Сколько женщин было у есенина: Гетманский Э. «Много женщин меня любило, да и сам я любил не одну»

Содержание

Гетманский Э. «Много женщин меня любило, да и сам я любил не одну»

Шаганэ Тальян — «Я в твоих глазах увидел море, полыхающее голубым огнем»

     Неизгладимый след в жизни Есенина оставила батумская школьная учительница армянка Шаганэ Тальян. Сергей Есенин на протяжении всей своей короткой жизни мечтал увидеть далекую, сказочную Персию. К сожалению, его мечта так и не сбылась, но в 1924 году поэт решил побывать на Кавказе. Именно там родились его романтичные «Персидские мотивы», во многом вдохновленные встречей с чарующей восточной красавицей Шаганэ. Персидские стихи нравились Есенину, он считал их лучшими из всех, что написал. Поэт увидел Шаганэ, когда она выходила из школы, и был просто сражен ее удивительной восточной красотой. Познакомил поэта с Тальян батумский журналист Лев Повицкий, в доме которого жил в то время Сергей Есенин. 24-летняя женщина могла бы стать очередной победой любвеобильного Есенина. Но, несмотря на то, что за ее плечами уже были короткий брак и раннее вдовство, Шаганэ отличали чистота и целомудрие души, поднявшие их отношения на совершенно иной, гораздо более возвышенный уровень. Она стала для поэта воплощением всех восточных женщин, их экзотической внешней красоты и еще большей красоты душевной. После неудачного брака с всемирно известной танцовщицей Айседорой Дункан именно эта простая армянская учительница русского языка и литературы воскресила в душе Есенина веру в женскую преданность и чистоту помыслов. Почти ежедневно они прогуливались вместе по парку, поэт дарил девушке фиалки и розы. Уже на третий день знакомства он, к немалому удивлению своей прекрасной музы, прочитал ей «Шаганэ ты моя, Шаганэ и подарил автограф этого стихотворения:

Потому что я с севера, что ли,
Я готов рассказать тебе поле,
Про волнистую рожь при луне.
Шаганэ ты моя, Шаганэ.

Потому что я с севера, что ли,
Что луна там огромней в сто раз,
Как бы ни был красив Шираз,
Он не лучше рязанских раздолий.

Потому что я с севера, что ли?
Я готов рассказать тебе поле,
Эти волосы взял я у ржи,
Если хочешь, на палец вяжи —

Я нисколько не чувствую боли.
Я готов рассказать тебе поле.
Про волнистую рожь при луне
По кудрям ты моим догадайся.

Дорогая, шути, улыбайся,
Не буди только память во мне
Про волнистую рожь при луне.

Шаганэ ты моя, Шаганэ!

Там, на севере, девушка тоже,
На тебя она страшно похожа,
Может, думает обо мне…
Шаганэ ты моя, Шаганэ!

     Так, под впечатлением знакомства и встреч с юной армянкой, родилось всемирно известное стихотворение. Несмотря на то, что стихотворение облечено в форму любовного послания, поэт делится в нем с «прекрасной персиянкой» своими размышлениями о родине. Произведение построено на контрасте Востока и Севера. И хотя Восток сказочно прекрасен, автору милее родные рязанские просторы. Звучное восточное имя Шаганэ Есенин ввёл в ряд стихотворений цикла «Персидские мотивы». Её имя фигурирует в стихотворении «Ты сказала, что Саади…», которое поэт написал 19 декабря 1924 года:

Ты сказала, что Саади
Целовал лишь только в грудь.
Подожди ты, Бога ради,
Обучусь когда-нибудь!

Ты пропела: «За Ефратом
Розы лучше смертных дев».
Если был бы я богатым,
То другой сложил напев.

Я б порезал розы эти,
Ведь одна отрада мне —
Чтобы не было на свете
Лучше милой Шаганэ.

И не мучь меня заветом,
У меня заветов нет.
Коль родился я поэтом,

То целуюсь, как поэт.

     Это стихотворение было написано на обороте фотографии, где на берегу моря был сфотографирован Сергей Есенин с журналистом Львом Повицким и двумя батумскими друзьями. Над стихотворением было написано: «Милой Шаганэ», а в конце стояла подпись «С. Есенин». Немногим женщинам было суждено оставить в поэзии Есенина такой глубокий след, как батумской учительнице Шаганэ Тальян. Она с волнением слушала есенинские стихи, но, казалось, что совершенно не признаёт его поэтическую известность. Есенин, привыкший к славе и почитанию, относился к этому с шуткой, ему это явно нравилось. Шаганэ любила подшутить над увлечением поэта старыми персидскими классиками, над отношением этих классиков к женщине. Она прекрасно разбиралась в стихах и точно излагала своё мнение о них. Ей посвящено знаменитое есенинское стихотворение «Никогда я не был на Босфоре…», датированное 21 декабря 1924 года:

Никогда я не был на Босфоре,
Ты меня не спрашивай о нем.
Я в твоих глазах увидел море,
Полыхающее голубым огнем.

Не ходил в Багдад я с караваном,
Не возил я шелк туда и хну.
Наклонись своим красивым станом,

На коленях дай мне отдохнуть.

Или снова, сколько ни проси я,
Для тебя навеки дела нет,
Что в далеком имени — Россия —
Я известный, признанный поэт.

У меня в душе звенит тальянка,
При луне собачий слышу лай.
Разве ты не хочешь, персиянка,
Увидать далекий, синий край?

Я сюда приехал не от скуки —
Ты меня, незримая, звала.
И меня твои лебяжьи руки
Обвивали, словно два крыла.

Я давно ищу в судьбе покоя,
И хоть прошлой жизни не кляну,
Расскажи мне что-нибудь такое
Про твою веселую страну.

Заглуши в душе тоску тальянки,
Напои дыханьем свежих чар,
Чтобы я о дальней северянке
Не вздыхал, не думал, не скучал.

И хотя я не был на Босфоре —
Я тебе придумаю о нем.
Все равно — глаза твои, как море,
Голубым колышутся огнем.

     По воспоминаниям современников, Шаганэ Тальян «…внешне была привлекательна — стройная, изящная, с правильными чертами лица, нежной и чистой кожей. Хороши были волнистые каштановые волосы. И завидно красивыми казались глаза: большие, карие, то насмешливо искрящиеся, то нежно сияющие». Взаимоотношения Есенина и Шаганэ были сугубо дружеским, между ними была та дистанция, которая позволяла поэту видеть в ней прекрасную представительницу восточной женщины, а Шаганэ относиться с огромным уважением к поэтическому дару Есенина. В стихотворении цикла «Персидские мотивы» «Свет шафранный вечернего края…» не называется имени Шаганэ, оно заменено местоимением «ты». Ведущая тема этого стихотворения — борьба с чадрой. Вся мягкая и сердечная тональность стихотворения свидетельствует о добром и уважительном отношении поэта к Шаганэ. Он ласково и нежно называет её «дорогая». Поэт говорит, обращаясь к ней:

Свет вечерний шафранного края,
Тихо розы бегут по полям.
Спой мне песню, моя дорогая,
Ту, которую пел Хаям.
Тихо розы бегут по полям.

Лунным светом Шираз осиянен,
Кружит звезд мотыльковый рой.
Мне не нравится, что персияне
Держат женщин и дев под чадрой.
Лунным светом Шираз осиянен.

Иль они от тепла застыли,
Закрывая телесную медь?
Или, чтобы их больше любили,
Не желают лицом загореть,
Закрывая телесную медь?

Дорогая, с чадрой не дружись,
Заучи эту заповедь вкратце,
Ведь и так коротка наша жизнь,

Мало счастьем дано любоваться.
Заучи эту заповедь вкратце.

Даже все некрасивое в роке
Осеняет своя благодать.
Потому и прекрасные щеки
Перед миром грешно закрывать,
Коль дала их природа-мать.

Тихо розы бегут по полям.
Сердцу снится страна другая.
Я спою тебе сам, дорогая,
То, что сроду не пел Хаям…
Тихо розы бегут по полям.

     Есенинское стихотворение «Я спросил сегодня у менялы…» цикла «Персидские мотивы», проникнутое утонченной чувственностью, также вдохновлено светлым образом восточной красавицы Шаганэ:

Я спросил сегодня у менялы,
Что дает за полтумана по рублю,
Как сказать мне для прекрасной Лалы
По-персидски нежное «люблю»?

Я спросил сегодня у менялы
Легче ветра, тише Ванских струй,
Как назвать мне для прекрасной Лалы
Слово ласковое «поцелуй»?

И еще спросил я у менялы,
В сердце робость глубже притая,
Как сказать мне для прекрасной Лалы,
Как сказать ей, что она «моя»?

И ответил мне меняла кратко:
О любви в словах не говорят,
О любви вздыхают лишь украдкой,
Да глаза, как яхонты, горят.

Поцелуй названья не имеет.
Поцелуй не надпись на гробах.
Красной розой поцелуи веют,
Лепестками тая на губах.

От любви не требуют поруки,
С нею знают радость и беду.
«Ты моя» сказать лишь могут руки,
Что срывали черную чадру.

     4 января 1925 года Есенин вручил Шаганэ книгу «Москва кабацкая» с дарственной надписью «Дорогая моя Шаганэ. Вы приятны и милы мне. С. Есенин. 4.1.25. Батум». 19-20 февраля Есенин уехал из Батуми. Они расстались, но в памяти поэта до конца жизни осталась молодая и красивая батумская учительница Шаганэ, которой он был обязан глубоким чувством гордой и прекрасной дружбы-любви. В стихотворении «В Хороссане есть такие двери…» Есенин вновь обращается к Шаганэ, называя её именем Шага:

В Хороссане есть такие двери,
Где обсыпан розами порог.
Там живет задумчивая пери.
В Хороссане есть такие двери,
Но открыть те двери я не мог.

У меня в руках довольно силы,
В волосах есть золото и медь.
Голос пери нежный и красивый.
У меня в руках довольно силы,
Но дверей не смог я отпереть.

Ни к чему в любви моей отвага.

И зачем? Кому мне песни петь? —
Если стала неревнивой Шага,
Коль дверей не смог я отпереть,
Ни к чему в любви моей отвага.

Мне пора обратно ехать в Русь.
Персия! Тебя ли покидаю?
Навсегда ль с тобою расстаюсь
Из любви к родимому мне краю?
Мне пора обратно ехать в Русь.

До свиданья, пери, до свиданья,
Пусть не смог я двери отпереть,
Ты дала красивое страданье,
Про тебя на родине мне петь.
До свиданья, пери, до свиданья.

     В этом стихотворении звучит тема прощания с Персией и персиянкой Шаганэ. Он ласково говорит о «задумчивой пери» о том, что она дала поэту «красивое страдание». Конкретизирую свои отношения с ней Есенин вводит мотив романа с Шаганэ, отмечая, что не смог найти пути к её сердцу и спрашивает «зачем и кому» поэту петь песни, если к ним равнодушна Шага. Эта мысль многократно акцентируется строкой «Но дверей не смог я отпереть». Очевидно, что восточная красавица, армянка Шаганэ, достигает несравненно большего успеха, чем все остальные женщины Сергея Есенина, которым он отдавал своё сердце. Он не может забыть её, поэтому уезжая из Батуми, говорит ей «Про тебя на родине мне петь». Но поэт верит в то, что расставание с Шаганэ не будет окончательным, поэтому он, обращаясь к ней, говорит «До свиданья пери, до свиданья». Есенин и Тальян расстались в феврале 1925 года в тёплых и дружеских отношениях. С тех пор они не виделись. В 1960-е годы Тальян написала краткие воспоминания о встречах с Есениным, в которых утверждала, что «С.А. Есенин есть и до конца жизни будет светлым воспоминанием в моей жизни». Душевная чистота, предостерегшая Шаганэ от ложного шага при встрече с Есениным, помогла ей избежать ошибок и при записи своих воспоминаний. Умерла Шаганэ Тальян в Ереване в 1976 году.

Прелестницы Есенина — Статьи

Вот только романы оборачивались истеричными письмами дам и депрессиями поэта. Когда Есенину опостылела его супруга Зинаида Райх, он в шутку сказал влюбленному в нее Всеволоду Мейерхольду: «Возьми ее, сделай милость… По гроб тебе благодарен буду». Глядишь — и вот поэт уже волочится за прекрасной Айседорой Дункан, а Мейерхольд делает Райх главной актрисой своего театра.

«Есенины черные не бывают»

Зинаида Николаевна Райх познакомилась с Есениным в редакции эсеровской газеты «Дело народа», где работала секретарем-машинисткой. На нее невозможно было не обратить внимания: стройная, темноволосая, с аристократичными чертами лица.

Зинаида Райх. (pinterest.com)

Знакомство состоялось в начале 1917 года, уже в июле они венчались. Обошлись без свадебного платья, а цветы жених сорвал с грядок по соседству с церковью. Надо отметить, что до Райх у Есенина была еще одна любовь — Анна Изряднова, которая родила ему сына. Он посвятил ей десятки пронзительных стихотворений, но бросил спустя год после рождения ребенка.

В браке с Зинаидой Райх родились двое детей, Татьяна и Константин. Семейная жизнь не заладилась с самого начала. Новоиспеченный муж жаловался своему близкому другу Анатолию Мариенгофу. «Не могу я с Зинаидой жить… вот тебе слово, не могу. Понимать не хочет… не уйдет, и все… ни за что не уйдет… вбила себе в голову: «Любишь ты меня, Сергун, это знаю и другого знать не хочу»… Скажи ты ей, Толя (уж так прошу, как просить больше нельзя!), что есть у меня другая женщина», — пишет Мариенгоф в книге «Роман без вранья». Жили супруги раздельно — Зинаида в Орле у родителей, Сергей в Москве. Встречались редко, и каждая встреча перерастала в скандал. Однажды Есенин даже не пустил в дом жену и дочку, приехавших к нему погостить. Холоден он был не только к супруге, но и к своим родителям. Навещал их Есенин крайне редко, только после слезных писем, и всякий раз торопился из Рязанской губернии обратно в город.

Мариенгоф описывает, в том числе, встречу поэта с его новорожденным сыном Константином, которая продлилась буквально несколько минут. Ее нельзя назвать трогательной. Есенин отпустил едкое замечание — «Есенины черные не бывают» — и удалился. Справедливости ради отметим, что книга Мариенгофа вызвала ожесточенные споры биографов и литературных критиков. Одни утверждали, что автор сумел удивительно точно передать мельчайшие противоречия в характере поэта. Другие возмущались образом беспробудного пьяницы и скандалиста — такого рода описаниям отводится добрая половина книги Анатолия Борисовича.

