. Ивана не было, он, оказывается, ушел к свояку в Окунево, где праздновали престол. Приняла нас его жена Авдотья, худая пучеглазая баба, похожая лицом на рыбу, и такая веснушчатая, что белая кожа только лишь кое-где редкими проблесками проступала на ее щеках сквозь коричневую маску.

В избе было душно, жужжало множество мух и пахло чем-то противно кислым. В зыбке верещал без умолка ребенок. Авдотья захлопотала.

— Мой-то еще, не знаю, — вернется, не вернется ли. Больно ладное пиво варят в Окуневе. А где пиво — там и Иван. Да вы погодите, кормильцы, я вас своим пивом напою. На спаса варила… Не гораздо густо пиво-то, доливали мы его, а вкусное было да сладкое.

Она подняла за кольцо тяжелую крышку подвала, спустилась туда и через минуту вылезла с большим ковшом домашнего пива. Пока она разливала нам его, я спросил, указав на кричавшего младенца:

— Сколько месяцев ребенку-то?

— Ме-ся-цев? — удивилась баба.- Что ты, кормилец, господь с тобой. Только вчера вечером родила. Какой там месяцев? Вчера ровно в это время родила. Кушайте, кормильцы, не знаю, как звать-то вас… Вчера только родила. Вот как.

Я невольно сказал:

— Вот так фунт.

Но Яков заметил равнодушно и презрительно:

— Это им нипочем. Они привычны. Им — как чихнуть.

Иван все не приходил, должно быть загулял. Пиво было теплое, и в нем плавали мухи. На стены, ради невиданных гостей, сползались из всех углов тараканы. Мы поглядели, посидели и пошли спать в сарай на сено. Не люблю я спать на болотном сене. Сучки какие-то и толстые стебли прут в спину, голова затекает, в носу крутит от мелкой сенной пыли, нельзя курить. Долго я не мог заснуть и все прислушивался к ночным звукам: коровы и лошади где-то сильно и тяжело вздыхали, переступали ногами, ворочались и время от времени тяжело и густо шлепали, перепела кричали в далеких росистых овсах, скрипел своим деревянным скрипом неутомимый дергач.

Заснул я перед зарей, а встали мы очень поздно, в девять часов. Было уже жарко. День обещал быть знойным. Небо простиралось бледное, томное, изнемогающее, похожее цветом на голубой выцветший и вылинявший шелк.

Ивана все еще не было. Мы пошли одни. Сельцо — вернее, выселки — Бурцево состояло всего из трех дворов и расположилось на вершине большого холма, по отлогостям которого спускались пашни и поля. А подножие холма упиралось в болото, растянувшееся бог знает на сколько сот, может быть даже тысяч, десятин. Верстах в трех вдали виднелся волнистый синий хребет — сосновый лес на островке Высоком, куда вела узкая извилистая непроезжая тропинка. Вся же остальная окрестность была сплошь покрыта мелким кустарником, среди которого там и сям блестели на солнце, точно капли разбросанной ртути, изгибы местных болотистых речонок: Тристенки, Холменки и Звани.

Тяжелый нам выдался день. Парило невыносимо, и через час мы были так мокры от пота, что хоть выжимай. Надоедливая микроскопическая мошкара вилась кучами над головой, залезала в глаза, в нос, в уши и доводила до бессильного бешенства, когда с яростью хлопаешь себя по щекам, размазывая насекомых по лицу, как кашу,

Много раз мы с Яковом теряли друг друга в густом, местами непроходимом кустарнике. Один раз сучок задел за собачку моего ружья, и оно нежданно выстрелило. От мгновенного испуга и от громкого выстрела у меня тотчас же разболелась голова и так и не переставала болеть целый день, до вечера. Сапоги промокли, в них хлюпала вода, и отяжелевшие, усталые ноги каждую секунду спотыкались о кочки. Кровь тяжело билась под черепом, который мне казался огромным, точно разбухшим, и я чувствовал больно каждый удар сердца.

Приходилось то и дело переходить речонки вброд или по лавам, которые представляют из себя не что иное, как два или три тонких деревца, связанных лыком или прутьями, переброшенных поперек реки и крепленных несколькими парами шатких кольев, вколоченных в дно. Но всего неприятнее были переходы по открытым местам, совсем голубым от бесчисленных незабудок, от которых так остро, травянисто и приторно пахло. Здесь почва ходила и зыбилась под ногами, а из-под ног, хлюпая, била фонтанчиками черная вонючая вода.

Мы заблудились и лишь далеко за полдень добрались до Высокого. Небо теперь было все в тяжелых, неподвижных, пухлых облаках. Мы поели холодного мяса с хлебом, напились воды, пахнувшей ржавчиной и болотным газом, потом развели из можжевельника ароматный костер от комаров и — сам уж не знаю, как это случилось, — заснули внезапным тяжелым сном.

Я первый проснулся. Все вокруг страшно, грозно и жутко потемнело, а зелень болотного кустарника качалась и отливала серой сталью. Все небо обложили громоздкие лиловые и фиолетовые тучи с разорванными серыми краями. Начинал вдали глухо ворчать гром. Я заторопился.

— Ну, Яков, домой. Дай бог добраться. Ходу!

Но, сойдя с острова, возвышавшегося среди болота, мы тотчас же заблудились и стали без толку бродить зигзагами по кустарнику, отступая в сторону от рек, обходя трясины и густые чащобы, теряя друг друга, спеша, путаясь и сердясь.

Стало уже совсем темно, и гром рокотал еще далеко, но уже не затихая ни на мгновение, когда Яков, шедший впереди и казавшийся мне издали .темным, длинным, неясным, шатающимся столбом, друг крикнул:

— Есть дорога!

Да, это была узкая, болотная дорога, кое-где укрепленная поперек хворостом, со следами лошадиного помета. И к нашей радости, мы тотчас услыхали невдалеке стук телеги. Быстро-быстро, совсем заметно для глаза, надвигалась тьма. Только на западе, низко над землей, рдела узкая длинная кровавая полоса, отороченная сверху тесьмой из расплавленного золота.

Подъехала телега. В ней сидело двое: баба правила, дергая локтями и вытянув прямо перед собою ноги, как умеют сидеть только деревенские женщины, а старик, немного хмельной, дремал позади. Он проснулся, когда испугавшаяся нас лошадь стала храпеть, артачиться и боком лезть в болото. Мы стали расспрашивать старика про дорогу на Бурцево. Но он тянул и мямлил:

— На Бурцево вам, милые? А вы сами-то чьи будете?

— Ничьи. Из Демцына. От Николая Всеволодыча.

— Знаем, знаем. Только вы, милые, не туда идете. Вам надо податься сейчас во-он куда, прямо на восход. Прямо по стрелябии. Вы что же, рендатели будете в Демцыне?

— Нет, я проезжий, родич демцынскего барина.

— А, так, так, так… Сродственник, значит? До Бурцева вам эвона прямо куда. Так прямо по стрелябии и вдаряйте. С охотой, значит, ходили?..

Но мы не успели ответить. Из кустов послышалось пугливое коканье, хлопанье мощных крыльев, и шагах в десяти от нас с шумом поднялся большой тетеревиный выводок, чернея на алой полосе зари. Мы с Яковом почти одновременно выстрелили, не целясь, раз за разом из обоих стволов и, конечно, промахнулись. А телега уже мчалась от нас, прыгая и кося боками на ухабах. Напрасно мы бежали за ней, крича старику остановиться. Он без шапки, стоя нахлестывал кнутом лошаденку, длинный, тощий, несуразный, и, со страхом оборачиваясь назад, кричал что-то злым шамкающим голосом.