Пара развелась в 1921 году. Вскоре предложение Зинаиде Райх сделал Всеволод Мейерхольд, и бывшая машинистка стала главной звездой его театра. Ей рукоплескала вся театральная Москва, а актеры ядовито обсуждали роли новоиспеченной фаворитки. Режиссер обожал свою супругу, выполнял любой каприз Зинаиды и ради нее вернулся в СССР из длительной зарубежной поездки, хотя друзья предупреждали его о возможной опале. После критики Сталиным одного из мейерхольдовских спектаклей Зинаида Николаевна отправила советскому вождю совершенно безумное разгневанное письмо. Пойти на такой шаг означало подписать себе смертный приговор. Исследователи подчеркивают, что актриса страдала нервным расстройством в связи с перенесенным тифом, она не всегда владела собой. Отчасти это объясняет ее отчаянный поступок. В 1939-м году актрису зарезали неизвестные в ее квартире в самом центре Москвы. Всеволода Мейерхольда расстреляли в 1940-м.

«Золотая голова»

Есенин недолго горевал после развода: его очаровала знаменитая американская танцовщица Айседора Дункан. Влюбился герой нашей статьи безоглядно. Бросил хождения по кабакам. До блеска начищал сапоги, одел белую шелковую рубашку. И своего добился: в 1922 году состоялась свадьба, хотя Дункан до этого неоднократно утверждала: ни одна сила не заставит ее пойти под венец. Примечательно, что невеста знала по-русски всего несколько слов. Возлюбленного она называла «золотой головой» и своей русской любовью.

Айседора Дункан. (pinterest.com)

Супруги уехали в Европу. Дункан была старше Есенина на 18 лет, и злые языки поговаривали, что поэт женился на «богатой старухе» из соображений выгоды. Тот же Максим Горький описывает «пожилую, отяжелевшую, с красным, некрасивым лицом» женщину. Домыслы по поводу богатства танцовщицы Сергей Александрович опровергал: «Все ее банки и замки, о которых она пела нам в России, — вздор. Сидим без копеечки, ждем, когда соберем на дорогу и обратно в Москву».

Дункан и Есенин. (pinterest.com)

Отношения супругов напоминали катание на американских горках. Свою прекрасную Айседору Есенин в моменты ссор покрывал отборной бранью, а в периоды перемирия буквально носил на руках. Вторая жена была крайне ревнива и ни на минуту не отпускала Сергея от себя. Для свободолюбивого поэта это оказалось тяжелым испытанием. Однажды он попытался от нее сбежать. Произошло это в Берлине: вместе с поэтом Александром Кусиковым Есенин укрылся от семейных бурь в частном пансионе. Айседора искала его по всему городу. Когда она наконец обнаружила пропавшего супруга, то перебила все сервизы и люстры. Ущерб имуществу был причинен значительный, поэтому владельцы пансиона отпустили Есенина, а Кусикова оставили до выплаты компенсации.

Но все эти сцены оставались за кулисами. Взорам публики представала красивая, всегда со вкусом одетая пара. Так, в газете «New York World» появилась заметка, в которой внешность Есенина описывалась следующим образом: «Вскоре появился муж мадам Дункан, юноша, похожий на мальчика. По внешним данным он мог бы стать отличным полузащитником в любой футбольной команде — рост 5 футов 10 дюймов, белокурая, коротко остриженная голова сидит на паре широких плеч. У него узкие бедра и ноги, способные преодолеть 100 ярдов за 10 секунд».

В 1923 году супруги вернулись в Москву, но отношения окончательно разладились. Дункан уехала в Париж. Есенин прислал ей телеграмму, в которой сообщил о разрыве. Позже он говорил, что в своей жизни любил только двух женщин — Зинаиду Райх и Айседору Дункан.

Оставил жену без башмаков

Софью Андреевну Толстую, внучку классика русской литературы, поэт увел у прозаика Бориса Пильняка. Свадьба Есенина и Толстой состоялась в 1925 году. Одно из писем матери Толстой, Ольги Константиновны, рассказывает о том, как жили супруги. В нем идет речь о пьяных скандалах, не менее пьяных приятелях, постоянно гостивших у молодых, и безденежье — Софья даже не могла купить себе новую обувь.

Толстая и Есенин. (pinterest.com)

Но она преданно любила Есенина, несмотря на все его выходки. Своим долгом Толстая считала сохранить литературное наследие супруга. Так, в письме к поэтессе и журналистке Марии Шкапской она просила собрать «все относящиеся к Сергею фотографии, рисунки, печатное…»

Еще одной любовью поэта была его литературный секретарь Галина Бениславская. Они познакомились еще в 1920-м, к ней он вернулся после расставания с Дункан. Бениславская не пережила смерть Есенина и покончила с собой на его могиле в 1926 году.

Крестьянин и джентльмен | Рязанские ведомости

Загадка жизни Сергея Есенина. Версия Захара Прилепина

В издательстве “Молодая гвардия” в серии “ЖЗЛ” вышла новая биография Сергея Есенина, написанная известным писателем и общественным деятелем Захаром Прилепиным. Больше тысячи страниц текста, вмещающего в себя всю трагическую жизнь великого русского поэта. О некоторых наиболее важных и во многом спорных моментах этой книги мы поговорили с автором.

В начале книги ты обращаешь особое внимание на то, что не только в творчестве, но и в автобиографиях Есенина почти ничего не сказано о его отце, Александре Никитиче Есенине, приказчике в мясной лавке. Мать поэта навсегда закрепилась в сознании его поклонников в пронзительном образе старушки в ветхом шушуне, которая стоит на дороге и вечно ждет возвращения сына. А отца как будто не было. Я заметил: у русских писателей тема отца либо отсутствует, либо болезненна. Что обычный читатель знает об отце Пушкина, кроме того, что он был светским острословом и поэтом-любителем? Отец Лермонтова был добр, но вспыльчив. Отец Тургенева нанес сыну в подростковом возрасте моральную травму, отраженную в рассказе “Первая любовь”. Отец Достоевского – добрый, прекрасный семьянин, но которого, как думал Федор Михайлович, убили крестьяне. Толстой рано отца лишился. Горький в детстве заразил отца холерой, и тот умер. Маяковский всю жизнь панически боялся микробов, потому что отец умер от случайного заражения крови. У Блока был очень странный отец. Может, это какая-то закономерность?

Захар Прилепин: Может, и закономерность. Тогда мы можем говорить о том, что “отсутствие” отца каким-то образом психологически парадоксально служило подспорьем, “выталкивало” их на самый верх, тащило за шкирку. Интересное наблюдение. Алексея Николаевича Толстого тут можно вспомнить. Безусловную зацикленность на матери Николая Клюева. Распавшуюся семью Аркадия Гайдара. Явственное отторжение отца в случае Леонида Леонова. С другой стороны: а какой мощный отцовский портрет у Гайто Газданова? Вот сразу видно: кавказская традиция. Далеко можем зайти, если пойдем в этом направлении!

Есть распространенная версия, что крестьянское происхождение Есенина – это миф, который он сам культивировал, потому что быть “мужичком” в литературе начала ХХ века в России было выгодно. Горький культивировал имидж “босяка”, Есенин – “мужичка”. На самом деле не умел ни косить, ни пахать, ни лошадь запрягать. Что ты думаешь об этом?

Захар Прилепин: Да, Есенин, не “сын крестьянина” в прямом смысле – отец его с 12 лет работал в московской лавке и дорос до приказчика. Дед Титов, который в известном смысле заменил Есенину отца, тоже крестьянским трудом не занимался, а занимался предпринимательством. Тем не менее, Есенин все-таки вырос в деревне, и косить, и пахать, и лошадь запрягать он умел. Но, в сущности, этим все и ограничивалось, потому что ничем этим он не занимался – настоящего крестьянского хозяйства семья его не держала: отец в Москве, мать – периодически на заработках, разорившийся дед подрабатывал грузчиком. В есенинских письмах есть показательный момент: все, пишет о своих ровесниках-односельчанах, ушли на поле, я играю в крокет. Отец присылал деньги из Москвы, Константиновские ребята считали семью Есениных зажиточной. В любом случае, любой крестьянский труд ему не был бы в новинку, и все это он точно лучше умел, чем Блок с Брюсовым и Ходасевич с Адамовичем. Так что, это смотря с кем его сравнивать. Крестьянином в полном смысле слова он не был, но если б ему пришлось соревноваться со всем литературным истеблишментом той поры в знании деревенской среды и навыках, он бы обыграл всех безусловно. Да, образ “пастушка” ему придумали по большей части Клюев с Городецким, и проходил он в этом образе, в сущности, только год, после чего с явным удовольствием переоделся и эдаким франтом присоединился к имажинистам, которые делали ставку на стиль и являлись по сути законодателями моды той поры. И костюмы на нем сидели безупречно. Оказалось, что крестьянский деревенский мальчик – прирожденный джентльмен.

Мне показалось, что ты слишком жестко проводишь демаркационную линию между народным поэтом Есениным и Гиппиус, Ходасевичем, Мережковским и двумя Георгиями – Ивановым и Адамовичем как поэтами, от народа “страшно далекими”. Даже Блок у тебя “далек”, в сравнении с Есениным. Разница, конечно, есть. Но я думаю, что народность не индульгенция для поэта. На одного Есенина есть сто пятьдесят бездарных певцов березок и осин. На одного Рубцова такое же количество бездарных певцов деревень и материнских погостов. Все-таки дар поэта – дар Божий, а у Бога нет национальности и сословной принадлежности.

Захар Прилепин: Конечно, согласен с тобой. Народность – не индульгенция, а последователей Есенина в основной их массе я на дух не выношу. Потому что им только кажется, что они наследуют Есенину, а на самом деле они наследуют своей дикости. Если им, к примеру, сказать, что Есенин был истинным правоверным модернистом, имажинистом или, прости, Господи, отлично относился к Троцкому – они же могут толпой наброситься. Но все-таки демаркационная линия тогда была и очень жесткая. Именно поэтому Есенин остался здесь, а те – Мережковский и компания – уехали. Без жесткой линии, без жесточайшего назревшего противоречия такого раздора и раздела не случилось бы. Мало знали тогда народ, мало. Мало о нем думали. Снисходительно к нему относились, свысока. И Есенин это отлично чувствовал. Как и весь народ.

Многие поклонники Есенина считают, что его “имажинизм”, а также дружба с Мариенгофом – это случайное и наносное в жизни великого русского поэта. Твоя точка зрения противоположная. Можешь коротко обосновать для тех, кто еще не читал твою книгу?

Захар Прилепин: Шесть лет – то есть, половина всего творческого пути Есенина – ушло на содружество с имажинистами. Одни из лучших, а может быть, даже лучшие вещи Есенина – драма “Пугачев”, “Исповедь хулигана”, “Кобыльи корабли” – написаны под явным воздействием имажинистов и конкретно Мариенгофа. Дружба с Мариенгофом – самая долгая и самая крепкая дружба в жизни Есенина. Просто по факту: по количеству проведенного вместе времени – они ж жили в одной квартире, вдвоем – уходя к подружкам и возвращаясь под общую крышу. Самое большое количество стихов и прочих работ Есенин посвятил именно Мариенгофу. Ни одной женщине, ни одному крестьянскому собрату он столько не посвятил. Ему, Мариенгофу, Есенин написал: “Среди всех трепетных и юных / Ты был всех лучше для меня”. С ним у Есенина даже самое большое количество совместных фотографий. Я просто факты привожу. Надо либо это спокойно признать, либо сказать: наш Серега заблуждался с этим вашим Мариенгофом. Ну заблуждался и заблуждался. Вы зато все понимаете.

Верно ли я понял из твоей книги, что алкогольный разнос начался у Есенина из-за знакомства с Айседорой Дункан. Из-за всех этих попоек, которые она устраивала за кремлевский счет?

Захар Прилепин: Да, пресловутое есенинское пьянство, которое действительно, чего уж скрывать, было, берет начало с того дня, как Есенин переселился к Дункан, и, прямо говоря, съехал от Мариенгофа. Быт с Мариенгофом в принципе не предполагал пьянства – с 19-й по 21-й Есенина видели нетрезвым считанные разы. С тех пор, как он начал жить с Дункан, он был подшофе едва ли не ежедневно. Айседора его баловала.

Сколько женщин было в жизни Есенина? И какая женщина была в его жизни главной: Зинаида Райх, Айседора Дункан, Галина Бениславская или, может быть, Софья Толстая?

Захар Прилепин: В жизни Есенина, несмотря на общее представление о его донжуанстве, было считанное количество женщин. Семь главных романов и минимальное количество интрижек – приблизительно три-четыре. Сохранилось свидетельство, что он году в 21-м, 22-м соглашался на общую цифру “10”. Дело в том, думаю, что Есенин был очень привередлив, пожалуй, даже брезглив и, самое главное, ужасно боялся венерических болезней. Это его останавливало. Кроме того, конечно же, поэзия была главной его женщиной. А потом еще и роман с алкоголем начался, который все иные романы, в сущности, затмевал.

Есенин и Троцкий. Есенин и Ленин. Проясни отношение Есенина к этим двум главным фигурам революции и начала Советской власти. Из твоей книги создается впечатление, что Есенин осознал величие Ленина только тогда, когда несколько часов простоял возле его гроба, всматриваясь в его мертвое лицо. Тем не менее, ничего близкого великой поэме Маяковского о Ленине он не создал. Почему? Поздний Маяковский – это “Во весь голос” и “Владимир Ильич Ленин”. Поздний Есенин – это “Черный человек”. Есть разница?

Захар Прилепин: Это все-таки передергивание с твоей стороны. Поздний Есенин – это “Капитан Земли” о Ленине, это мощнейший фрагмент из поэмы “Гуляй-поле” о Ленине, это, наконец, “Анна Снегина”, где лирический герой, отвечая на вопрос мужиков “Кто такой Ленин?”, отвечает: “Он – вы”.То есть, по Есенину, Ленин выразитель всего русского черного тяглового народа, со всеми его мечтами, со всем его буйством, со всей его правдой. Причем и “Капитан Земли”, и “Гуляй-поле”, и “Анна Снегина” написаны после “Черного человека”. Есенин кажется тебе не столь убедительным, как Маяковский – спорить не стану. Возможно, Маяковскому эта государственническая просоветская интонация шла больше. Но Есенин, безусловно, создатель своей ленинианы. С Лениным он, однако, лично не общался, а вот с Троцким встречался, и общих знакомых с Троцким имел – скажем, того же Блюмкина. О Троцком Есенин – после заграничного высказывания о том, что не хочет возвращаться в Россию, где “правит Троцкий”, – радикально изменил мнение после личной встречи, и затем неоднократно упоминал его и в своих текстах, и в разговорах. Есенин, придется это спокойно признать, с какого-то момента относился к Троцкому с пиететом. Ну, или, если нам это не нравится, надо признать тогда, что Есенин врал, когда писал в очерке “Железный Миргород” о “гении” Троцкого, врал, когда, отвечая на литературную анкету, говорил о Троцком, как об одном (из двух) лучших литературных критиков в стране, врал, когда многим своим знакомым говорил о Троцком, как о персонаже, его восхищающем. И самое главное – врал, когда упоминал Троцкого в своих стихах.

Смерть Есенина до сих пор вызывает много вопросов. Даже в академическом Словаре “Русские писатели XIX века” этот вопрос оставили открытым. Из сериала “Есенин”, где роль поэта исполняет Сергей Безруков, однозначно следует, что поэта убили. Твоя точка зрения совершенно иная. Обоснуй ее. А если бы убили, как ты считаешь, это добавляло бы трагизма его биографии?

Захар Прилепин: Напомню, что ни один из современников Есенина, ни одна из его жен, никто из его ближайших друзей никогда не сомневался в самоубийстве Есенина. Ни его мать, ни его дети – никто. Первым из публичных людей вслух усомнился… писатель Василий Белов шестьдесят с лишним лет спустя. Уже это само по себе абсурдно. Есенинская биография и так трагична, зачем все выворачивать наизнанку, обманывая самих себя? Впрочем, Павел, мы же прекрасно знаем, что смерть великого человека всегда, неизбежно обрастает слухами. Вышли даже не десятки, а сотни статей, что Лермонтова застрелили из кустов, или Мартынов его убил в упор в ссоре, а вся дуэль – инсценировка, что Маяковского застрелил Агранов, что Цветаеву удавили три работника НКВД, ну и так далее, до бесконечности. В случае Есенина на это накрутилось еще и слишком личностное отношение к нему многих. “Чтоб наш Серега, да удавился?” “Чтоб наш Серега – да пил? Да я тебе в морду сейчас дам!.. Наливай!” “Чтоб наш Серега – детей бросал своих?” “Чтоб наш Серега – да иудино племя большевиков славил?” “Чтоб наш Серега – Троцкого хвалил?!” И так далее до бесконечности. Я даже не уверен, что с этим стоит всерьез оппонировать. Это же не из разряда филологии. Это по другому разряду проходит.

Мне важно доказать правду, а не то, что он покончил с собой. Мне кажется, когда мы обманываем себя в этом случае, истово желая, чтоб Есенина не хоронили, образно говоря, “за оградой”, как самоубийцу, – мы не идем к Богу, а бежим от него. Нельзя бежать от правды. Потому что мы бежим от поэзии Есенина, от его души, от его трагедии. Мы закрываем глаза, мы обдуриваем самих себя. Зачем? Я вообще не понимаю, как можно читать Есенина и не слышать, как ужасно он кричал от боли. И как стоически, смиренно он подошел к своему финалу. Но ведь поэзию, как и музыку, зачастую не объяснишь. Поэтому я просто взял и разобрал все эти бесконечные “версии” его убийства, показывая их полную абсурдность просто с точки зрения здравого смысла.

Захар, когда ты все успеваешь? Четыре года на войне. Сейчас постоянные выступления, лекции, в России, за рубежом…

Захар Прилепин: Не четыре, а три года я жил в Донбассе, и из этих трех лет – один год и восемь месяцев прослужил там офицером. Все эти три года я ничего не писал, за границу выезжал раза три, в России сделал один трехдневный тур с презентацией “Взвода”, написанного за два месяца до переезда в Донбасс. Как успеваю – да Бог его знает! Быстро работаю, быстро думаю, очень сильно хочу рассказать и доказать то, что хочу рассказать и доказать. Чувствую себя должником – и перед героями “Взвода”, и перед Есениным, и перед Шолоховым – о котором тоже хочу написать, если успею.

Источник: «Российская газета»
Текст: Павел Басинский, «Российская газета»
Фото: Михаил Визель, «Российская газета»

Мне нравитсяНе нравится

Его судьба - это роман

В Бресте попытались представить последние минуты жизни Сергея Есенина

В Брестском академическом театре драмы - громкая премьера. Спектакль по мотивам произведений Сергея Есенина. Монолог на два голоса. Совершенно новый для многих Есенин.

Не "похабник и скандалист". Не бесшабашный крестьянский парень и не кумир женщин... Человек на границе между сном и реальностью. Сюрреалистическая постановка "За крапивой берег" стала попыткой проникнуть в последние минуты жизни поэта. Есенина сыграл актер театра Алексей Щербаков, Дама в черном - молодая актриса Татьяна Дяченко.

Режиссер-постановщик Валентина Яновец, принимающая поздравления после великолепного представления 6 июня, рассказывает, откуда взялась идея поставить спектакль.

- Есенин - один из крупнейших мифов. Максим Горький, который почитал поэта, писал после смерти Есенина, что его жизнь и творчество - художественный роман. Большую часть своей жизни он сыграл - как первые артисты МХАТА, на разрыв, поэт ведь сам признавался, что приехал в Москву за бронзовым монументом. Мы показываем последние моменты его жизни. Ведь до сих пор мы точно не знаем, что произошло в ту ночь. Некоторые абсолютно уверены, что он сам ушел из жизни. Другие говорят, что ему помогли это сделать. Но точно не знает никто. Мы шли к спектаклю четыре года.

- С главным героем определились сразу, понимаю, а как выбирали актрису?

- Все вначале вокруг "Черного человека" крутилось. Подумалось, а почему бы Черным человеком не быть даме? Татьяна недавно пришла в театр, хорошо о себе заявила. Задача перед ней ставилась сложная. Алексей играл одного героя, а она - множество. В том числе Черного человека.

- Мать Есенина, возлюбленные - Галина Бениславская, Софья Толстая, Зинаида Райх, Айседора Дункан, Черный человек... Столько противоречивых ролей в одном спектакле. Трудно было перевоплощаться? - интересуюсь у Татьяны Дяченко.

- Во мне есть частичка от каждой героини, я это поняла. Влюбилась в Есенина во время репетиций, раньше его не так чувствовала. Перечитала очень много книг. Для образа жены и музы Есенина Зинаиды Райх изучала ее биографию. Очень помогал костюм. Когда ты его надеваешь - пластика меняется. Приходит образ, речь другая...

Сюрреалистическая постановка "За крапивой берег" стала попыткой проникнуть в последние минуты жизни поэта

Что касается Алексея Щербакова, то актер (к слову, россиянин) считает "За крапивой берег" новым этапом в жизни:

- Постановка о Есенине была моей мечтой, получилась работа длительной, сложной, поскольку как такового сценария не было. Изучили много материала. Биографию, а ее Есенин, как известно, не раз переписывал, воспоминания его друзей, которые, считаю, подливали масла в огонь, представляя поэта алкоголиком и буяном. Есть факты, опровергающие это. Как все гении, Есенин немножко сумасшедший. Сам он ушел из жизни или ему помогли? Мы представили зрителям свой вариант того, что с ним могло происходить в последние минуты. Наше повествование не претендует на документальность.

Хотите знать больше о Союзном государстве? Подписывайтесь на наши новости в социальных сетях.

как на самом деле погиб Сергей Есенин

Петербургский писатель Николай Астафьев опубликовал книгу, где на основе исследований, продолжавшихся более 20 лет, убедительно доказал, что многие документы, связанные с трагической гибелью в Ленинграде великого русского поэта Сергея Есенина, были сфальсифицированы, чтобы скрыть факт его злодейского убийства.

До сих пор в энциклопедиях излагается официальная версия гибели Есенина, согласно которой он повесился в гостинице "Англетер". Однако в вышедшей в этом году в Петербурге книге Николая Астафьева "Трагедия в "Англетере": действующие лица и исполнители" убедительно доказывается, что многие документы, касающиеся обстоятельств дела Есенина, являются фальшивками. Это позволяет сделать однозначный вывод: великий русский поэт был убит.

"С чего я начал? С самого начала, – рассказал "Петербургскому дневнику" Николай Астафьев. – С изучения телеграммы, которую Есенин якобы послал в Ленинград 7 декабря 1925 г., извещая своего приятеля Вольфа Эрлиха о своем приезде. Много месяцев я просидел в Центральном музее связи Петербурга, изучая телеграммы того времени. И вывод получается такой: телеграмма, которой Есенин якобы извещал Эрлиха о своем приезде и просил подыскать для него жилье, – грубая фальшивка. Во-первых, бланк не соответствует бланкам того времени, на нем не указан ни ее номер, ни номер почтового отделения, из которого она отправлена.

Изучив более сотни телеграмм того года, я установил, что среднее время их прохождения из Москвы в Ленинград составляло не менее 2 часов. А согласно цифрам на телеграмме, будто бы отосланной Эрлиху, она была отправлена из Москвы в 15 часов 2 минуты, а получена в Ленинграде в 15 часов 31 минуту. Рекордная скорость! Такого никак не могло быть. Те, кто изготовил фальшивку, словно не знали, какое время надо было проставить.

Мало того, удалось установить, что на самом деле эта телеграмма могла быть отправлена из почтового отделения не в Москве, а в Ленинграде в другое почтовое отделение в том же городе.

Подделкой является и "записка" Есенина Эрлиху: "Вова, захвати вещи ко мне в гостиницу…" Сравнивая ее с почерком Есенина, даже неспециалисту видно, что она написана другим человеком. Сделано это для того, чтобы доказать, будто Есенин, приехав в Ленинград к "своему другу" Эрлиху, сам, по собственной инициативе, поселился в "Англетере". В протоколе опроса Вольфа Эрлиха косвенно упомянута единственная записка о вещах в гостинице, якобы созданная рукой Есенина, а в мемуарах фигурирует совсем другая есенинская записка, в которой речь идет о ресторане и нет ни слова о гостинице, куда якобы отправился Есенин. Сфальсифицированы также и обе доверенности на получение денег, якобы выписанные Есениным на имя Вольфа Эрлиха".

Это были фальшивки? 

"Убедительным" доказательством самоубийства долго изображали тот факт, что комната Есенина была заперта изнутри. Однако найдены убедительные доказательства уничтожения ниши с дверью в соседнюю комнату с балконом, куда могли уйти преступники, инсценировав самоубийство поэта.

Порезы на руке долгое время объясняли тем, что Есенин якобы написал стихи кровью. Но в протоколах опроса нет ни слова о том, что Есенин резал руки и писал "предсмертное" стихотворение. Этот миф создали газетчики.

На самом деле надрез на правой руке был сделан на следующий день, 28 декабря, чтобы разогнуть руку, застывшую у шеи.

Пора расследовать объективно

Николай Астафьев упоминает, что в архиве Юрия Прокушева, который считается чуть ли не главным есениноведом страны, хранятся многие ценные документы, включая дневник поэта, однако никто его никогда не видел. Никакие другие специалисты не имели и не имеют к нему доступа.

В том, что речь идет об убийстве, не остается никаких сомнений, делает вывод в своей книге писатель.

"Пришло время, – призывает он, – пересмотреть дело №89 о смерти поэта, добиться отмены постановления народного следователя Д.И. Бродского от 23.01.1926 г. о прекращении дознания за отсутствием состава преступления, с которым Ленинградская губернская прокуратура согласилась, признав собранные доказательства о самоубийстве Сергея Есенина достаточными, и возбудить в связи с вновь открывшимися обстоятельствами уголовное дело, которое позволит расследовать обстоятельства трагической кончины поэта объективно, в рамках правового поля…"

Он был обречен

Есенина убили, и это не было "случайное" убийство. Великий русский поэт попросту не мог не быть "ликвидированным", как говорили в те времена. И вовсе не за свои "смелые" разговоры, многочисленные скандалы… а за стихи, которые он писал, с ненавистью и презрением отзываясь не только о коммунис­тическом режиме, но и о его главарях.

Множество фактов говорят о том, что Есенин вовсе не был, как утверждают, в состоянии маниакальной депрессии во время своего приезда в Ленинград.

По свидетельствам современников, поэт был настроен на работу, читал друзьям стихи, рассказывал о новом журнале. За 1925 г. у него вышло восемь книг, им было подготовлено полное собрание сочинений. Существовал договор с Госиздатом на выплату гонорара за полное собрание сочинений.

Сторонники версии о самоубийстве неизменно приводят как доказательство склонности Есенина к суициду факт его пребывания в психиатрической клинике Москвы. На самом деле Есенин оказался в клинике вовсе не по состоянию здоровья. Его поместили туда, спасая от судебного процесса, который хотели устроить над ним после скандала в поезде Баку – Москва, где он резко повздорил с дипломатичес­ким курьером Альфредом Рога и Юрием Левитом, близким знакомым всесильного Льва Каменева. Рога и Левит через канцелярию наркомата по иностранным делам подали на поэта в суд, требуя возмездия. Выход из сложного положения подсказали сестры поэта Катя и Шура – "спрятаться" в клинике Московского университета.

Показания Сварога

Энциклопедии утверждают, будто после смерти Есенина никто об убийстве "несколько десятилетий" не говорил. Напротив, об этом стали говорить сразу.

Художник Василий Сварог, который сделал рисунок мертвого Есенина еще без грима, рассказывал в 1927 г.: "Мне кажется, этот Эрлих что-то ему подсыпал на ночь, ну… может быть, и не яд, но сильное снотворное. Не зря же он "забыл" свой портфель в номере Есенина. И домой он "спать" не ходил – с запиской Есенина в кармане. Он крутился не зря все время неподалеку, наверное, вся их компания сидела и выжидала свой час в соседних номерах… Сначала была "удавка" – правой рукой Есенин пытался ослабить ее, так рука и закоченела в судороге. Голова была на подлокотнике дивана, когда Есенина ударили выше переносицы рукояткой нагана. Потом его закатали в ковер и хотели спустить с балкона, за углом ждала машина. Легче было похитить. Но балконная дверь не открывалась достаточно широко, оставили труп у балкона, на холоде. Пили, курили, вся эта грязь осталась… Вешали второпях, уже глубокой ночью, и это было непросто на вертикальном стояке. Когда разбежались, остался Эрлих, чтобы что-то проверить и подготовить для версии о самоубийстве…"

В "Англетере" не жил

Однако самое сенсационное открытие сделал петербургский писатель В. Кузнецов. Изучая документы гостиницы "Англетер", он обнаружил, что Есенин в ней вообще не жил! Фамилии поэта нет в списке жильцов этой гостиницы в тот период, когда в ней будто бы обнаружили висящий на трубе парового отопления его труп. Те, кто помнит советские времена, хорошо знают, что значило тогда получить номер в гостинице. Каждый поселившийся регистрировался, администратор записывал данные его паспорта. Органы следили за этим очень строго.

Никто из персонала гостиницы и проживавших там гостей Есенина в эти дни не видел. А все "свидетели", которые потом давали показания об общении с поэтом в его номере "Англетера", в том числе и Эрлих, были тайными агентами ГПУ.