Опять мы остались одни. Я предложил было не оставлять дороги, но Яков убедил меня в том, что до, Бурцева два шага, а что стариковская дорога ведет в Ченцово, до которого еще добрых пятнадцать верст, — и я согласился с ним. И опять мы полезли в черное, сырое болото. Сходя с дороги, я обернулся назад. Красной полосы уже не было на небе, точно ее задернули занавесом; и мне вдруг сделалось грустно и тоскливо. Не стало больше видно ничего: ни туч, ни кустарника, ни Якова, шедшего со мною рядом, — была одна мокрая, густая тьма. Сверкнула первая молния — наверху загрохотало и оборвалось сухим треском, за ней другая, третья. Потом пошло и пошло без перерыва.

Это была одна из тех ужасных гроз, которые разражаются иногда над большими низменностями. Небо не вспыхивало от молний, а точно все сияло их трепетным голубым, синим и. ярко-белым блеском. И гром не смолкал ни на мгновение. Казалось, что там наверху идет какая-то бесовская игра в кегли высотою до неба. С глухим рокотом катились там неимоверной величины шары, все ближе, все громче, и вдруг — тррах-та-та-трах — падали разом исполинские кегли.

И вот я увидал черную молнию. Я видел, как от молнии колыхало на востоке небо, не потухая, а все время то развертываясь, то сжимаясь, и вдруг на этом колеблющемся огнями голубом небе я с необычайной ясностью увидел мгновенную и ослепительно черную молнию. И тотчас же вместе с ней страшный удар грома точно разорвал пополам небо и землю и бросил меня вниз, на кочки. Очнувшись, я услышал сзади себя дрожащий, слабый голос Якова.

— Барин, что же это, господи… Погибнем, царица небесная… Молния… черная… господи, господи…

Я приказал ему сурово, собрав всю последнюю силу воли:

— Вставай. Идем. Не ночевать же здесь.

О, что это была за ужасная ночь! Эти черные молнии наводили на меня необъяснимый животный страх. Я до сих пор не могу понять причины этого явления: была ли здесь ошибка нашего зрения, напряженного беспрестанной игрой молнии по всему небу, имело ли особое значение случайное расположение туч, или Я до сих пор не могу понять причины этого явления: была ли здесь ошибка нашего зрения, напряженного беспрестанной игрой молнии по всему небу, имело ли особое значение случайное расположение туч, или свойства этой проклятой болотной котловины? Но иногда я чувствовал, что теряю с каждой секундой разум и самообладание. Мне, помню, все хотелось закричать диким, пронзительным голосом, по-заячьи. И я все шел вперед, лепеча богу, точно перепуганный ребенок, несвязные, нелепые молитвы: «Миленький бог, добрый, хороший бог, спаси меня, прости меня. Я никогда не буду». И тут же, зацепившись за кочку, летел локтем в жидкую грязь и остервенело ругался самыми скверными словами.

Вдруг я услышал невдалеке голос Якова, страшный, захлебывающийся голос, от которого я задрожал:

— Барин, утопаю… Спасите, Христа ради… Тону… А-а-а!..

Я кинулся к нему на слух и при непереносимом ослепительном свете черной молнии увидел не его, а лишь его голову и туловище, торчащие из трясины. Никогда не забуду этих выпученных, омертвелых от безумного ужаса глаз. Я никогда бы не поверил, что у человека глаза могут стать такими белыми, огромными и чудовищно страшными.

Я протянул ему ствол ружья, держась сам одной рукой за приклад, а другой за несколько зажатых вместе ветвей ближнего куста. Мне было не под силу вытянуть его. «Ложись! Ползи!» — закричал я с отчаянием. И он тоже ответил мне высоким звериным визгом, который я с ужасом буду вспоминать до самой смерти. Он не мог выбраться. Я слышал, как он шлепал руками по грязи, при блеске молний я видел его голову все ниже и ниже у своих ног и эти глаза… глаза… Я не мог оторваться от них…

Под конец он уже перестал кричать и только дышал часто-часто. И когда опять разверзла небо черная молния, ничего не было видно на поверхности болота. Как я шел по колеблющимся, булькающим, вонючим трясинам, как залезал по пояс в речонки, как, наконец, добрел до стога и как меня под утро нашел слышавший мои выстрелы бурцевский Иван, не стоит а говорить…

Турченко несколько минут молчал, низко склонившись над своим стаканом и ероша волосы. Потом вдруг быстро поднял голову и выпрямился. Его широко раскрытые глаза были гневны.

— То, что я сейчас рассказал, — крикнул он, — было не случайным анекдотом по поводу дурацкого слова обывателя. Вы сами видели сегодня болото, вонючую человеческую трясину! Но черная .молния! Черная молния! Где же она? Ах! Когда же она засверкает?

Он медленно закрыл глаза, а через минуту уставшим голосом сказал ласково:

— Извините, дорогой мой, за многословие. Ну, давайте выпьем бутылочку моего сидра.

Брайан, Эшли, Брайан, Эшли: 9780689318368: Amazon.com: Книги

Еженедельно от издателей

Эта африканская история, радостная как в словах, так и в палитре, рассказывает, почему молния и гром обитают в небе, а не на земле, как когда-то. Ма Овечка Гром и Сын Рам Молния живут в африканской деревне, вызывая Дождь, мчась через горы по просьбе короля. Но Сон Рам Молния шалости — бодает людей, жует соломенные шляпы на рынке и случайно поджигает.Раздраженный Король, наконец, изгоняет мать и сына на небо, где они живут сегодня, за исключением случайных земных набегов, в которых резкая Молния поражает все на его пути, а его мать бежит за ним, призывая его вернуться домой. Брайан использует очень разговорчивый, добродушный тон, с частыми вставками «ага» и «ага», что быстро развивает дух товарищества между читателем, рассказчиком, беглым бараном и его измученной матерью. Ярко раскрашенные и оригинально оформленные, иллюстрации Брайана — это игривый взгляд на витражи.Возраст от 4 до 8 лет.
Авторское право Reed Business Information, Inc., 1993.

от Kirkus Отзывы

Восхитительная адаптация нигерийской сказки о « Ма Овечка Гром » и ее « Сыне Раме Молнии », которые живут в деревне, где люди надеются, что они позвонят своему другу Рейну с облаков над горой. Но Сын Рам Молния настолько непослушен, что Король изгоняет пару в далекий дом в небе, из которого Молния иногда дико устремляется к земле, поражая все на своем пути, в то время как его мать следует за ним и зовет его обратно в своем грохоте. голос.Написано для чтения вслух (возможно, для буйного ребенка), с кусочками рифмы и неожиданной игрой слов — Король ругает Молнию: « В твоем возрасте это возмутительно — так буйствовать! » Вот одно из слов Брайана. уникально яркие, кружащиеся, залитые светом картины на каждой странице. (Фольклор / иллюстрированная книга. 4-8) — Copyright © 1993, Kirkus Associates, LP. Все права защищены.

Об авторе

Эшли Брайан рос под звуки пения его матери с утра до ночи, и с тех пор он разделяет радость пения с детьми.Любимый иллюстратор, он недавно был удостоен награды Newbery Honoree за свою книгу с картинками Freedom Over Me . Он также был лауреатом премии Коретты Скотт Кинг — Вирджиния Гамильтон за заслуги перед жанром; премия Лоры Ингаллс Уайлдер; был лектором Мэй Хилл Арбетнот; лауреат премии Коретты Скотт Кинг; и обладатель бесчисленного множества других наград и признаний. Его книги включают Свобода над мной ; Sail Away ; Beautiful Blackbird ; Beat the Story-Drum, Pum Pum ; Let It Shine ; Книга кукол Эшли Брайана ; и Какой чудесный мир .Он живет в Айлсфорде, одном из Клюквенных островов у побережья штата Мэн.

История выжившего: Роберт

Остерегайтесь молнии, круглый год

В субботу, 22 февраля 1997 года, Роберт, его отец, трое друзей и двое их сыновей отправились на подледную рыбалку на озере Мусхед в штате Мэн. В середине зимы в штате Мэн никто и не ожидал грозы. Погода началась туманная, с легким снегом, мокрым снегом, ледяным дождем и дождем.Хотя рыбалка была хорошей. В какой-то момент группа ошибочно подумала, что они слышали звук грохочущих вдалеке вагонов товарного поезда. На самом деле они услышали гром надвигающейся грозы. Затем погода стала резко похолодать, и пошел мелкий град. Когда они поняли, что приближается гроза, они быстро собрали свое снаряжение и направились на снегоходах и санях к берегу.

Сразу после того, как они отправились домой, молния ударила в высокую сосну на острове в нескольких сотнях ярдов от них.Взрывная сила, созданная ударом молнии, пробила большую дыру в уступе скалы рядом с деревом. Кусок земли размером с футбольный мяч был брошен на лед на расстоянии 150 ярдов, а камни весом до 100 фунтов были брошены на лед на расстоянии 50–60 футов. Во время разряда несколько человек сообщили о «пальцах молнии» или «лучах молнии», исходящих из озера вокруг них; однако Роберт ничего не помнит об инциденте. Когда он ехал на задней части одной из больших саней, Роберт был частью одного из тех «пальцев молнии».«

Перед неизвестным им разрядом молнии в людях, на льду и в воздухе вокруг них накапливались заряды. Когда они собирались уходить, люди даже сообщили, что видели мерцание или искры в воздухе и странный запах, скорее всего, когда полосы заряда тянулись вверх, к приближающемуся шторму. Когда поблизости ударила молния, стримеры разрядились (что было похоже на пальцы молнии из озера), и возникший ток ранил Роберта. Его подбросило в воздух, и он приземлился на землю, где он временно лежал без сознания.Он пришел в сознание и был доставлен в ближайшую больницу для лечения и наблюдения. Роберт потерял память об этом дне и около недели был очень слаб. Он также несколько недель испытывал сильную боль в суставах. Хотя большая часть боли ушла, он продолжает страдать от головных болей, и ему сказали, что он, вероятно, продолжит страдать от головной боли до конца своей жизни, что является постоянным напоминанием об инциденте, опасностях молнии и о том, что он повезло быть живым сегодня.

Остальные в группе также были ранены разрядом, но менее тяжело. Двое детей были доставлены в больницу с ожогами, а некоторые из других сообщили о головных болях и / или покалывании через несколько часов после инцидента. Всем очень повезло, что они не попали прямо в основной разряд молнии.

Заряд, который накапливался на людях и вокруг них, также накапливался на озере на значительном расстоянии от них. Гонки на снегоходах проводились на озере, недалеко от Гринвилла, примерно в двух милях отсюда.Судя по всему, на людях и снаряжении на гонках тоже накапливались заряды. Когда молния ударила в дерево на острове, большая часть электронного оборудования на скачках вышла из строя. Некоторые участники сообщили, что они слышат треск в наушниках незадолго до удара молнии, а когда молния ударила по их шлемам, наушники и микрофоны отключились. Кроме того, в это же время перестало работать радарное оборудование, измеряющее скорость снегоходов.

Истории выживших после удара молнии

Имя Местоположение / активность при ударе Медицинские воздействия
Гленн Остров Лонг-Бич, штат Нью-Джерси Нет долгосрочного воздействия
Скотт К Texas Hill Country , вне дома с семьей Пришлось заново учиться чтению и письму
Джордж Мыс Лукаут, Северная Каролина, рыбалка с лодки ПТСР, ожоги
Линдси Орландо, Флорида , стоящая в очереди в тематическом парке Боль, проблемы с сердцем, головные боли, утомляемость
Йоханна Копенгаген, Дания, разблокировка велосипеда за пределами депрессия, головные боли, утомляемость
Натали Хьюстон, Техас, внутри у задней двери мозговой туман, потеря памяти
Алан Колорадо-Спрингс, Колорадо, на заднем дворе звон в ушах, потеря слуха
Анита Морхед-Сити, Северная Каролина, на террасе Гудение в ушах 24/7
Михаил New Milford, CT , под деревом Ничего не заметил
Аарон и Хайди Округ Венанго, Пенсильвания, в доме К счастью, никто, кроме двух дорогих компьютерных систем, потерял.
Рэйчел Сьерра-Невада, Калифорния, Озеро Доннер Чувствовал, будто кости тряслись
Пэм Матагорда, Техас, Попасть во время глубоководной рыбалки Электрическая проблема в левой части сердца
Гэри Коннектикут , поражено три отдельных раза, один раз в гараже и дважды в доме Звон в ушах, боли в суставах и мышцах, головные боли, головокружение, усталость, гнев, потеря памяти, проблемы с концентрацией внимания, посттравматическое стрессовое расстройство и т. Д.
Джастин Woods Canyon, AZ, рыбалка с семьей Тяжелые ожоги, три сломанных позвонка на позвоночнике, я больше не могу работать, сильная депрессия, проблемы с гневом, отек суставов, нуеропратия, проблемы с памятью, проблемы с запоминанием слов, посттравматическое стрессовое расстройство
Люк Сент-Огастин, Флорида, на задней палубе В коме.
Зак Флоренция, Южная Каролина, Тренерская команда Малой лиги Боль в ухе, боль в бедре и спине. Ноги и ступни покалывают и немеют, через три месяца изменились вкусовые рецепторы. Случайная, но мучительная боль время от времени.
Брэд Джэксонвилл, Флорида, Закрытие двери внутреннего дворика с металлическим каркасом Временная потеря речи, удар ногой, ожог
Давид Пинсон, AL .В ванной душ. Депрессия, экстрасенсорные способности
Блэр Пуэрто, Валларта, Мексика : в квартире с открытыми дверями Депрессия, тремор, экстрасенсорные способности
Джон Гейнсвилл, Джорджия: Играет в футбол сердце остановлено, кома, операция
Дженнифер Миллвилл, Нью-Джерси: Работает смотрителем игры Зрение, концентрация, тошнота
Чармейн Belfair, WA: На концерте Сильная боль, потеря памяти, депрессия
Лиза Неаполь, FL: На пляже Усталость, головные боли, сотрясение мозга
Дженнифер Пенсакола, Флорида: Дома, внутри, на телефоне и прикосновении к плите Потеря памяти, проблемы со зрением, сверхчувствительный слух, онемение и общая слабость.
Рэйчел Тетфордский лес, Великобритания: Дважды ударили, один раз снаружи, один раз внутри Нет длительных проблем.
Питер Северо-запад Нью-Джерси: Попали во время кемпинга с разведчиками Проблемы с сердцем
Джон Blair, WI: Hit, стоя в открытом гараже, опираясь на морозильную камеру Головные боли, боли в мышцах.
Тайцы Нашвилл, Теннесси: Внутри, возле открытого окна Неврологические симптомы, часы не работают, экстрасенсорные способности повышены.
Рики Местоположение неизвестно: Удар по мобильному телефону, подключенному шнуром к зарядному устройству. Отек верхней части спины, груди и шеи.
Кевин Point, TX: Попасть в машину Депрессия, головные боли, боль, онемение, гнев.
Женева Местоположение неизвестно: Дважды ударили, один раз в помещении, один раз на открытом воздухе Головные боли, боли в руках, я больше чувствую атмосферное давление, проблемы с пищеварением, хронические боли, усталость, боли в суставах
Ларри Местоположение неизвестно: Установка сантехники в доме Потеря памяти, хроническая боль, головные боли, головокружение, боли в суставах, односторонняя потеря слуха, неспособность сосредоточиться, депрессия.
Дэйв Восточное побережье, Флорида: Работа в доке Хроническая боль, повышенная реакция вздрагивания, почти полная неспособность заснуть, учащенное сердцебиение, головные боли, тошнота, головокружение, усталость, проблемы с памятью, неспособность сосредоточиться, громкий звон в ушах и т. Д.
Джесси Brandon, MS: Работа с электроинструментом в открытом гараже Нет серьезного медицинского воздействия.
Натали Бостон, Массачусетс: На парусной лодке Сердце остановилось, но перезапустилось. Следы ожогов.
Пол Местоположение неизвестно: Передвижной дом работает вне дома Кратковременная потеря памяти, проблемы со сном, боли в суставах
Мисси Местонахождение неизвестно: Дома по телефону Экстрасенсы
Анджела
  • Три отдельных удара:
    • Собственный, Ок-Ридж, TN
    • По проводному телефону, Flagstaff, AZ
    • На крыльце
Тяжелая невропатия, хроническая боль, проблемы с пищеварением, апраксия, повреждение лобных долей, посттравматическое стрессовое расстройство и потеря кратковременной памяти
Дана Мерида, Юкатан, Мексика: Обращение по телефону в доме Головокружение, сильные головные боли, повышенная утомляемость, фибромиалгия, чувствительность к токсинам
Надежда Омаха, NE: Пострадал на улице в ожидании концерта и фейерверка Синдром хронической усталости, мигрень
Лорианна Средний Теннесси: Укрытие под частично закрытым сараем.Спасаемся на лошади. Ожоги, небольшая депрессия.
Джули Остин, Техас: Пострадал при разгрузке грузовика своего магазина Потеря памяти.
Дэйв Орландо, Флорида: Удар молнии во время рыбалки Ожог 60% его тела. Выздоравливала в течение длительного периода.
Майк