Как считает Кузнецов, как только Есенин появился в Ленинграде, он сразу же был арестован и привезен в следственный дом ГПУ на ул. Майорова, 8/23. Там его с пристрастием допросили. Операцией руководил чекист Яков Блюмкин. Вряд ли Троцкий лично давал приказ убить поэта, но так уж случилось. По-видимому, Есенин, привычный к дракам, сопротивлялся и с силой толкнул Блюмкина, тот упал. Тогда прогремел выстрел. На фотографии виден след от пулевого ранения, а после этого Блюмкин ударил Есенина рукояткой револьвера в лоб. После этого решили произвести инсценировку самоубийства – благо зловещий дом 8/23 находился прямо напротив "Англетера". Труп перенесли в номер, в котором никто не жил…

"Эту жизнь живу я, словно кстати, заодно с другими на земле". К 125 летию со дня рождения С.Есенина

В центре зала на рояле портрет Сергея Есенина, березовая ветка. Слева располагается экран, на котором перед началом вечера демонстрируются фотографии из жизни поэта.

Начинается вечер документальными кадрами – Сергей Есенин читает свои стихи.

Ведущий: Он прошел путь от деревенского мальчика-херувима до самого известного гуляки и дебошира России. «Божья дудка», как сам себя называл, и «чёрный человек»... «Монах» и скандалист… Рязанский Лель и падший ангел… Его стихи - особая страница русской поэзии. Сергею Есенину - 125.

Чтец:

Я ль виноват, что я поэт

Тяжелых мук и горькой доли,

Не по своей же стал я воле –

Таким уж родился на свет.

Я ль виноват, что жизнь мне не мила,

И что я всех люблю и вместе ненавижу,

И знаю о себе, чего еще не вижу,

Ведь этот дар мне муза принесла.

Я знаю — в жизни счастья нет,

Она есть бред, мечта души больной,

И знаю - скучен всем напев унылый мой,

Но я не виноват - такой уж я поэт.

Ведущий: Знал ли поэт Сергей Есенин, что вот уже второй век его малая родина станет местом паломничества почитателей его таланта... Если не знал, то догадывался - прямо так в своих стихах и писал:

Я, гражданин села,

Которое лишь тем и будет знаменито,

Что здесь когда-то баба родила

Российского скандального пиита.

Речь идет о селе Константиново Рыбновского района, где 3 октября 1895 года и родился будущий поэт.

Усадьба Есениных располагалась в самом центре села, напротив церкви Казанской иконы Божией Матери. Дом был двухэтажный, но вовсе не потому, что Есенины жили в большом достатке, как раз наоборот.

Жили Есенины в большой тесноте. В 1885 году Никита Осипович умер, и его жена Аграфена Панкратьевна осталась одна с четырьмя детьми. Основным источником её дохода стали жильцы – маляры и художники, работавшие в церкви, а также монахи, которые обходили окрестности с чудотворными иконами.

Когда один из сыновей, 18-летний Александр, привёл молодую жену Татьяну, в доме стало ещё теснее. Отношения у Аграфены с невесткой, которой не исполнилось и 17 лет, сразу же не заладились. Татьяне, которая, как поговаривали, вышла замуж не по любви, пришлось готовить и убирать для постояльцев, и это, конечно, тоже не доставляло ей радости. К тому же муж сразу же после свадьбы уехал на заработки в Москву и поступил к купцу Крылову, который держал мясную лавку. Татьяна Фёдоровна жила очень стеснённо, и как сама потом вспоминала, иногда, чтобы купить маленькому Серёже молока, ей приходилось продавать свои личные вещи.

Спустя несколько лет жизнь в чужом доме сделалась совсем невыносимой. Татьяна Федоровна забрала 4-летнего Серёжу и вернулась в свою родную семью. Оставив мальчика на руках у деда с бабкой, она тоже подалась на заработки – в Рязань и в Москву. Пыталась даже добиться развода, но муж настоял на том, чтобы сохранить семью.

Воспитанием Серёжи в тот непростой период занимался, в основном, дед по материнской линии - Федор Андреевич Титов. Жена Фёдора Андреевича, Наталья Евтихевна, рассказывала Серёже много сказок, пела песни и частушки. Позже поэт говорил, что именно бабушкины рассказы подтолкнули его к написанию первых стихов.

Готовя свое собрание сочинений, Есенин по настоянию близких включил в первый том несколько ранних стихотворений, пометив их 1910 годом. Первое из них – «Вот уж вечер. Роса».

Чтец:

Вот уж вечор. Роса

Блестит на крапиве.

Я стою у дороги,

Прислонившись к иве.

От луны свет большой

Прямо на нашу крышу.

Где-то песнь соловья

Вдалеке я слышу.

Хорошо и тепло,

Как зимой у печки.

И березы стоят,

Как большие свечки.

И вдали за рекой.

Видно, за опушкой,

Сонный сторож стучит

Мертвой колотушкой.

Ведущий: Известный поэт мог бы стать учителем: Сергей Есенин с отличием окончил в 1909 году Константиновское земское училище, затем поступил в церковно-учительскую школу, но, проучившись полтора года, ушел из нее - профессия педагога его мало привлекала. Куда больше ему хотелось признания его поэтического дара. И 17-летний Сергей переезжает в Москву, где начинает пытаться пробиться в качестве лубочного русского поэта.

Первым и единственным официальным адресом Сергея Есенина в Москве стал дом № 24 в Большом Строченовском переулке. Сюда в 1912 году юноша приехал к отцу, который почти три десятка лет служил приказчиком в мясной лавке купца Крылова. Поначалу Александр Никитич пристроил сына в лавку конторщиком, но для молодого талантливого Есенина поэзия и мясная лавка оказались несовместимы, и юноша начал искать работу, более соответствующую положению начинающего поэта. Короткое время он проработал в книжном магазине, затем устроился в типографию «Товарищества И.Д.Сытина». Здесь он рассчитывал печатать свои стихотворения, и даже мизерное жалованье подчитчика корректора не испугало юношу. Собственно, надежды оправдались - в январе 1914 года в журнале для детей «Мирок» было опубликовано стихотворение «Береза» за подписью «Аристон». Сам Сергей Есенин был очень доволен публикацией и первый гонорар целиком отдал отцу - на эти деньги он смотрел не как на обычный заработок, а как на нечто высокое.

Чтец:

Белая берёза

Под моим окном

Принакрылась снегом,

Точно серебром.

На пушистых ветках

Снежною каймой

Распустились кисти

Белой бахромой.

И стоит береза

В сонной тишине,

И горят снежинки

В золотом огне.

А заря, лениво

Обходя кругом,

Обсыпает ветки

Новым серебром.

Ведущий: В самом начале творческого пути каждый поэт сталкивается с необходимостью заявить о себе. Написать стихотворение - это полдела. Вторая половина – донести написанное до тех, кто способен дать «зеленый свет» молодому дарованию.

Решив, что в Москве ему не пробиться, Есенин отправился «добывать славы» в Петроград. Первым делом после приезда он  начал искать встречи с Александром Блоком - настоящим поэтом, о славе которого в тот момент он мог только мечтать. Ему это удалось. Они произвели друг на друга неизгладимое впечатление. Есенин потом писал, что с него градом лился пот, так как он впервые увидел живого поэта.

Более того - общение продолжилось. Блок показал талантливому парню литературную жизнь Петрограда, свел с издателями и познакомил с другими поэтами - Николаем Гумилевым, Сергеем Городецким, Федором Сологубом, Зинаидой Гиппиус и Николаем Клюевым. С последним Есенин особенно сблизился. Их с Клюевым совместные выступления со стихами и разухабистыми частушками в костюмах, стилизованных под народное крестьянство, имели большой, хотя и неоднозначный, успех.

Именно в Петрограде пришла к Есенину широкая известность. Уже в сентябре 1915 владелец книгоиздательства «Прометей» Н.Н.Михайлов направил Есенину письмо с предложением напечатать сборник его произведений, а 25 октября 1915 состоялось первое выступление Сергея Есенина на «вечере народной поэзии», проводившемся литературно-художественной группой «Краса» в зале Тенишевского училища. В канун нового, 1916 года газета «Биржевые ведомости» назвала читателям имена литераторов, чьи произведения предполагалось печатать на ее страницах в будущем году: рядом с именем Александра Блока и других известных писателей было имя Сергея Есенина. В феврале - мае 1916 в журнале «Северные записки» было опубликовано первое прозаическое произведение С.Есенина - повесть «Яр». И первый сборник стихов Есенина под названием «Радуница» вышел тоже в Петрограде, в начале 1916 года в издательстве Аверьянова. Давайте послушаем романс на стихи Есенина из этого первого сборника, «Туча кружево в роще связала».

Музыкальный номер:

«Туча кружево в роще связала». Муз.: Ал.Покровский, стихи: С.А.Есенин.

Ведущий: 19 июля (1 августа по новому стилю) 1914 года началась Первая мировая война. Через месяц в нее вступила и Россия. Повсеместно началась всеобщая мобилизация. Сергей Есенин, которому в октябре 1914 года исполнилось 19 лет, тоже подлежал призыву….

Перспектива попасть в действующую армию, отнюдь не радовала Есенина. К счастью, его литературным друзьям удалось добиться, чтобы он попал не на фронт, а в Царскосельский военно-санитарный поезд № 143, который привозил с фронта раненых в госпитали Петрограда и Царского Села. Есенин служил санитаром – работа тоже не из легких, но все же, не в окопах на передовой…

Вскоре Есенин был прикомандирован к Царскосельскому лазарету. Военная служба поэта с момента призыва продолжалась почти год: с 25 марта 1916 по 20 марта 1917 года. И, хотя во время военной службы Сергеем Есениным было написано сравнительно мало стихотворений, этот год не был для него потерянным. Его стихи, относящиеся к периоду службы: «Батум», «Бельгия», «Богатырский посвист», «В багровом зареве закат...», «Воспоминание (Теперь октябрь не тот...)», «Лебедушка», «Молитва матери», «Певущий зов», «Польша», «Поминки», «Поэма о 36», «Тучи с ожереба...», «Удалец», «Узоры». И, конечно, воспоминания об этом периоде нашли выражение в известной поэме «Анна Снегина».

А сейчас прозвучит одно из свои самых трогательных и сильных стихотворений Есенина, написанное в 1924 году – «Письмо матери». Есенину за год до смерти довелось услышать его в песне. Некий Василий Липатов, служивший командиром Красной Армии и, по совместительству, получавший музыкальное образование в консерватории, прочитал именно этот стих Есенина и довольно удачно аранжировал под него музыку. Сам поэт положительно оценил старания Липатова, но вряд ли предполагал сколько версий этой песни еще появится.

Музыкальный номер:

Романс «Письмо к матери». Стихи С. Есенина, муз. из к/ф «Калина красная»

Ведущий:

После возвращения в Москву в 1918 году Есенин публикует три новых сборника, среди которых особенно известны «Преображение» и «Сельский часослов», пишет литературный трактат, первые поэмы. Вообще, в послеоктябрьские дни, когда большинство писателей затаилось, Есенин был нарасхват – как на эстраде, так и в печати. Он без устали носится по клубам и заводам – с речами и стихами.

И, вокруг него – такое же стремительное движение. Отвергая и сменяя друг друга, складываются литературные течения, образовываются самостоятельные студии, кружки, группы единомышленников, литературных и художественных объединений энтузиастов, творивших и дискутировавших. В 1919 году Есенин познакомился с Мариенгофом и это знакомство привело его к имажинистам, его громкое имя становится знаменем набирающего силу движения. И, хотя, довольно скоро, он отказался от всех школ и стал свободным художником, заявив: «Я не крестьянский поэт и не имажинист, я просто поэт», в период увлечения этим течением Есенин создал несколько знаковых сборников: «Трерядница». «Исповедь хулигана». «Стихи скандалиста». «Москва кабацкая». Сейчас прозвучит один из самых популярных романсов на стихи поэта, «Мне осталась одна забава».

Музыкальный номер:

«Мне осталась одна забава». Слова С.Есенина, музыка А.Малинина.

Ведущий: В 20-е годы XX века Есенин по праву был первым поэтом России. Его популярность среди читателей росла с каждым днем, о ней ходили легенды. Стоило поэту выйти на улицу, его встречала толпа очарованных любителей поэзии. Есенин часто выступает на литературных вечерах, где читает свои новые «кабацкие» стихи. По поводу одного из таких выступлений сам поэт вспоминал: «Вечер прошёл изумительно. Меня чуть не разорвали». Сохранилось немало восторженных впечатлений от есенинского чтения: залы, где он выступал, были всегда переполненными, а аплодисменты слушателей - оглушительными.

Удивительно ли, что его стихи и популярность, как магнит притягивали к нему женщин?

Анна Сардановская, Лидия Кашина, Анна Изряднова – юношеские увлечения поэта.

Первая жена – красавица Зинаида Райх, мать двух из четырех его детей. Самое известное стихотворение о ней - «Письмо к женщине». Их брак продержался всего четыре года, не принеся молодым особого счастья.

Какое-то время, пусть непродолжительное, рядом с Есениным была Наденька Вольпин, талантливая молодая поэтесса. Была прекрасная Шаганэ Тальян, о которой почти ничего не известно.

Любила его Галя Бениславская, «заботница» Есенина, та, которую его родители принимали, как невестку, но сам Есенин цинично признавался ей, что не любит ее как женщину, но ценит как друга. Ровно через год после самоубийства Есенина Галя покончит с собой на его могиле.

Последней любовью Есенина и  музой стала актриса Камерного театра Августа Миклашевская. Даже на минуту невозможно себе представить, что в лирике Сергея Есенина отсутствуют такие шедевры, как «Заметался пожар голубой…», «Ты такая ж простая, как все…» «Пускай ты выпита другим…»…

За несколько месяцев до смерти Есенин женился на внучке Льва Толстого – Софье Толстой, женился не столько на женщине, сколько на имени, славе известного писателя. Нелюбимой Софье предстояло стать вдовой скандального поэта.

И конечно, была женщина, сыгравшая роковую роль в судьбе Есенина, - Айседора (Изадора, как называли ее тогда) Дункан.

Еще до их первой встречи Есенин слышал о ней и мечтал ее увидеть. Его влекло ее имя, ее слава, ореол таинственности, витавшей вокруг нее. Они сошлись сразу же, как будто были знакомы давно. Позже она даже возьмет фамилию поэта и станет Айседорой Дункан-Есениной. Пара расписалась 2 мая 1922 года и в том же месяца покинула Союз. Айседоре предстояло отправиться на гастроли - сначала в Западную Европу, а затем в Штаты. Есенин повсюду сопровождал супругу. Однако путешествие не сложилось: оказалось, что за границей все воспринимали поэта лишь как «приложение» к несравненной Дункан, хотя на родине его чуть ли не боготворили.К тому же, Есенин, не знающий языка и никому неизвестный, регулярно воображал себе, что является объектом насмешек. В 1923-м, спустя чуть больше года после свадьбы, супруги вернулись в Москву. К тому времени отношения стали уже очень напряжёнными, и через месяц Айседора покинула Союз - на этот раз одна. Так закончилась эта сложная и запутанная история любви.