Кейп-Код, Массачусетс: Удар молнии на поле для гольфа Кейп-Код.

Полностью парализован. Постепенно выздоравливает и возобновляет нормальную жизнь.
Шерил Уинстон-Салем, Северная Каролина, площадь: Дом, звонит мужу по домашнему телефону, чтобы предупредить его о приближающейся буре. Мелкие изъятия
Давид Blair, WI: Дежурный врач службы 911 на юге Флориды Сильные головные боли, глухота, потеря кратковременной и долговременной памяти и бессонница
Роберт Moosehead Lake, штат Мэн: Возвращение домой с подледной рыбалки на Потеря памяти, боли в суставах и головные боли
Чарльз Местоположение неизвестно: Попал во время обеда в парке Бессонница, утомляемость, нарушение памяти
Тодд Местоположение неизвестно: В его гараже, ремонт выхлопной системы его автомобиля Ожоги, хроническая боль и потеря кратковременной памяти

Удар молнии: рассказы выживших

PONCE INLET, Fla.- Было моросящее темное январское утро, но Джеймс Черч все равно схватил удочку и ящик для рыболовных снастей, запрыгнул в свой джип и направился к пристани, желая порыбачить как противоядие от тяжелой рабочей недели.

В своих коричневых резиновых сапогах и желтой куртке от дождя, чтобы избежать холода в 6 часов утра, 55-летний мистер Черч откинул свой шест и выпустил веревку и грузило. Он увидел вдали молнии на горизонте и почувствовал себя в безопасности. Затем грянул болт. Он помнит оглушительный грохот и вспышку такой яркой, что у него загорелись глаза. Он проснулся от металлических перил в шести футах от него. Лежа на спине в одиночестве в темноте, его тело казалось парализованным. Он знал, что ему нужно было дотянуться до своего мобильного телефона, чтобы получить помощь, но тот был заперт в ящике для снастей.

«Моя воля к выживанию сработала, — сказал г-н Черч. «Мне нужно было двигаться, а не просто лежать там».

Электрический парник

В штате, который считает аллигаторов, акул и ураганы одними из множества опасностей, добавьте молнию. Во Флориде больше молний, ​​чем в любом другом штате страны (20.8 ударов на квадратную милю) и наибольшее количество людей, умирающих от молний (54 с 2007 года — более чем вдвое больше, чем в следующем штате Техас), по данным Национальной метеорологической службы. В этом году от удара молнии погибли четыре человека — двое строителей, турист и ребенок беременной матери, серьезно пострадавший от удара молнии; многие другие получили ранения.

Любовь Лайтнинг к Флориде связана с ее расположением, климатом (жарким и влажным) и топографией: полуостров, он простирается между двумя теплыми водоемами, Атлантическим океаном и Мексиканским заливом.Это производит горячий влажный воздух — морской бриз — поднимающийся над сушей.

«У нас лучшее место в стране для гроз», — сказал Мартин А. Уман, выдающийся профессор электротехники и вычислительной техники Университета Флориды и автор книги «Искусство и наука защиты от молний». «Чтобы вызвать грозу, нужен восходящий, горячий и влажный воздух».

В отличие от других штатов, во Флориде сезонные грозы, пик которых приходится на лето. И здесь огромное количество лодочников, любителей пляжного отдыха, рыбалки и гольфа круглый год — люди — громоотводы на широких, плоских и открытых пространствах.Молния любит поражать самое высокое вокруг. Иногда это дерево. Иногда это человек.

Хотя шансы попасть в цель крайне низки, молния непредсказуема. Он может скрываться далеко от того места, где, по вашему мнению, живет опасность. Флоридцы обучены прислушиваться к грому. Самые сообразительные из нас знают, как считать секунды между появлением молнии и слышанием грохота (каждые пять секунд молния находится на расстоянии одной мили). Но молния бросает вызов этим ожиданиям. Он может ударить в 10 милях от облака.

A Lucky Strike

Г-н Черч сказал, что не слышит грома с пристани. Моросил дождь. И все же его ударили — сильно. 7 января, лежа на спине в темноте, мистер Черч, учитель боевых искусств, попытался пошевелиться, но не смог — обычная реакция на молнию. Это закорачивает ваше тело. Через некоторое время он перевернулся на живот, но не смог встать. Он почувствовал, как из его живота хлынула волна жидкости. Кровь.

Затем он медленно пополз к своей коробке для снастей и попытался ее открыть.Именно тогда он заметил, что два его пальца — безымянный палец правой руки и мизинец — почти полностью исчезли. Он большими пальцами открыл его, схватил телефон и позвонил в службу экстренной помощи.

«Меня только что ударила молния», — сказал он оператору службы экстренной помощи. «Я потерял два пальца. Они полностью исчезли », — добавил он позже между стонами. «Сейчас все начинает немного болеть».

Мистеру Черчу повезло: молния не попала в его сердце. Большинство людей, пораженных молнией, умирают, потому что их сердца останавливаются.Но он все равно оставил стойкий ущерб. Молния ударила его удочку и взорвала металлическое грузило прямо ему в лицо. Поскольку он держал шест возле своего правого бедра, сила молнии толкнула его ему в живот. Его локоть упирался в бедро, поэтому ток шел туда и вдоль предплечья. Он покинул его тело двумя пальцами.

Он провел девять часов в хирургии. Врачи вскрыли ему живот и вынули половину тонкой и толстой кишок, которые были сожжены и повреждены.Потом зашили пальцы. На его животе, руке и запястье все еще есть ожоги. Его дождевик был изорван. У него лопнули барабанные перепонки.

Шесть месяцев спустя он сказал, что поставил перед собой цель радоваться жизни еще немного, хотя без страховки он все еще оплачивает медицинские счета, и штормы могут легко его напугать. Он берет выходные и тусуется с внуками. «Я просто больше обращаю внимание на жизнь», — сказал он.

Шрамы внутри и снаружи

С Фальк Велтциен худшее чуть было не случилось.Его сердце остановилось на несколько минут. Г-н Велтциен собирался кататься на кайтборде на пляже Вилано, рядом с Сент-Огастином, со своим 14-летним сыном днем ​​1 октября 2012 года. Не было ни черных туч, ни грома; было пасмурно.

К счастью, медсестра шла по пляжу и начала делать искусственное дыхание. У г-на Велтциена, которому в то время было 39 лет, изо рта пошла пена, и он стал фиолетовым. В больнице были проведены анализы и вылечены ожоги задней части шеи и левого предплечья.

Самая сильная боль пришла немного позже, сказал он.Ему казалось, что его спина горит. «Это было заживление нервов, — сказал он, — нервное заболевание, называемое невропатией. «Это длилось 30 дней, и это была мучительная боль. Обезболивающие не помогли. Это было без перерыва, худшее ».

Его левая рука все еще имеет повреждение нерва, и его барабанные перепонки были повреждены, что он обнаружил, садясь в самолет вскоре после инцидента. По его словам, давление в ушах было почти невыносимым. Он также заметил, что чувствовал себя задыхающимся, когда катался на кайтборде или серфинге. После проведения анализов и рентгена врачи заметили кое-что в его левом легком.

«Одна половина полностью черная», — сказал он. «У меня там работает только половина легкого».

Доктор Мэри Энн Купер, почетный профессор Университета Иллинойса в Чикаго и эксперт по травмам от молнии, сказала, что молния может вызвать широкий спектр повреждений, от покалывания и онемения до остановки сердца и стойких черепно-мозговых травм. По ее словам, около двух третей людей теряют сознание. Менее половины страдают от следов на коже. И большинство из них страдают от электричества, когда ток проходит через землю.По оценкам метеорологической службы, умирают только 10 процентов пораженных молнией.

Это не тот клуб, в который кто-то хочет вступить, но выжившие часто жаждут компании друг друга. Это привело к возникновению Международной организации выживших после удара молнии и электрического удара, в которую входят члены из США и 13 стран.

Самая распространенная травма — это черепно-мозговая травма, сказал доктор Купер. Она добавила, что проблемы с памятью, повреждение нервов и хроническая боль также являются типичными и могут длиться всю жизнь.

Именно это случилось с Кэмероном Поимбёфом, жителем Шарлотты, Северная Каролина, который был ранен в июле прошлого года недалеко от Клируотера. Кэмерон, которой тогда было 15, играл в Pokemon Go с другом. Когда они бежали в поисках убежища от приближающегося шторма, он был ранен, и его сердце остановилось. Кассандра Томас, педиатрическая медсестра, стоя на балконе, увидела, что это произошло, и бросилась вниз по девяти лестничным пролетам и пересекла пляж, чтобы добраться до него. Она делала искусственное дыхание в течение 20 минут с помощью дежурного офицера.

Прогнозы были ужасными: Кэмерон не выздоровеет или его мозг будет серьезно поврежден.

Но он выжил и в значительной степени поправился. «Трудно не увидеть в этом Бога», — сказала его мать, Карен Поимбёф. Кэмерон по-прежнему страдает от невидимых ран, посттравматического стрессового расстройства, нервных болей, перепадов настроения, бессонницы и беспокойства. Его друг также был ранен, и у него была кратковременная неподвижность ноги из-за нервного потрясения, но все в порядке.

По мнению г-на Велтциена, любая затяжная боль отодвинута в сторону. Он по-прежнему регулярно занимается кайтбордингом и играет в гольф. «Я не очень боюсь, — сказал он.«Я считаю, что на это есть причина».

Отчет метеоролога

Молния Брэда Сассмана была выкована в иронии. «Я знал все о молнии», — сказал он. Это потому, что он был главным метеорологом на станции Джексонвилля и входил в совет по грозовой безопасности округа в то время, в начале 1990-х годов.

Однажды днем ​​в его дом обрушился дождь, и мистер Сассман увидел открытое окно на застекленной веранде. Он подошел к металлической оконной раме и положил на нее правую руку.Следующее, что он знал, это то, что он лежал на спине в 18 футах от него.

«Мой 2,5-летний сын говорит:« Папа, это было забавно. Сделайте это еще раз », — сказал г-н Сассман, который теперь продает страховку в Кливленде. Мистер Сассман потерял дар речи; он буквально не мог говорить. Сосед услышал грохот и вошел в дом. «Как меня могла ударить молния?» Мистер Сассман сказал ему. «Я метеоролог».

Доказательство находилось на крыше крыльца: обгоревшая дыра. Молния попала в оконную раму.Мистер Сассман ушел с небольшим ожогом на правой лопатке, чувством зацикленности на пару часов и большим уважением к молнии. «Когда поблизости ударяет молния, — сказал он, — я боюсь».

Опасная погода

По рассказу Мэтта Кельша

Вы знаете, как оставаться в безопасности? Проверьте
страница штормовой безопасности!

Читая рассказ ниже,
подумайте, как бы вы ответили на эти вопросы.

  • Как бы вы себя чувствовали, если бы оказались в этом
    погодное событие?
  • Вы бы поступили иначе с
    убедиться, что ты в безопасности?

дюйм
ранним утром 5 июля 1973 года лучший фейерверк в моей жизни
замеченный произошел около моего дома на Лонг-Айленде, менее чем через 10 часов после
июльский фейерверк закончился. На Лонг-Айленде самая страшная часть грозы
это молния.Частые, близкие удары молнии были тем, что я любил и
боялись, и в тот день у меня должно было получиться шоу, которое я запомнил на всю жизнь
моей жизни.

В то утро голос по метеорологическому радио предупредил о линии сильных
грозы, движущиеся на восток через Нью-Йорк и на Лонг-Айленд. Судить
от потрескивания статики по радио было много молний
путешествуя с этими штормами. Метеорологический радар в утренних новостях
показал линию серо-белых пятен, представляющих грозы.В
самые яркие белые капли были самыми сильными грозовыми ячейками. Были самыми яркими
капли направляются в мою сторону? Я был полон надежд, потому что мне нравились невероятные штормы.
Но мне также нравилось садоводство, и я знал, что у меня всего около часа, чтобы ухаживать за
в мой сад снаружи, пока буря не погналась за мной в помещении.

К 6:30 мой отец уехал в Грейт-Саут-Бэй, где зарабатывал деньги.
летом как копатель моллюсков. Я собирал горох и собирал
вверх по бутылке остатки ракеты, упавшие в сад предыдущим
ночь.Сквозь дымку влажного утра я видел темно-серые облака
появляясь на западном и северо-западном горизонте. Я был счастлив. Я переехал в
сад камней во дворе, откуда мне было лучше видно надвигающиеся грозы.
Незадолго до 7 часов утра небо на западе было темным, и грохотали глубокие грохоты.
по воздуху. Это действительно будет хорошо! В течение 5 минут
Я начал видеть детали в низком облаке угольного цвета, которое двигалось.
впереди наиболее сильная часть грозы.Гром имел
становились все громче и резче. В 7:10 гневное темное облако почти надвинулось.
меня. Сразу за низко висящим темным облаком теперь я мог видеть слегка
более светлое облако, которое служило фоном для многих жирных и продолжительных молний
болты. Я сидел в саду камней, восхищенный силой и красотой
шоу. В месте, которое получало около 20 дней в году с грозами,
Мне этого просто не хватало, по крайней мере, я так думал.