Такие яркие женщины были в жизни поэта. Они отдавали все, но была ли нужна Есенину их любовь?…

Музыкальный номер:

Танец «Осень». Исполняют Е.Мезина, А.Конькова.

Ведущий: Последние два года жизни Есенина прошли в постоянных разъездах: он трижды совершает путешествия на Кавказ, несколько раз ездит в Ленинград, семь раз в Константиново. В конце ноября 1925 года поэт попадает в психоневрологическую клинику, но, прервав курс лечения, 24 декабря, уезжает в Ленинград, где предполагал пробыть до лета, а затем поехать в Италию к М.Горькому. Планам не суждено сбыться: утром 28 декабря его нашли повесившимся в номере гостиницы «Англетер».

Официально было объявлено, что Сергей Есенин, имевший серьезные проблемы с алкоголем, совершил самоубийство, однако существует предположение, что на самом деле Есенин был убит из политических соображений, а суицид стал лишь инсценировкой. Тайна гибели поэта до сих пор остается неразгаданной. Срок секретного хранения документов, связанных со смертью Есенина, составлял 50 лет. Открыть их должны были в 1975 г. Но в 1975-м срок продлили ещё на 50 лет - до 2025 г. В 1992-1993 гг. было проведено дополнительное расследование обстоятельств гибели поэта. Выпустили объёмный труд, где правдоподобно излагали версию самоубийства. Не менее правдоподобно выглядят и аргументы сторонников версии насильственной смерти. Будем надеяться, что 2025 год принесет поклонникам творчества поэта новые открытия.

Церемония прощания с поэтом проходила 29 декабря в Ленинграде, а затем в Москве, куда тело Есенина доставили на поезде. Похороны состоялись 31 декабря 1925 года и вылились в настоящую демонстрацию любви народа к своему поэту. Проститься с ним пришли сотни москвичей и людей, специально приехавших из других городов.

Считается, что последним стихотворением Есенина  стало написанное за день до смерти «До свиданья, друг мой, до свиданья...».

Чтец:

До свиданья, друг мой, до свиданья.

Милый мой, ты у меня в груди.

Предназначенное расставанье

Обещает встречу впереди.

До свиданья, друг мой, без руки, без слова,

Не грусти и не печаль бровей, -

В этой жизни умирать не ново,

Но и жить, конечно, не новей.

Ведущий: Давно было отмечено, что с обычными мерками «хорошо-плохо», «нравственно-безнравственно», «допустимо-недопустимо», «белое-черное» к Сергею Есенину подступаться бесполезно. Но, скажем так - глубокий и, одновременно, мятущийся человек и поэт – не в скандальных публикациях, а в своих письмах, из которых опубликована только небольшая часть, в редко вспоминаемом трактате «Ключи Марии» и, конечно же, стихах. Давайте вместе ТАМ искать истинного Есенина.

Библиография

  1. Адресаты любовной лирики Сергея Есенина. – Текст: электронный. – URL: https://www.liveinternet.ru/users/3370050/post111189323/ (дата обращения 21.09.2020).
  2. «Берёза»: к столетию первой публикации С.А. Есенина. – Текст: электронный. – URL:  http://www.museum-esenin.ru/home/1741 (дата обращения 21.09.2020).
  3. Ветренко И. Рядовой Сергей Есенин. – Текст: электронный. – URL: https://zavtra.ru/blogs/ryadovoj_sergej_esenin (дата обращения 22.09.2020).
  4. Военная служба Сергея Есенина. – Текст: электронный. – URL: https://zen.yandex.ru/media/kstolica/voennaia-slujba-sergeia-esenina--5bb4e30e4e70c700a936269c (дата обращения 17.09.2020).
  5. Есенин С.А. Собрание сочинений: В 3 т./ Сергей Есенин. - Москва : ТЕРРА-Книжный клуб, 2001.
  6. Есенин в Петрограде - Ленинграде. – Текст: электронный. – URL: https://esenin.ru/eseninskie-mesta/esenin-v-petrograde-leningrade/esenin-v-petrograde-leningrade (дата обращения 16.09.2020).
  7. Есенин и движение имажинистов. – Текст: электронный. – URL: https://xstud.ru/62036/iskusstvo_i_literatura/esenin_dvizhenie_imazhinistov (дата обращения 22.09.2020).
  8. Женщины в жизни Есенина: кого он любил больше всего. – Текст: электронный. - URL:  https://zen.yandex.ru/media/perstni_com/jensciny-v-jizni-esenina-kogo-on-liubil-bolshe-vsego-5d08bd9d6f40a100af81fd11 (дата обращения 20.09.2020).
  9. Зинин С.И. Неизвестный Есенин. В плену у Бениславской. – Текст: электронный. – URL: https://biography.wikireading.ru/181990 (дата обращения 23.09.2020).
  10. История романса на слова Сергея Есенина «Письмо матери». – Текст: электронный. – URL:https://www.liveinternet.ru/users/komrik/post375087439/(дата обращения 22.09.2020).
  11. Когда рассекретят информацию о смерти Есенина? – Текст: электронный. – URL:https://aif.ru/dontknows/eternal/kogda_rassekretyat_informaciyu_o_smerti_esenina (дата обращения 22.09.2020).
  12. «Мне осталась одна забава…»: горькая исповедь «озорного гуляки». – Текст: электронный. – URL: https://foma.ru/mne-ostalas-odna-zabava-gorkaya-ispoved-ozornogo-gulyaki.html (дата обращения 22.09.2020).
  13. Свердлов М. И. Поэт и революция: Есенин в 1917–1918 годах/ Свердлов М.И.,  Лекманов О.А.// Вопросы литературы. – 2006. -  №6.
  14. Сергей Есенин и Петроград: к 125-летию со дня рождения поэта. – Текст: электронный. – URL:  https://zen.yandex.ru/media/11112312/sergei-esenin-i-petrograd-k-125letiiu-so-dnia-rojdeniia-poeta-5ea038e24292883111a16931 (дата обращения 20.09.2020).
  15. Хороший, плохой, злой: обратная сторона жизни Сергея Есенина, о которой вы не хотели бы знать. – Текст: электронный. – URL: https://zen.yandex.ru/media/id/5b0bd30ef031739086d5807f/konstantinovo-rodina-sergeia-esenina-5c211439aa910500a9246689 (дата обращения 13.09.2020)
  16. Юлиусу А. Сергей Есенин и женщины, которые его любили. – Текст: электронный. – URL: https://zen.yandex.ru/media/id/5d9ba80023bf480239558126/sergei-esenin-i-jensciny-kotorye-ego-liubili-5e0caba498fe7900b0314be3 (дата обращения 21.09.2020).

Любимые женщины Сергея Есенина. Личная жизнь поэта, и её влияние на творчество

Содержание статьи

Романтический образ Сергея Есенина волнует женщин уже на протяжении столетия. Короткая, но яркая жизнь, несомненный талант, загадочная смерть – всё это притягивает внимание не только исследователей, но и простых людей. Каким он был в повседневности, кто оставил в его сердце глубокий след, как это отразилось на творчестве, чья жизнь была принесена в жертву любви? Попытаемся разобраться в нашей статье.

Первая любовь юного Сергея Есенина

Детство и юность Есенина прошли в родном селе Константиново под Рязанью. Он близко дружил с сыном местного священника И.Смирнова. Батюшке нравился способный мальчик, именно он настоял на его дальнейшем обучении в Спас-Клепиках, и уговорил не отправлять его на работу в помощь отцу. Каждое лето в поповскую семью приезжала погостить племянница Анна Сардановская.

Считается, что детская дружба Серёжи и Ани переросла в большее во время праздника в честь Казанской Божьей матери – 21 июля 1912 года. Юноше было 16 лет, племянница священника была на год младше. Молодёжные гуляния по селу, песни, танцы, стихи – всё способствовало рождению первого и робкого чувства. Именно отношения с Анной пробудили в Есенине желание стать поэтом. Ей посвящена самая первая публикация стихотворения «За горами, за жёлтыми долами…», а само чувство описано в «Моём пути» так:

В пятнадцать лет взлюбил я до печёнок,

И сладко думал, лишь уединюсь,

Что я на этой, лучшей из девчонок,

Достигнув возраста, женюсь.

Однажды влюблённые забежали в дом священника и поклялись находившейся там монахине в вечной любви и будущем браке. Но прошло совсем немного времени, и случился разрыв. Что явилось его причиной? На этот счёт есть несколько версий:
Есенин увлёкся подругой Сардановской – Марией Бальзамовой. Ей посвящены стихи «Ты плакала в вечерней тишине…» и «Не бродить, не мять в кустах багряных…». Но доказательств романтической связи нет, исследователям известны лишь письма, которые носят дружеский и философский характер.

К концу 1912 года Анна заканчивает своё обучение и поступает на работу учительницей в школу села Дединово, где знакомится с местным учителем Владимиром Олоновским. Есенин, узнав об этом, решил порвать отношения, заподозрив измену. В дальнейшем Анна всё же выйдет замуж за Владимира, но это произойдёт лишь в 1920 году.
В 1913 году Сергей устраивается на работу в типографию Сытина (Москва), где знакомится с другой Анной – Изрядновой. Она становится его первой женщиной, ему становится неинтересным платонический роман с Сардановской, и Сергей, обвиняя её, разрывает связь.

Анна Изряднова – идеальная женщина Сергея Есенина

После окончания школы (1912 год) Сергея берут на работу в мясную лавку в Москве, там уже работал его отец, и хозяин пошёл навстречу его просьбам. Но уже в 16 лет непокорный нрав будущего поэта прорывался наружу.

Жена мясника требовала, чтобы «мальчик» вставал в тот момент, когда она входит в помещение, что ему категорически не нравилось. Сергей перешёл на работу в книжный магазин, который в начале 1913 года обанкротился. Вскоре Есенин попадает посыльным в типографию Сытина, печатающую 25% всей книжной продукции империи. Достаточно быстро его повышают, теперь он подчитчик, т.е. помощник корректора.

Сергей Есенин и Анна Изряднова

 

Одним из корректоров работает скромная и неприметная Анна Изряднова. Ей уже 23 года, но она влюбляется в 18-летнего юношу с золотистыми кудрями.

Опытная женщина, имеющая жилплощадь и восхищающаяся талантом юного дарования, помогает ему всем, чем может. Освобождает его от быта, помогает поступить на историко-филологическое направление университета Шинявского, способствует его переходу на должность корректора, помогает напечатать первое стихотворение «Берёзы». Вскоре рождается сын Юрий.

Семейная идиллия после появления малыша продлилась ровно три месяца. Сергей оказался не готов к отцовству, он уже разлюбил Анну, ему надоела суетливая Москва. Но, самое главное, он познакомился в университете с профессором литературы Сакулиным, одобрившим стихи начинающего автора. Где можно достичь успеха и признания? Конечно же, только в столице! И Есенин отправляется в Петроград.

А что Анна? Она навсегда останется надёжным тылом, которому можно поплакаться в жилетку. Ей будет посвящено стихотворение «Я положил к твоей постели…».

Зинаида Райх – главная любовь поэта?

И вот Есенин в революционном Петрограде. Это не первый визит поэта в столицу. И хотя ещё никто в полной мере не осознаёт последствий февральского переворота, и Сергей вроде как далёк от политики, крестьянская смекалка подсказывает не афишировать покровительство полковника Д. Ломана – доверенного лица последней императрицы – во время очень спорной службы поэта в армии.

История взаимоотношения с царской семьёй – особая страница в биографии поэта.

Зинаида Райх

 

Лето 1917 года – смутное время, большевики ещё не успели прийти к власти, в стране ещё наблюдается многопартийность. Сергей начинает печатать стихи в эсеровской газете «Дело народа».

Секретарём работает красавица Зинаида Райх. Есенин вместе со своим приятелем Алексеем Ганиным – частый гость редакции и библиотеки при ней. Он оказывает знаки внимания симпатичной библиотекарше – Мине Свирской, а Алексей планирует жениться на Зине.

Ганин предложил всей компанией съездить на свою родину -в Вологодскую губернию. Но Мина не смогла поехать, а в дороге случилось неожиданное: Есенин признался Райх в любви и предложил обвенчаться, что они и сделали в маленькой древней церкви возле Соловков.

Эту семейную жизнь сотрясали скандалы, расставания, взаимные обвинения, драки. Есенин уже начал обретать популярность, у него появились поклонницы, он стал выпивать. Что же было причиной? Сергей не смог смириться с тем фактом, что он был не первым мужчиной Райх (хотя она утверждала обратное). Через год родилась дочь Татьяна, но это не принесло мира в семью. В отчаянии Зинаида решается родить ещё одного ребёнка. Но Есенин и вовсе не признаёт его по причине того, что сын Костя родился тёмненьким, а не блондином. Вскоре Сергей попросил развод, его просьба была удовлетворена в октябре 1921 года.

После развода Зинаида решила стать актрисой, поступив в театральную мастерскую. Преподавал там знаменитый режиссёр Мейерхольд. Он влюбился в Райх, расстался с женой, усыновил детей Есенина, даже спросил его разрешения на брак!

Зина расцветает, становится очень известной актрисой, исполняя все ведущие роли театра. Сергей осознаёт, кого он потерял. Он начинает требовать встреч с детьми, Райх тайком от мужа бегает к нему на свидания. Всю трагедию своей любви и любовного треугольника Есенин опишет позже в стихотворении «Письмо к женщине». Периодические встречи продолжались почти до самой смерти поэта.

Любовь Есенина под прицелом НКВД

Отношения Есенина с женщинами не были последовательны: нельзя выстроить хронологию связей, одновременно он был близок сразу с несколькими. Встреча с Галиной Бениславской произошла в ноябре 1920 года. В тот день был поэтический вечер, названный «Судом над имажинистами». Галя заслушалась стихами златовласого юноши и влюбилась – на всю жизнь.

Непростая биография, активное участие в политике, неоднократная угроза расстрела наложили отпечаток на характер девушки и впоследствии приводили к нервным расстройствам. Их отношения были очень сложными. Галя стала ангелом-хранителем для Есенина. Она терпела его связи с другими женщинами, взяла на себя все дела, связанные с литературной деятельностью поэта, заботилась о его сёстрах, приехавших из Константиново, поселив их у себя в комнате, отваживала собутыльников. Список можно продолжать.

Любил ли её Есенин? Трудно сказать. Но уважал и ценил. Гале посвящены строки из «Дай, Джим, на счастье…»:

Ты за меня лизни ей нежно руку

За то, в чём был и не был виноват.

Но, самое главное, она регулярно вытаскивала Сергея из очень серьёзных передряг, не сопоставимых по значимости с пьяными гулянками. За несколько лет на поэта было заведено 13 (!!!) уголовных дел. Удивительно, но они так ничем и не закончились, и это в период «красного террора», когда один за другим гибли в застенках друзья поэта.

Может быть, дело в том, что Галина была сотрудницей НКВД (ранее ЧК, ГПУ, ОГПУ) и прикрывала любимого, как могла? Есть версия, что она регулярно доносила на поэта с тем условием, что его не тронут. Но разве большевиков остановили бы какие-то «условия»? Скорее всего, это домыслы. А фактом является то, что она не смогла пережить гибели Сергея и застрелилась на его могиле в годовщину смерти.

Надя Вольпин – любовница Есенина и умница, переставшая быть надеждой

В 1920 году на одном из поэтических вечеров Сергей познакомился с начинающей поэтессой Надеждой Вольпин.

Надежда Вольпин

 

Прекрасно образованная девушка знала шесть языков и писала вполне хорошие стихи. В это время Сергей ещё не оформил развод с Райх, он живёт с Галей Бениславской, но настойчиво добивается близости с Надей. Когда выходит его очередная книга стихов, он дарит её с двусмысленной надписью: «Надежде Вольпин с надеждой, что она не будет больше надеждой».

Больше года их отношения не выходили за рамки дружеских, но когда Сергей добился желаемого, то очень удивился, что стал её первым мужчиной. И…испугался ответственности. В это же время развиваются его отношения с Бениславской, чуть позже появляется Айседора Дункан.

Когда Надежда сказала, что будет ребёнок, Сергей запротестовал, сказав, что у него уже есть дети. Вольпин была умной женщиной, она поняла, что построить полноценную семью с ветреным поэтом не получится. Она уезжает в Петербург, сына Александра Есенин не видел.

Айседора Дункан – мировая знаменитость и шлейф скандалов в жизни Есенина

Айседора родилась в обеспеченной американской семье. Но вскоре отец разорился, и малышка не получила образования (даже школу она бросила в 10 лет). На жизнь она зарабатывала музыкой и танцами, войдя в историю как основоположница босоного исполнения. Необычный подход к искусству и известные мужья и любовники способствовали всемирной известности.

Но к 1921 году финансовое положение Айседоры становится тяжёлым, а стране большевиков хочется казаться цивилизованной в глазах цивилизованного общества. Нарком просвещения А. Луначарский приглашает Дункан для открытия школы танцев.

Айседора Дункан и Сергей Есенин

 

Судьбоносная встреча произошла в день рождения Сергея в мастерской художника Якулова. Любопытно, что в этом же доме находится «нехорошая квартира» из булгаковского «Мастера и Маргариты»…Была ли это любовь? С её стороны – несомненно. А что Сергей? А его всегда тянуло к известности во всех проявлениях. Ей уже 44, ему сегодня исполнилось 26. Но они вместе вышли из мастерской и отправились в особняк, предоставленный звезде советским правительством.

Айседора намеревается показать Сергею мир, а миру – Сергея. Нужно оформлять документы на поездку, развод с Райх наконец-то завершён. И Есенин вступает в новый брак. В мировое турне он едет уже будучи мужем знаменитости. И только так, а не иначе он воспринимается публикой за рубежом. Сергей поражен и раздавлен, он постоянно напивается, громит отели, попадает то в полицию, то в психбольницу, избивает Айседору.

По возвращении в Москву в лучшую сторону ничего не меняется. Дункан уезжает из СССР, а Сергей возвращается к всегда ждущей его Галине Бениславской. О любви к Айседоре нам остались стихи «Пой же пой…».

Софья Толстая – последняя жена Есенина

Бениславская привечала всех знакомых Сергея, у неё в гостях регулярно собиралась богема.

Софья Толстая-последняя жена Есенина

 

В июне 1925 года зашёл писатель Б.Пильняк, его спутницей была Софья Толстая – внучка знаменитого Старца. Когда молодёжь стала расходиться, Сергей пошёл провожать Соню.

Уже через месяц после знакомства они решают пожениться. Роман нашёл отражение в стихотворении «Видно, так заведено навеки…». Зададим в очередной раз вопрос о чувствах. В чувствах Сони сомневаться не приходиться. А Сергея всегда тянуло к славе, в том числе и чужой.

В этот же период он знакомиться с одной из дочек знаменитого певца Ф. Шаляпина – Ириной. И, по воспоминаниям друзей, начинает примерять сочетания «Есенин-Шаляпина» или «Есенин-Толстая»? Выбор останавливается на Толстой. За неполные полгода брака Сергей умудряется разгромить знаменитую усадьбу, побывать в нескольких запоях, полежать в психиатрической клинике.

В декабре 1925 года его найдут повешенным в печально известном «Англетере». Софья всю жизнь будет заниматься научной работой и сохранением памяти о Есенине.

Другие женщины в жизни  Сергея Есенина: отражение любви в стихах

30 лет жизни Есенина были непростыми во всех отношениях: неустроенный быт, гонка за славой, регулярные творческие надломы и беспорядочная личная жизнь. Кратко перечислим женщин, в память о которых нам остались прекрасные стихи.

Актрисе Августе Миклашевской посвящён цикл «Любовь хулигана». «Персидские мотивы» написаны под впечатлением от встречи с учительницей литературы Шаганэ Тальян. А кто же является прототипом знаменитой «Анны Снегиной»? Это собирательный образ. Имя взято от первой любви поэта – Ани Сардановской. Фамилия принадлежит достаточно известной в то время писательнице Ольге Сно (Снегина – псевдоним, которым она подписывала свои произведения), с которой Есенин познакомился в годы своего становления.

Биография принадлежит константиновской помещице Лидии Кашиной, с которой у юного Сергея была непродолжительная романтическая связь в 1917 году.

Все женщины, любившие Есенина, и те, кого любил Поэт, были незаурядными и интересными личностями. Всех их объединяет трагическая судьба и исключительная порядочность. Многие из них оставили воспоминания о Сергее, где нет места пошлости и обвинениям. А нам навсегда остались прекрасные стихи, занявшие достойное место в русской литературе и романтических сердцах.

Видео: История любви Айседоры Дункан и Сергея Есенина

Поделиться в соцсетях:

Вам будет интересно почитать:

Сергей Есенин (3 октября 1895 - 27 декабря 1925), русский поэт

Задний план

За свою жизнь он был женат 4 раза, и у него были любовницы, которые вдохновляли его писать. Многие его стихи посвящены его женщинам.

Последние два года жизни Есенин написал одни из самых известных своих стихотворений. Но он также страдал от алкоголизма, пережил психический срыв и был госпитализирован на месяц.Через два дня после освобождения он порезал себе запястье, написал прощальное стихотворение собственной кровью и повесился на трубах отопления на потолке своей комнаты в отеле «Англетер». Ему было 30 лет.

Образование

В 1909 году он с отличием окончил четырехлетнее Константиновское училище и продолжил образование в педагогическом училище Спас-Клепики, после которого был «учителем гимназии».

Карьера

Он начал писать стихи в возрасте девяти лет. В 1912 году Есенин переехал в Москву, где зарабатывал корректором в типографии. Его ранние стихи были вдохновлены русским фольклором. В 1915 году он переехал в Петербург, где стал хорошо известен в литературных кругах.

Хотя он был одним из самых популярных поэтов России и был устроен государством на тщательно продуманные похороны, большая часть его произведений была запрещена Кремлем во время правления Иосифа Сталина и Никиты Хрущева.Критика Есенина Николаем Бухариным значительно способствовала запрету. Только в 1966 году большая часть его работ была переиздана. Сегодня стихи Есенина преподают русским школьникам; многие были положены на музыку и записаны как популярные песни. Ранняя смерть, антипатичные взгляды некоторых представителей литературной элиты, обожание простых людей и сенсационное поведение - все это способствовало формированию прочного и почти мифического образа русского поэта.

За короткий срок своей жизни Есенин издал уже много книг - сборников своих стихов.Они были перекомпилированы по-разному после смерти поэта и вошли в сборники лучших стихов русских авторов.

Политика

Отношение поэта к Советской власти было отрицательным. Об этом свидетельствует тот факт, что его не раз судили за безудержную критику Советского правительства.

Этот известный русский поэт совершил поездку по Америке, чтобы объяснить Советскому Союзу капитализм в бурные 20-е | Нина Рената Арон

«Путь, которым ты получил свои миллионы, не имеет значения в Америке», - писал советский поэт Владимир Маяковский во время поездки в Нью-Йорк в 1925 году.«Все является« бизнесом », а деловые вопросы - это все, что приносит доход».

Ровно через столетие после фундаментального исследования Алексиса де Токвиля « Демократия в Америке» депеши Маяковского из экзотических Соединенных Штатов были опубликованы по частям в российских газетах, и хотя они, возможно, усложнили обычные большевистские клише об американском изобилии, они также: в целом подтвердил их. Маяковский, москвич грузинского происхождения, к 1925 году был уже одним из самых известных поэтов СССР.Суровый, задумчивый и красивый, он был заключен в тюрьму за свои политические убеждения до революции, но впоследствии стал одним из культурных героев страны как ведущий представитель русского авангарда, автор футуристических манифестов и один из основателей левых сил. Фасад ст.

Маяковский, возможно, отправился в свое путешествие по Америке, чтобы успокоить своего конкурента Сергея Есенина, который недавно опубликовал стихотворение о своем собственном путешествии в США. Маяковский упоминал Америку в некоторых из своих ранних работ, а Есенин подвергал сомнению его знания. места.Итак, Маяковский с характерным бахвальством отправился доказывать свою неправоту.

В Америку Маяковский прибыл морем, «ползая восемнадцать дней, как муха над зеркалом». Он с самого начала был настроен на вэйланс класса, подходя к разделению людей-мореплавателей с остротой и остроумием. Он пишет, что даже, а может быть, особенно на корабле, «классы распадаются совершенно естественно». «Первоклассные блевать везде, где им нравится. Второй - ниже третьего класса; а третий - над собой.«Нижние палубы были« всего лишь трюмным грузом », - писал он, - перевозили« экономических мигрантов из Одессы со всего мира - боксеров, шпионов, негров ». Позже он описывает толпы жителей Нью-Йорка, движущихся по улицам как по очереди - перед рассветом это черный рабочий класс; ближе к 7 часам утра он становится «непрерывным потоком белых». Как только «рабочие массы тают» около 8 часов утра, появляется другое, «более чистое и ухоженное» население, «с подавляющим количеством подстриженных, голых, худощавых девушек с извилистыми чулками - работников канцелярских контор, предприятия и магазины.«Несмотря на все скопления человечества, которые он описывает, Маяковский, кажется, видит все через призму механизации, своевременные волны целенаправленной энергии, приливы и отливы с течением времени.

Путешествие Маяковского фактически началось с Кубы и Мексики. Знаменитый художник Диего Ривера встретил его на вокзале и взял его на экскурсию по Мехико, прежде чем подать ему еду. «Мы ели чисто мексиканские блюда, - писал Маяковский. Еда его не очень впечатлила: «сухие, безвкусные, тяжелые лепешки или блины.Измельчите мясо в муке и большом огне перца. Обсуждение состояния поэзии в Мексике также расстроило его; он посетовал, что писатели никогда не увидят себя профессионалами, если более широкая культура не поддержит их работу.

После своей мексиканской прогулки Маяковский продолжил свой путь в Штаты, показывая читателю Америку незадолго до Великой депрессии, страну, полную многообещающих, но одновременно вовлеченную в ожесточенные моральные дебаты о богатстве, алкоголе, расе и многом другом.

Оказавшись на границе в Техасе, поэта тепло встретили его бывшие соотечественники. «Единственный русский за три года!» - воскликнул владелец обувного магазина, который был всего лишь одним из тех русско-американцев, которые обрадовались, поприветствовав Маяковского и показав ему окрестности. О своих первых днях в Америке он писал: «Повсюду ухоженные дороги, кишащие Фордами, и различные сооружения страны технологических фантазий».

Но ничто не подготовило его к Нью-Йорку, где, как он утверждал, он не видел крыш зданий, как бы он ни вытянул шею.Его импрессионистические наблюдения за городом были энергичными и красочными и, очевидно, основывались на стремлении футуристов к скорости и трудолюбию. Об утре на Манхэттене он написал: «Вокруг небольших кафе одинокие мужчины начинают приводить в действие механизмы своего тела, запихивая в рот первое горючее за день - поспешную чашку гнилого кофе и испеченный бублик, который прямо здесь, в пробах, доходящих до сотен, машина для производства рогаликов бросает в котел кипящего и плюющегося жира ».

Из многих вещей, которые, казалось, подавляли его, одна была особенно ослепительной: электричество, которое буквально освещало доселе темные уголки повседневной жизни.Сам Ленин считал, что успех советской мечты зависит от доставки электричества в массы. Он сказал знаменитую фразу: «Коммунизм - это советское правительство плюс электрификация всей страны» и создал Государственную комиссию по электрификации России в 1920 году. Пять лет спустя Маяковский недоверчиво наблюдал за «потоком человечества» в плащах, описывая, как « их смолистые желтые водонепроницаемые пленки шипят и блестят, как бесчисленные самовары в электрическом свете ».

Для Маяковского реалии американского города почти полностью зависели от классов, хотя в Чикаго он, по крайней мере, отметил более заметный рабочий класс, если также более «условное» чувство к городским зданиям, даже небоскребам.

Еда стала очевидным местом для анализа классовых различий. «Обед каждого человека зависит от еженедельной заработной платы», - писал он о Нью-Йорке, описывая тех, кто купил закуску в бумажном мешке, от тех, кто накормил машину несколькими пятаками за бутерброд, от богатых, которые обедали в ресторанах, представляющих широкий выбор блюд интернациональной кухни, «где угодно, кроме безвкусных американских, которые гарантируют гастрит с мясными консервами Armor, которые валяются почти со времен войны за независимость.Он испытал веселый ужас перед развратом шоу уродов на Кони-Айленде, развлечениями низкого класса, которые «возбуждают такой экстаз».

Но и Маяковский, возможно, вопреки своему здравому смыслу, кое-где оказывался пораженным Америкой. «Я люблю Нью-Йорк в напряженные осенние дни, в рабочую неделю», - написал он, как любая хорошая героиня современного ромкома.

Для советского читателя, который, скорее всего, никогда не поедет к американским берегам, книга Маяковского « My Discovery of America » внесла разнообразие и цвет в объединяющийся портрет врага.В течение ближайшего столетия с момента его публикации ученые отметили ряд ошибок в тексте, но в некоторых отношениях сообщение было более важным, чем детали. Маяковский писал для читающей публики, которая мало знала об американской городской жизни. Для них он поделился подробностями об американской еде, работе и отдыхе и подтвердил, что в стране свободных «поощряются любые формы спекуляции».