Автор
7:20 самая темная часть облака находилась прямо над головой, и частая
танец молний приближался.Громкий, грохочущий гром
последовал менее чем через 5 секунд после молнии, указывая на то, что молния
удары были в пределах мили от меня. Крупные капли дождя начали падать на
земля вокруг меня, когда дуновение прохладного воздуха овладело мной от бури.
Я встал и начал пятиться к дому, не отрывая глаз
от злого, но завораживающего неба. Если бы это могло случиться хотя бы
раз в неделю, подумал я. Я не был уверен, что, наконец, будет преследовать меня
в помещении, дождь или молния.Потом он ударил. Сначала раздалось громкое шипение, которое
быстро двинулся над головой и слева от меня, за чем последовала доля секунды
позже ярким разрядом молнии в задней части соседнего дома
соседский дом. Взрывная сила молнии почти
сбил меня с ног. Я не мог сказать, пострадали ли мой дом.
Я повернулся к входной двери и ненадолго остановился, чтобы посмотреть,
был в огне. Мгновенно последовала еще одна интенсивная вспышка сзади.
оглушительным раскатом грома.Я бросился внутрь. Хотя мои нервы были
довольно потрясен, все еще было сильное желание вернуться на фронт
дверь и смотреть шоу. Через минуту я сидел у двери рядом с
моя собака Бисмарк, которая в отличие от многих собак любила смотреть грозы
тоже. Порывистый ветер унес тяжелые пелены дождя, как молния.
продолжал попадать в пределах одной или двух миль от моего местоположения. Примерно через десять минут
самая электрическая часть шторма была на востоке и юго-востоке
и дождь стал слабым.

Когда
шторм закончился я узнал, что молния повредила дома с обеих сторон
нашего и ударился о куст трех кустовых дубов прямо за домом.
У подножия деревьев были выбиты большие булыжники, и две вороны
были найдены мертвыми, очевидно, пораженными электрическим током. Одно из деревьев засохло и
умер в течение следующих нескольких недель. Удар молнии вызвал посуду
падать с полок и картины падать со стен вдоль задней стены
дома.В половине дома не было электричества. Ближайший сосед
с другой стороны потерял телевизор из-за скачка напряжения и два
из четырех лампочек в кухонном светильнике загорелось, когда ударила молния.
В нескольких милях от пристани мой папа ждал, чтобы погрузить лодку в
залив, когда он услышал гром. Он увидел несколько мокрых ошеломленных рыбаков
шатаясь, вернуться в пристань после шторма, ошеломленный свирепостью
внезапного шквала.

ПРАВИЛА БЕЗОПАСНОСТИ: (Адаптировано из NOAA)

  • Следите за небом и прислушивайтесь к звукам грома.Смотреть
    для затемнения неба, вспышек молний или усиления ветра и слушайте
    для грома.
  • Если вы видите или слышите приближающуюся грозу или у вас волосы встают дыбом,
    иди внутрь немедленно! Попасть внутрь полностью закрытого здания или
    если нет удобного закрытого строения, заберитесь внутрь прочного цельнометаллического
    средство передвижения.
  • Будьте самой низкой точкой. Молния поражает самый высокий объект.
  • Если вы не можете добраться до убежища, держитесь подальше от деревьев.Если есть
    нет укрытия, приседать на открытом воздухе, держаться вдвое дальше от дерева
    как он высокий.
  • Избегайте металла! Избегайте прислоняться к металлическим транспортным средствам. Сойти с велосипедов
    и мотоциклы. Не держитесь за металлические предметы, такие как клюшки для гольфа, рыбалка.
    удочки, теннисные ракетки или инструменты. Крупные металлические предметы могут проводить молнии.
    Мелкие металлические предметы могут вызвать ожоги.
  • Выходи из воды. Это отличный проводник электричества.Оставаться
    из воды, с пляжа и из небольших лодок или каноэ. Молния
    может удариться о воду и уйти на некоторое расстояние под и от
    свое контактное лицо.
  • Отойдите от группы людей. Держитесь на расстоянии нескольких ярдов от других
    люди. Не делите скамейку на трибуне и не собирайтесь в компании.

Щелкните, чтобы прочитать еще одну историю шторма!

«Гром и молния» | Круг Круглый 10

Вы помните, когда в последний раз видели ливень?

Полосы молний… раскаты грома… все это может быть пугающим, правда? Вы иногда хотите спрятаться под одеялом?

Что ж, сегодня мы услышим одно объяснение того, откуда исходит весь этот гром и молния. И ответ… может вас удивить!

Сегодня наша история называется «Гром и молния». Он был вдохновлен сказкой, которую годами рассказывали в Нигерии, стране в Африке.

В этом эпизоде ​​озвучены Йетид Бадаки («Американские боги»), Дайо Окении («Оттенки синего»), Чиазотам Экекези, Энджел Блейз и Джозия Акиниеле. История была адаптирована для Circle Round Ребеккой Шейр и Джессикой Альперт. Звуковое оформление и оригинальная музыка Эрика Шимелониса. Кастинг Эми Липпенс, CSA.


Взрослые: Распечатайте эту картинку и позвольте вашим слушателям раскрасить эпизод.


О чем следует подумать после прослушивания

Теперь, когда мы закончили рассказывать, настала ваша очередь показать. Найдите лист бумаги и что-нибудь, что можно нарисовать или раскрасить, и создайте свою собственную картину с изображением грома овцы и молнии барана. На что они похожи? Что они делают? Где они? Дайте волю своему воображению, когда вы воплотите их в жизнь.


Расшифровка рассказа

РАССКАЗЧИК: Давным-давно… рядом с пышным зеленым лесом и высокими ухабистыми холмами… была… деревня.

Во многом это было похоже на любую другую деревню: в ней были дома, школа, рынок, сельхозугодья для выращивания сельскохозяйственных культур и много, много мужчин, женщин и детей.

И среди многих-многих мужчин, женщин и детей… жили также овца… и баран. Баран был сыном овцы.

Но эти овца и баран сильно отличались от всех других овец и баранов.Во-первых, они говорили.

RAM: Доброе утро, мама!

ОВЦА: Доброе утро, сынок.

РАССКАЗЧИК: Кроме того, овцы и бараны не жили в сарае или на пастбище. Они жили … в доме.

ОВЦА: Что ты хочешь на завтрак, дитя мое?

RAM: Обычная, пожалуйста!

ОВЕЦЫ: Хорошая миска с мягкой травой?

RAM: Посыпать сверху семенами!

ОВЦА: Идем прямо вверх!

РАССКАЗЧИК: Овцу и барана отделили еще… их имена. Имя овцы … было «Гром». И имя барана… было «Молния».

Гром и Молния были очень хорошими друзьями с… Дождем. Каждый раз, когда сельским жителям требовалась вода для посева, Гром и Молния взбирались на высокие ухабистые холмы и взывали к Дождю.

Гром использовал свой самый глубокий, самый громкий голос … и Молния металась взад и вперед … так быстро, что все, что вы видели, это его белая шерсть, проносящаяся мимо.

Как только Рейн слышит грохот Грома и замечает вспышку Молнии, она спрыгивает с облаков и наполняет деревню водой, в которой она нуждается.

Ну, как-то летом погода была особенно жаркой… а поля были особенно засушливыми. Мэр села опасался, что урожай не вырастет. Поэтому он призвал Гром и Молнию в свой дом.

МЭР: Гром, Молния: посевы в беде, и только вы можете нам помочь! Вы можете позвонить Рейну сегодня?

ОВЦА: Конечно, господин мэр!

RAM: Было бы для нас честью!