Сергей Есенин. Сборник стихотворений - стихотворение вагалца

СЕРГЕЙ ЕСЕНИН
Сборник стихов

Перевод Алека Вагапова

--------------------------------------------- ------


Содержание

Алый свет заката…
Ночь
Невозможно восстановить то, что пропало…
Моя жизнь
Звезды
Вы плакали тихой ночью…
Начали шуршать трости…
Посвящения Троице.Утренний обряд пушки ...
Я пастырь, и мои салоны ...
Белый - толстовка, а красный - пояс ...
Я устал жить на своей земле ...
Ведьма
Я вернулся домой . Моя дорогая земля ...
Я не буду блуждать около
Там, за желтыми полями ...
Как дым в комнате, которую ты не видишь ...
Верю в счастье ...
Серебряный колокольчик, ты поешь ...
Я покинул свой любимый дом ...
Там дурацкая радость ...
Серебряная дорога, интересно, где...
Моя любовь изменилась. Я знаю, что ты чувствуешь…
Я не жалею, и я не проливаю слез…
Пой, старик, под кровавую гитару….
Не обману себя…
Да! Это улажено! Теперь и навсегда…
Лазурное пространство горит вверху…
И эта улица, и этот домик
. Грустно смотреть на тебя, любовь моя…
Давай сядем сюда, моя дорогая
Тебя уже использовал кто-то другой…
Мы навсегда уйдем из этого мира ...
Не мучай меня холодом и жесткостью ...
Домик с голубыми ставнями ...
.Письмо к матери
Теперь моя печаль не прольется на звон…
Письмо к женщине
Притихла Золотая березовая роща…
Метель плачет, как цыгане…
О, клен мой, замерзший Жесткий и голый…
Голубой туман, просторы засыпаны снегом…
Голубая ночь, а луна скользит…
Заснеженная равнина, и…
Сугроб, нагроможденный, теперь хрупкий И Черствый ...
Не падай, моя маленькая звездочка, продолжай сиять ...
Жизнь непроста с чарующим пафосом ...
Я не забыла тебя, дорогая...
Цветы прощаются со мной ...
Листья падают здесь и вон ...
Не заставляй улыбаться, девочка ...
Снег кружится живо и сильно ...
О, какая ночь ! Я не могу спать ...
Не смотри на меня так укоризненно ...
Ты меня не любишь и не испытываешь сострадания
Может быть, слишком поздно или, может быть, рано ...

---- -------------------------------------------------- --------------------------

***

На озере появляется алый свет заката.

В лесу плачут куропатки, не спят.

Спрятанная в дупле, плачет иволга.

Не хочется плакать, свет в душе.

Вы выйдете встретить меня днем,

Мы сядем там под стогом сена.

Я тебя поцелую и прижму, как любящий мальчик!

Нельзя винить человека в том, что он опьянен от радости.

Ты бросишь свой платок, пока я крепко тебя обниму,

Я буду держать тебя навеселе в кустах всю ночь.

Пусть птицы плачут, пока мы шею и греемся

В пурпурных сумерках есть счастливая тоска.

1910

Ночь

Усталый день опускается, медленно убывает,

Шумные волны теперь утихают.

Солнце село, луна плывет

Над миром, поглощенный и неподвижный.

Долина слушает лепет

Мирной реки в долине.

Лес темный и изгибающийся, дремлет

Соловьиной трели.

Река, прислушиваясь и лаская,

Бесшумно разговаривает с берегами.

И вверху раздается перекат,

Веселый шелест спешки.

1910 -1912

ПРОШЛОЕ НЕВОЗМОЖНО ВОССТАНОВИТЬ

Прекрасная ночь Я никогда не верну это,

И я не увижу свою сладкую драгоценную любовь.

А песня соловья, я не услышу,

Веселая песня, что она пела в роще!

Эта сладкая ночь прошла безвозвратно.

Ничего не скажешь: пожалуйста, вернись и подожди.

Осенняя погода уже установилась на местах,

С непрерывными дождями, сыро и мокро.

Крепко спит в могиле моя возлюбленная

Сохраняет любовь, как прежде, в своем сердце.

И как ни старайся, осенняя метель

Не может разбудить ее ото сна, плоть и кровь.

Итак, пение соловья закончилось,

Когда певчая птица обратилась в бегство,

И я теперь не слышу эту прекрасную песню,

Которую она пела в ту сладкую прохладную ночь.

Исчезли и пропали радостные эмоции

То, что я испытал в те дни и задумал.

Все, что у меня есть, - это холод совести.

То, что пропало, уже не вернуть.

1911-1912

Звезды

Звезды маленькие звездочки, вы такие высокие и такие ясные!

Что в тебе такого очаровательного?

Звезды, в глубокой задумчивости, такой сдержанный, как ты выглядишь,

Что за сила делает тебя таким соблазнительным?

Звезды, звездочки, ты такой плотный и такой твердый!

Что делает вас таким замечательным и привлекательным?

Как вы, небесные тела, можете себе это позволить:

Пробуждая жажду и желание учиться?

Почему, когда вы сияете, вы милы и приглашаете сразу же в свои широко открытые объятия?

Радовать сердце, такое милосердное и манящее,

Небесные звезды, такие далекие и такие далекие!

1911-1912

Моя жизнь

Оказывается, моей жизни суждено мучить;

Мой путь заблокирован горем и невзгодами.

Моя жизнь была отрезана от веселья и удовольствия,

Моя грудь терзает досаду и раны.

Кажется, мне суждено страдать от боли.

Все, что у меня есть в этой жизни, - это невезение и несчастье.

Я достаточно пострадал в этой жизни, и снова

Мое тело и душа подверглись пыткам.

Пространство, обширное и туманное, обещает радость,

Вздохи и слезы, однако, являются реальным решением.

Грянет буря, гром - о мальчик! -

Разрушит волшебные сочные иллюзии.

Теперь я знаю обман жизни, и тем не менее

не хочу жаловаться на невезение и несчастье.

Чтобы моя душа не страдала от горя и горя,

Никто никогда не сможет помочь мне избавить меня от пыток.

1911-1912

***

Ты плакал тихой ночью,

Те слезы на твоих глазах, которые ты не скрывал,

Мне было так грустно, это была настоящая беда,

И все же мы не могли преодолеть недопонимание.

Теперь ты ушел, я здесь, один,

Мои мечты поблекли, потеряли оттенок и цвет,

Ты оставил меня, и снова я совсем один,

Без ласковых слов и приветствий, в моя гостиная.

Когда наступает вечер, я часто, увенчанный рутой,

Прихожу к месту наших свиданий здесь,

И во сне я вижу тебя

И слышу, как ты горько плачешь, моя дорогая.

1912-1913

* * *

На берегу реки зашуршали трости,

Девушка-принцесса плачет с бледным, пустым лицом.

Красивая девушка скандировала «любит меня - не любит»,

Нетканые цветы плывут по реке.

Она не выйдет замуж позже весной,

Гоблин предсказал очень пугающую вещь.

Мыши так сильно ободрали березу от коры,

Девочку со двора напугали.

Лошади дерутся, так угрожающе кивая головами,

Ах, темные волосы - это то, что гоблин действительно ненавидит.

Запах благовоний доносится из близлежащих рощ,

Громкие ветры поют свои панихидные песни.

По берегу реки она грустно ходит вокруг,

Пока пенистая волна плетет ее саван.

1914

* * *

Троицкие молитвы. Утренний артиллерийский обряд,

Березки в роще залиты звенящим светом.

Сельчане идут после праздничного сна,

В курантах ветра круче пьянящий родник.

На оконных стеклах полосы и ответвления.

Я буду плакать цветами над скорбями и болью.

Пойте, птицы, плачущие, я буду подпевать,

Мы отправим в пыль мое отрочество этой песне.

Троицкое сияние. Утренний артиллерийский обряд,

Березки в роще залиты звенящим светом.

1914

***

Я пастух, и мои гостиные

Это взъерошенные края пастбища,

Склоны зеленых холмов и борозд,

Балки, с грохотом дупелей.

Желтые пенистые облака опоясывают

Сосновый лес с кружевными узорами,

Пока я слушаю, слегка мечтая,

Шепот сосен.

Тополя росистые, мягко колышущиеся,

Сияют зеленью на сцене.

Я пастырь, и жилище мое

Это нежное зеленое поле.

Коровы приветствуют меня и приветствуют болтовней

Кивают языком своим языком.

Ароматные цветы манят

Любезно к речным местам.

Забываю все горе и заботы,

На куче веток мечтаю.

Солнцу молюсь,

Причастись у ручья.

1914

* * *

Белый - толстовка, а красный - пояс,

Я собираю маки, которые начинают краснеть.

Глубоко звучит хоровая песня,

Я знаю, что она сейчас там и подпевает.

Она плакала, я помню, входя в хижину:

«Ты красивый, но ты мне не по сердцу.

Ветер зажигает кольца твоих кудрей,

Кисть отдала кому-то другому ».

Я знаю, что она меня не любит и заставляет меня чувствовать себя маленьким:

Я танцевал меньше других и меньше всего пил.

Я стоял у стены и был смиренным и грустным,

Пока они были пьяны и пели, как сумасшедшие.

Ему повезло, он один из тех наглых мужчин, -

Его борода то и дело прилипала к ее шее.

И присоединившись к кругу танцоров, с изяществом,

Она рассмеялась мне прямо в лицо.

Белый - толстовка, а красный - пояс,

Я собираю маки, которые начинают краснеть.

Сердце ее, как мак, цветет.

Это не для меня, что она поет эту песню.

1915

* * *

Я устал жить на своей земле

С скучными полями и ароматной гречкой,

Я навсегда уйду из дома, и

Начну жизнь вора и бродяги.

Я пойду сквозь серебряные завитки жизни

В поисках убогого жилища.

Мой лучший друг точит свой нож

На мне. Причина? Ничего не могу сказать.

Извилистая желтая дорога пойдет

Через залитое солнцем поле цветов,

Девушка, чьим именем я так дорожу,

Выгонит меня из ее дома.

Я вернусь домой, чтобы жить

и увижу других счастливыми,

Я повешусь себе на рукав,

В зеленый вечер это произойдет.

Шелковые ивы у забора

Низко склонят свои верхушки, нежно,

Под лай собак, друзья мои,

Немытый, меня прямо похоронят.

Луна будет парить в небе

Бросить весла в воду…

Как всегда, Россия получит

И плясать и рыдать каждый квартал.

1915

Ведьма

Белая, взъерошенная, выглядит возмутительно,

Бегает, бойкая и смелая.

Темна ночь, она до смерти напугана, и

Облака, как косынки, накрыли полумесяц.

Ветер истерически улюлюкает,

Вихрем, словно выстрел, вглубь леса.

Елки грозят ударить копьем

Совы спрятаны и вопят от страха.

Размахивая лапами харридана, она кричит.

В небе звезды мигают из облаков.

Змеи, как кольца, свисают с ее волос,

Вьюга кружится, она кружится в воздухе.

Звенящие сосны заставляют ведьму плясать и плакать.

Облака темнеют, когда они, дрожа, проплывают.

1915

***

Я вернулся домой.Моя родная земля

Задумчивая, разливается кругом!

Сумерки машут своей белоснежной рукой

Приветствовать меня из-за холма.

Седание хмурого дня

Плывет над моим домом, и

Вечер наполняет меня тревогой

Как непреодолимая мука.

Над церковью, над куполом,

Закатная тень упала.

Мои дорогие друзья, я вернулся домой,

И больше не увижу вас.

Годы пролетели как вихрь,

А где вы, друзья мои, интересно?

Все, что я слышу, это изнаночный звук

воды у мельницы вон там.

И часто, сидя у очага,

под звук треска осоки или чего-то еще,

Я молюсь дымящейся матери-земле

О том, чтобы те, кто ушли, навсегда пропали.

1916

***

Вон там, за желтыми полями

Впереди тянутся деревни.

Вот лес и сочный закат

И забор из крапивной нити.

Там над куполами храма

Бирюзовая пыль неба,

И ветер треплет траву, влажный и ласковый,

Как доносится из ближайших озер.

Это не для песни долины

Что я люблю эту зелень,

Как журавль, я люблю аллею

И монастырь на вершине холма.

Когда лазурь затуманивается и цветет,

И закат над мостом нависает.

Я вижу тебя, моя странствующая женщина,

Иди поклонись кресту и умоляй.

Целомудрие - это жизнь в монастырской деревне,

Общественная молитва поглощает всех вас,

Молитесь перед образом нашего Спасителя,

Проповедуйте Богу за мою падшую душу.

1916

***

Как дым в комнате ты вне поля зрения.

Со смиренным сердцем буду молиться за тебя.

Твой овсяный образ питает мою душу,

Ты мой помощник, мой друг и все.

Мир засевается солнечным пламенем

Святая истина не имеет имени.

Песок мечты держит время,

Вы добавили новые крупинки к возвышенному.

Слова растут на пашне,

Зеленый ковыль смешан с мыслью.

На твердых мускулах поднятых рук

Звук возводит белые церкви в землях.

Души с радостью топчут твое сияние

И видят твои шаги по недавнему снегу.

Но самоуничижение и угасшее рвение

Из выпавших еще милее.

1916

***

Мы навсегда покинем этот мир,

Отдохнуть в мире и покое. О Боже мой!

Может быть, еще надо будет как следует

Собирать вещи готовлюсь к дороге.

Ох уж мои березовые рощи! Потрясающие картинки!

О, родная моя земля! Мои песчаные равнины!

Перед лицом толпы смертных существ

Я не могу скрыть свою боль.

Меня переполняли любовь и восхищение

За то, что олицетворяет душу.

Мир осинам, потерянным в созерцании,

Раскидистые ветви, глядя на мелководье !.

Я думал в тишине днями и часами,

Я писал песни. И я не горюю.

Я счастлив в этом мрачном нашем мире

Иметь возможность дышать и жить.

Я счастлив, я поцеловал женщину,

Я спал в траве и на клумбе,

И я никогда, как порядочный человек,

не бил собаку или котенка по голове.

Неизвестная земля! Никаких цветущих картинок!

Никаких удивительных пшеничных полей, все хорошо!

Следовательно, перед толпами смертных

у меня всегда мурашки по спине.

В той стране, я знаю, не будет никаких

Пшеничных полей, сияющих, как золото, ночью

Вот почему я люблю этих многих

Жить со мной в этой деревне.

1924

***

Я больше не буду бродить вокруг

Вытаптывать гусиную лапку в кустах;

И я знаю, что ты никогда не придешь

В моих снах, овсяные волосы, как раньше.

Ты был нежным, красивым и прекрасным,

Ягодный сок на твоей коже, такой легкий.

Ты был подобен розовым отблескам заката,

И, как снег, ты был сияющим, светлым и ярким.

Пролив зерна, глаза твои блекнут,

И имя твое растаяло, как звук колокольчиков;

Но папки твоего мятого платка и вуали

сохранили запах меда из твоих рук.

Когда тихо и закат светлеет,

Как котенок, умывающий морду.

Я слышу соты, похожие на соты

Говорю о тебе вместе с ветром и дымкой.

Что ж, вечер подсказывает мне, что ты одурен,

Как сон, цветок и сладкая песня,

В конце концов, кто создал твою талию, твои плечи

Все время постигая священный секрет?

Я больше не буду бродить

Вытаптывать гусиную лапку в кустах;

И я знаю, что ты никогда не придешь

В моих снах, овсяные волосы, как раньше.

1916

***

Верю в счастье!

Солнце еще не село. Лучи

Рассвета, как молитвенник

Предскажите счастливые новости. О да!

Верю в счастье!

Кольцо, Россия золотая, продолжай,

Ой, дуй ветер, так не утихает!

Благословен тот, кто отпраздновал

Печаль твоего пастыря, безнадежная надежда.

Кольцо, Россия золотая, продолжай!

Люблю дикие бурные ручьи,

Сияние звезд на воде.

Благословенная уныние, плачущий квартал,

Благословение людей и крайностей

Ревущих диких бурных ручьев.

1917

* * *

Серебряный колокольчик, ты поешь,

Или, может быть, мое сердце мечтает?

Свет от розовой иконы мигает

Падая на мои золотые ресницы.

Хоть я и не такой нежный младенец

в хлопающих голубях,

И все же мои золотые мечты далеки,

Где-то в лесных районах.

Мне не нужен узкий дом,

Слово и тайна не в счет.

Научи меня, пожалуйста, мечтать и засыпать,

Засыпай и никогда не просыпайся.

1917

* * *

Я покинул свой любимый дом,

Выбираюсь из страны синего.

Рощинка у пруда согреет

Снова горе моей старой матери.

Как золотой горбыль луна

Лежит ниц на воде, безмятежно.

Волосы седые, как цветение яблони,

В отцовской бороде прольется.

Я не вернусь сразу, а

Поющая метель будет звенеть все дальше и дальше.

Клен охраняет землю синюю Русскую,

Стоит там одноногий, совсем один.

И я знаю, что это радует тех

, Кто целовал дождь из листьев.

Для Клена и меня мы оба

Сходны, то есть в голове.

1918

***

Там дурацкий восторг,

Сад, на который смотрят окна!

Беззвучное отражение заката

Плавает в бассейне, как лебедь.

Привет, золотая безмятежность,

Тени деревьев, черные как смола!

Вороны на крыше, искренне,

Проведите вечерню во славу звезды.

Робко, над садом

Где родник калины,

Девушка в белоснежном одеянии

Поет красивая мелодия.

Как голубое платье, вечер

Холодный с луга проносится…

Счастье, сладкое дурацкое чувство!

Девственный румянец щек!

1918

***

Серебряная дорога, интересно, где

Ты меня перезваниваешь?

Как четверговая свеча там

Звездочка сияет над тобой.

Черепая радость или печаль?

Разве безумие не твое намерение?

Помоги мне, сердцем и душой, завтра

Люби свой твердый снег до конца.

Дай мне закат для саней и

Ветвь ивы, которая украшает.

Может быть, в конце концов я

Доберусь до ворот рая.

1918

* * *

Клюеву

Моя любовь изменилась. Я знаю, что ты чувствуешь себя

Расстроен ситуацией:

Подметальщик полумесяца не смог пролить

Бассейны лирического творчества.

Расстроен, но принимает хорошее участие

Звезда, упавшая на твои брови,

Ты пролил свое сердце на дом,

Но в твоем сердце нет дома.

Тот, кого вы ждали, чтобы поприветствовать

Прошел мимо вашего убежища, как циник.

Мой друг, кого бы ты ни позолотил

Ключ для твоей певческой лирики?

Ты никогда не станешь стихом солнца

И никогда не увидишь границ Небес.

Как мельница, которая хлопает вентилятором

Но не может оторваться от земли.

1918

* * *

Не жалею и не плачу,

Все, как дымка от яблонь, должно пройти.

Обращаюсь к золоту, я угасаю, кажется,

Я уже не буду молодым, увы.

Познав прикосновение прохлады

Не буду чувствовать, как прежде, так хорошо.

И земля берез, - о боже мой! -

Не может заставить меня босиком бродить.

Дух Бродяги! Ты не так часто делаешь

В эти дни шевелишь пламя моих губ.

О, свежесть моя, она начинает смягчаться!

О мои потерянные эмоции, неистовый взгляд!

В настоящее время я не чувствую тоски,

О, моя жизнь! Я спал быстро?

Ну вроде как рано утром

На розовом коне проскакал мимо.

Мы все погибнем, надеясь на милость,

Золотые листья стекают вниз, становясь серыми.

Да будет ты искуплен и благословен навеки,

Ты, кто пришел, чтобы расцвести и уйти…

1921

***

Пой, старик, окровавленной гитаре, и

Пусть твои пальцы покажутся естественными согнутый.

Я бы захлебнулся этим пьяным чаром

Ты мой последний и единственный друг.

Не смотрите на ее запястье и цветущий

Шелковый платок, свисающий с ее головы.

Я искал радость в этой женщине

Но вместо этого я нашел погибель.

Я не знал, что любовь - это зараза.

Я не знал, что любовь - это чума.

Она просто пришла и симулировала привязанность

Разозлила хулигана, без ошибок.

Пой и дай мне вспомнить, брат,

Наш суетливый юношеский водоворот.

Пусть целовать, ласкать и ласкать другого,

Ах, эта красивая злая девочка!

Нет, нет, подожди.Я не виню ее и не запугиваю.

Нет, нет, подожди. Я ни черта, ни позор.

Позвольте мне спеть о вашем покорном

Под звуки этой струны базы.

Розовое хранилище моих дней транслируется.

У меня много золотых мечтаний.

Я гладил так много молодых женщин,

Прикасался и тискал их, руководствуясь прихотями.

Да! Есть горькая правда мира

Когда я был ребенком, я уловил эту истину:

Отряды гончих, возбужденных и диких,

По очереди вылизывают суку всю в соке.

Зачем ей завидовать? Я не понимаю.

Заболеть - это всего лишь предлог.

Наша жизнь - это простыня и постель.

Наша жизнь - это поцелуй и водоворот.

Пой, старик! В роковой сфере

Из этих рук судьбоносный конец.

Скажи им всем, убирайтесь отсюда.

Я никогда не умру, мой друг.

1922

* * *

Не буду обманывать себя, признаюсь

У меня в душе заботы, такие мрачные.

Почему меня считают мошенником

На самом деле мошенник и смутьян?

Я не злодей и не скрывающийся вор,

И я никогда не стрелял в заключенных.

Я просто бездумный лентяй, улыбающийся

Доброжелательный и избегающий конфликтов.

Я озорной безрассудный московский одиночка.

По всей главной улице и вокруг нее,

Каждая собачка на каждом углу

Знает меня по тому, как я ступаю по земле.

Каждый нефрит, который я встречаю, изношенный и безнадежный,

Кивает мне приветствия и приветствие.

Я друг животных, мои стихи

для них так же хороши, как и лекарства.

Я не ношу шляпу, чтобы очаровать дам

Потому что я терпеть не могу безрассудные эмоции.

Шапки удобно использовать как черпаки

Наполнять их овсом, чтобы кормить лошадей.

У меня нет друзей среди людей,

Я привязан к другому королевству.

Я с радостью отдам свой галстук простому

Лохматая собачка, с которой мне довелось столкнуться.

Отныне я буду в целости и сохранности.

В моем сердце пробивается солнечный день.

Вот почему меня считают

мошенником и смутьяном.

1922

* * *

Да! Это улажено! Сейчас и навсегда

Я покинул свою старую милую равнину.

И крылатые листья тополей никогда не будут

Снова звенят и шуршат надо мной.

Наш дом провиснет в мое отсутствие,

А моя собака давно умерла.

Я, я умру без жалости

На кривых улицах Москвы, я знаю.

Я восхищаюсь этим городом вязов

Ветхими зданиями и домами.

Золотые сонные азиатские сущности

отдыхают на куполах храмов.

Когда лунный свет ночью рассеялся,

Сиял… как ад в темном синем небе!

Я иду по переулку, удрученный,

В паб выпить, может, два.

Это зловещее логово, суровое и ревущее,

Но, несмотря на это, всю ночь

Я читаю стихи для девушек, которые развлекаются

И пьют с ворами с восторгом.

Хотя я говорю, все, что я говорю, совершенно бессмысленно,

Когда мое сердце так быстро пульсирует:

Я, как и вы, совершенно никчемный,

И я не могу вернуться в прошлое.

Наш дом провиснет в мое отсутствие,

А моя собака давно умерла.

Мне суждено умереть от сострадания

Я знаю, что на кривых улицах Москвы.

1922

* * *

Лазурное пространство горит вверху,

Я забыл, куда я отправляюсь.

Впервые пою о любви,

Впервые отказываюсь от раздора.

Я была вся как пустынная роща

Любящих женщин и много пьющих.

Я больше не пью и не люблю

Как и я, живу быстро и бездумно.

Все, что я хочу, - это смотреть на бескрайние

Твоих золотисто-карих глаз и - о, беспокойство! -

Как бы мне этого не хотелось, не любя свое прошлое,

Не хотелось бы уйти к другому!

Нежная ступенька, изящная талия у тебя!

Ой, если бы ты только мог кувыркаться

«Как может хулиган по-настоящему любить,

И как он может быть робким и скромным!»

Все те пабы, которые я бы никогда не посетил,

И мои стихи были бы забыты,

Если бы ты только позволил мне прикоснуться к твоей руке

И твои волосы цвета осени.

Я всегда буду следовать за тобой, голубка моя,

Будь то далекое или близкое место…

Впервые пою о любви,

Впервые я отказываюсь от раздора.

1923

* * *

И эта улица, и этот домик

Мне давно так знакомы.

Вверх по окну синяя соломинка из проводов

Отягощена, как когда-то.

Были годы суровых непредвиденных обстоятельств

Годы неистовых усилий.

Я помню свою деревню, свое младенчество

И голубое сельское небо.

Я не искал славы и самодовольства

Ибо я знаю цену награды.

Сейчас, когда я сплю, я представляю себе присутствие

Моего родного и близкого места жительства.

Сад в багровых крапинках,

Август спит на перилах.

Чирикающие птицы летают кругами

и отдыхают в лапах лип.

Я любил этот деревянный дом,

Бревна обладали грозной нагретой мощью,

Наша печь издавала странный вой

Пока мы топили костер по ночам.

Это был вопль громко, как воронка.

Словно скорбь и страдала от боли.

Что, черт возьми, он увидел, верблюда каменщика,

Под проливным и воющим дождем?

Ну, наверное, видела далекие границы

И мечту о фазе цветения,

Как песчаные земли Афганистана

И полупрозрачная дымка Бухары.

Ну, я очень хорошо знаю эти места

Я был там как путешественник.

Теперь я хочу выбрать пункт назначения

Но как можно ближе к моему дому.

Золотые сны исчезли,

Все растворилось в тумане, как пена.

Мира тебе, травы разбросаны,

Мира тебе, деревянный родительский дом!

1923

* * *

Жалко смотреть на тебя, любовь моя,

И так больно вспоминать!

Кажется, единственное, что у нас

- это оттенок ивы в сентябре.

Чьи-то губы изжились

Твое тепло и телесный трепет,

Как будто моросил дождь

Душа, застывшая в заторе.

Ну пусть будет! Я не боюсь.

У меня еще один радостный праздник.

Мне ничего не осталось, кроме

Коричневой пыли и цвета гризли.

Я не смог, на мою руту,

Чтобы спастись, для улыбок или чего-то еще.

Дорог, по которым я ходил, немного.

Я сделал много ошибок.

Таким образом веселая жизнь и смешной раскол.

Так было и будет всегда

Роща с березовыми костями

Это как кладбище, ну я никогда!

Точно так же мы пойдем на нашу гибель

И исчезнем, как звонящие в сад.

Зимой цветы не распускаются,

Так что не стоит о них горевать.

1923

***

Давай сядем сюда, моя дорогая,

Посмотри, как я забочусь.

Я буду слушать бурю

Под твоим покорным взором.

Вся эта золотая растительность

И эта светлая прядь волос, -

Они пришли как спасение

Из бездельника, лишенного заботы.

Давным-давно я покинул свою деревню

С цветущими полями и зарослями,

Соблазненный городом image

И жизнь славы, такая злая.

Так я предал себя забвению

Фруктовый сад, летом я наслаждался

Где я, под пение лягушек,

Возвысился до поэта.

Осень с золотыми ветвями…

Клен, липы, удовольствие,

Втыкают свои веточки, как лапки,

Ищут кого-то, кого они дорожат.

Они ушли, наши дорогие потери,

В домашнем дворе полумесяц

Знаки с лучами света на крестах

Вот и мы присоединимся к ним в подвале.

Полностью преодолевая неприятности

Вот так мы пойдем к Welkin

Все извилистые дороги только

Добро пожаловать живым существам.

Давай сядем здесь, моя дорогая,

Подойди и посмотри мне в лицо.

Дай мне послушать бурю

Под твоим покорным взором.

1923

***

Тебя использовали кто-то другой

Но в глубине есть что-то хорошее:

Заклинания твоих стеклянных волос,

Твои усталые глаза уставали осенью.

Осенний век! Ну, с моей стороны,

Мне это нравится больше, чем молодость, я это знаю,

Ты теперь намного лучше сердцу

И очарование поэта.

Я никогда не лгу в душе,

И на призыв к показухе

Скажу без раздумий:

Прощай, склоки, выпивка и все такое.

Пора прекратить этот грубый трюк,

Я был таким упрямым. Это предел!

Мое сердце напоило своего рода напитком

Это отрезвляет кровь и дух.

Сентябрь стучит по моему стеклу

С ветвями ивы малиновыми,

Мне нужно снова быть готовым

К наступлению сезона.

Теперь я терплю многое,

Без потерь, стресса и ограничений.

Изменилась, кажется, моя русская земля

Так же дома и могильники.

Смотрю вокруг, смотрю насквозь,

И тут, и там, и везде

Единственный, о ком я забочусь,

Ты, мой друг, и сестра тоже.

Ты единственный, кого Я,

Совершенствуя недостатки грешника,

Буду петь о дорогах, - боже мой! -

Расставание проступка.

1923

***

Не мучай меня холодностью и жесткостью

И не спрашивай, сколько мне лет и тд.