РАССКАЗЧИК: Вся деревня смотрела, как Гром и Молния поспешили к холмам.Впереди мелькнула молния, его белое пальто ярко сверкало. Сзади последовал гром, ее мощный голос был низким.

Вскоре … в небе образовались тёмно-серые облака, прямо посередине которых сидел Рейн. Когда Молния и Гром увидели своего друга, они поздоровались — Молния сверкнула его шерстью и Гром с грохотом. И с этим Рейн выпрыгнул из облаков и упал на поля.

Жители села были так счастливы, они радовались… танцевали и плескались в лужах.

КРЕСТЬЯНИН 1: Спасибо, Гром, за воду!

КРЕСТЬЯНИН 2: Спасибо, Молния, за спасение нашего урожая!

КРЕСТЬЯНИН 3: Спасибо вам обоим за то, что прислали нам Rain!

РАССКАЗЧИК: Месяц за месяцем, каждый раз, когда деревня нуждалась в Дожде, Громе и Молнии, они мчались вверх по холму, чтобы призвать ее.

И месяц за месяцем овца Гром замечала, что баран Молния становился все сильнее и сильнее… и все быстрее и быстрее.

Съев свой завтрак из травы и семян, Лайтнинг выходил на улицу поиграть.Но он так увлекся, что врезался прямо в дома и врывался в двери. Он даже стены снесет!

Каждый раз, когда это случалось, Гром ругал его.

ГРОМ: Молния! Сколько раз я должен тебе говорить? Вы должны быть осторожнее! Ты не знаешь своей силы!

МОЛНИЯ: Прости, мама. Этого больше не повторится!

ДИКТОР: И все же… это произошло. И чем больше повреждений нанесла Молния, тем больше расстраивались его соседи.

КРЕСТЬЯНИН 2: Посмотри на мою дверь! Он разорван насквозь.

КРЕСТЬЯНИН 3: Его поразила молния!

КРЕСТЬЯНИН 1: Посмотри в мое окно. Стекло все пропало.

КРЕСТЬЯНИН 3: Его пронзила молния!

ДИКТОР: Мэр выслушал жалобы жителей деревни и немедленно послал за Громом и Молнией.

ГРОМ: Вы вызывали нас, господин мэр?

RAM: Нужен ли в деревне дождь?

МЭР: Не в этот раз, друзья мои. Я вас сюда звала не для этого. Это твои соседи. Они начинают… жаловаться.

THUNDER: О нас?

RAM: Разве мы не вызвали Дождь достаточно быстро, когда он им нужен?

МЭР: О, конечно, да! Все очень довольны тем, как вы зовете Рейна. Проблема… в повреждении.

РАССКАЗЧИК: Гром вздохнул. У нее было чувство, что это приближается.

ГРОМ: Молния, я пытался тебе сказать: ты не можешь продолжать бегать по деревне! Вы не знаете своей силы, а она причиняет вред!

РАССКАЗЧИК: Молния опустила голову.

МОЛНИЯ: Знаю, знаю. Мне жаль!

МЭР: Я уверен, что да, мой мальчик. Но боюсь, этого недостаточно. Мне нужна гарантия, что деревня останется такой, какая она есть: никаких снесенных и разрушенных построек. И для этого вы оба должны кое-что сделать.

РАССКАЗЧИК: Гром и Молния собрались. Что бы сказал мэр? Придется ли Лайтнинг извиниться перед сельскими жителями? Это было достаточно просто! Возможно, он и Гром даже смогут починить свои дома!

МОЛНИЯ: Что бы это ни было, мы сделаем это, господин мэр!

THUNDER: Назовите это, мы сделаем это!

МЭР: Ну, тогда, друзья…

ДИКТОР: Мэр наклонился вперед.

МЭР: Что вы должны сделать… вот это. Гром, Молния: вы должны покинуть деревню.

РАССКАЗЧИК: Овца и баран были оглушены.

ГРОМ: Вы хотите, чтобы мы… ушли?

МОЛНИЯ: Но, господин мэр, это наш дом!

МЭР: Знаю, знаю. И вы были такими уважаемыми членами этой деревни, уничтожая Рейн всякий раз, когда нам это было нужно. Но больше не должно падать стен, окон или дверей. Вы должны выйти за пределы города и жить среди пышных зеленых деревьев леса.Мы по-прежнему будем звонить вам, когда нам понадобится, чтобы вы привезли Рейна, но лес должен быть вашим новым домом.

РАССКАЗЧИК: Итак, Гром и Молния двинулись в лес.

Они построили хижину из веток и листьев и обнаружили, что жить в лесу… приятно. Воздух был свеж, и высокие деревья были чудесно тенистыми, когда становилось жарко. К тому же «Гром» и «Молния» находились достаточно близко к холмам, чтобы вскочить и позвать Дождя, когда это понадобится деревне.

Но через некоторое время Молнии… стало скучно.

МОЛНИЯ: Мама, здесь среди деревьев так скучно. В деревне мне больше нравилось. Было так много всего посмотреть! Так много предстоит сделать!

ГРОМ: Теперь это наш дом, дитя мое, и мы должны максимально использовать его. Почему бы не отправиться на разведку и не завести нового друга? Здесь обитает большое количество животных. Антилопы, гориллы и даже слоны проводят дни в лесу. Выходи и играй! Веселиться!

РАССКАЗЧИК: Итак, Молния ушла в лес. И вскоре он встретил всех животных, о которых рассказывала ему его мать.Он мчался с антилопой…

МОЛНИЯ: У-у-у-у!

РАССКАЗЧИК: Он бежал под гориллами, качаясь с дерева на дерево…

МОЛНИЯ: Уоооооо!

РАССКАЗЧИК: И он бегал кругами вокруг слонов, пока они махали своими хоботами.

МОЛНИЯ: Уаааааааааааааааааааааааааааааааааааа!

РАССКАЗЧИК: Но помните: Молния становилась все быстрее и сильнее — с каждой минутой! Когда молодой баран мчался, бежал и бежал, он начал сталкиваться с деревьями, сбивая их с ног! Прямо как в деревне.Только вместо двери, окна или стены десятки больших крепких деревьев оказались на земле.

Молодой барашек так развлекался, что даже не заметил. Он просто побежал быстрее. Так быстро, что искры полетели из его ярко-белой шерсти! Когда искры упали на траву, кусты и деревья, они начали тлеть. Очень скоро лес загорелся!

МОЛНИЯ: О нет! Что я сделал? Мать! Я должен убедиться, что с Громом все в порядке!

РАССКАЗЧИК: Молния двигалась быстрее, чем когда-либо, стремясь найти свою маму.

К счастью, у овец отличные носы. Итак, вернувшись в хижину, Гром сразу почувствовал запах дыма.

ГРОМ: Это… дым? Это! Огонь! Пожар! Я должен найти Молнию!

РАССКАЗЧИК: Когда она выскочила из хижины, Молния ринулась обратно.

МОЛНИЯ: Мама! Мать! Мы должны покинуть лес! Он горит!

ГРОМ: Вернемся в деревню. Мы обязательно там спасемся!

РАССКАЗЧИК: Когда Гром и Молния достигли деревни, они остановились, чтобы перевести дух.

МОЛНИЯ: Ой, мама. Я так волновался. Слава богу, ты в порядке!

ГРОМ: И, слава богу, ты в безопасности, сын мой! Но что случилось? Вы знаете, что вызвало этот пожар?

ДИКТОР: Молния не ответила. Вместо этого он низко опустил голову.

ГРОМ: О, Молния … Ты это сделал?

РАССКАЗЧИК: Но прежде чем баран успел что-то сказать, он и его мать оказались в окружении своих бывших соседей из деревни. Все смотрели на лес… с грустью и страхом.

КРЕСТЬЯНИН 3: Наш прекрасный лес!

КРЕСТЬЯНИН 1: Сгорел в огне!

КРЕСТЬЯНИН 2: Какой печальный, печальный день!

РАССКАЗЧИК: Молнии тоже было грустно.

МОЛНИЯ: Мне очень жаль. Я никогда не собирался причинить такой вред!

ГРОМ: Ну, ты еще не знаешь своей силы, сын мой. Но теперь давайте используем эту силу во благо. Что лучше всего для тушения пожара?

РАССКАЗЧИК: Молния поднял голову. Улыбка расплылась по его лицу.

МОЛНИЯ: Вода! Конечно! Мама, пойдем в гору и позовем Рейна!

THUNDER: Отлично мысли, сын мой. Погнали!

РАССКАЗЧИК: Так овца Гром и Баран Молния устремились к холмам. Гром позволил нашему глубокому реву, и Молния сверкнула своим ярко-белым плащом. Когда Рейн услышала и увидела двух своих друзей, она сразу же спустилась с облаков.

По мере того, как с неба капал дождь за каплей, они гасили пламя, пока огонь не погас.Но сельчане не веселились, не танцевали и не плескались в лужах. Потому что после того, как дым рассеялся … большая часть леса исчезла. Пышные зеленые деревья были заменены пнями, их кора опалена и обуглена.

КРЕСТЬЯНИН 2: Все эти деревья.

КРЕСТЬЯНИН 3: Они такие высокие стояли!

КРЕСТЬЯНИН 1: Они выглядели так величественно!

МЭР: А теперь … они сгорели дотла.

РАССКАЗЧИК: Как только Гром и Молния спустились с холмов, мэр подозвал их.

МЭР: Гром, Молния. Мы благодарим вас за то, что вы привели Дождь, чтобы остановить бушующий пожар. Но в первую очередь причиной этого пожара была ваша невнимательность! После того, как вы повредили те дома в деревне, я подумал, что этого достаточно, чтобы перебраться в лес. Но теперь … Боюсь, тебе нужно переехать в другое место.

РАССКАЗЧИК: Гром вздохнул.

ГРОМ: Мы понимаем, господин мэр. Мы поедем куда угодно.

МОЛНИЯ: Нет. Я буду!

РАССКАЗЧИК: Гром удивился словам сына.Она заметила, что молодой баран изо всех сил пытается сдержать слезы.

МОЛНИЯ: Мистер мэр: вы должны знать … этот пожар вызвал не Гром. Это был я: Молния! Я бегал и не был осторожен. Во всем была моя вина. Если кому и нужно переехать, так это мне, а не моей матери.

РАССКАЗЧИК: Мэр на мгновение остановился и нахмурился. Пожав плечами, он посмотрел на овцу.

МЭР: Ну, Гром? Что ты говоришь? Хотели бы вы остаться?

ГРОМ: Мистер мэр, благодарю вас за ваше предложение.Молния не знает своей силы; он, вероятно, никогда не будет.

РАССКАЗЧИК: Гром ударил носом ее сына по ворсистому носу. Она осторожно вытерла слезу с его глаза.

THUNDER: Но мы с Молнией вместе. И не только тогда, когда мы зовем Рейна. Понимаете, Гром и Молния … мы команда! И командой мы останемся.

МЭР: Хорошо. Ты преданная и преданная мать, Гром. И Молния: твоя мать права: ты, наверное, никогда не поймешь, насколько ты силен. У тебя определенно есть дикая полоса, но ты верный и преданный сын. И вы двое составляете прекрасную пару. Итак, теперь…

РАССКАЗЧИК: Мэр поднял руку и кивнул вверх.

МЭР:… Представляю вам ваш новый дом.

МОЛНИЯ: Небо!

ГРОМ: Мы будем жить в небе!

МЭР: Что-то подсказывает мне, что вам понравится. В конце концов, вы объединитесь со старым другом!

РАССКАЗЧИК: Когда Гром и Молния взглянули вверх, они увидели проплывающее темно-серое облако.Из-за спины выглядывал их давний приятель Рейн. Улыбаясь, она протянула руку и бросила вниз пухлую лестницу из облаков. Гром и Молния подбежали к лестнице и полезли вверх.

После этого «Гром и молния» по-прежнему помогали сельским жителям, когда их посевам требовалась вода. Овцам и баранам больше не нужно было бросаться в холмы, чтобы позвать Дождя. Но Рейн так привыкла прислушиваться к глубокому реву Грома и следить за белой полосой Молнии, что без них не выпала бы из своего облака.

Что касается Молнии, то он стал настолько быстрым и сильным, что, хотя он жил в небе, его искры иногда падали на землю… приводя к сгоревшему дереву здесь, к разрушенной стене там. И, как всегда, сразу после этого Гром ругал его своим тихим грохотом.

И вот почему … во время ливня … сначала вы увидите разряд молнии, затем вы услышите раскат грома. Некоторые люди говорят, что это всего лишь игривый молодой барашек, причиняющий вред … и его любящая мать, напоминающая ему о его собственной могучей силе.

История молний и грома Эшли Брайан

Название : История молний и грома
Автор : Эшли Брайан
Жанр : Неевропейская сказка
Тема (и) : Погода, духи, отношения между матерью и сыном
Вступительная строка / предложение :

Краткое содержание книги :
Эшли Брайан, вспоминаемый в цветной прозе, использует двух персонажей-животных, чтобы рассказать о том, как возникли стихии грома и молнии. После нескольких причинений вреда со стороны сына «Молниеносного барана», «Мать грома» и ее ребенок изгнаны в небо. Так как мы часто можем слышать их подшучивания и разговоры во время

Название : История молний и грома
Автор : Эшли Брайан
Жанр : Неевропейская сказка
Тема (и) : Погода, духи, отношения между матерью и сыном
Вступительная строка / предложение :

Краткое содержание книги :
Эшли Брайан, вспоминаемый в цветной прозе, использует двух персонажей-животных, чтобы рассказать о том, как возникли стихии грома и молнии.После нескольких причинений вреда со стороны сына «Молниеносного барана», «Мать грома» и ее ребенок изгнаны в небо. Поскольку мы часто можем слышать их стеб и разговоры во время штормов.
Профессиональная рекомендация / обзор № 1 :
Тониака Томас (Обзор книги «Черный выпуск»)
«История молнии и грома» понравится любому ребенку в возрасте от 4 до 8 лет. Эшли Брайан создает очаровательных персонажей в этой трогательной истории. Молния проявляет себя как очень свирепый молодой баран, а Гром, его мать, характеризуется как мать-овца, которая счастливо изо всех сил пытается держать своего сына в подчинении.Детям понравится эта книга из-за ее гибкого стиля письма, красочных иллюстраций и удовлетворительного заключения.
Профессиональная рекомендация / обзор № 2 :
Беверли Корбин (Детская литература)
Художник / автор Эшли Брайан иллюстрирует и рассказывает эту историю так, как молодежь южной Нигерии слышала ее из поколения в поколение. Так как это происходит из устной традиции, рассказ особенно хорошо подходит для чтения вслух, а картины Брайана, наполненные энергией, также заинтригуют слушателей.
Ответ на два профессиональных обзора :
Как сказано в обзоре Black Issue Book Review, персонажи, выбранные Эшли Брайан, кажутся интересными, милыми и забавными для любого читателя. Хотя концепция погодных элементов и звуков может быть абстрактной для юных читателей, пересказ Брайан нигерийской сказки делает ее широко доступной, поскольку она искусно использует увлекательные отношения матери и сына.

admin

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *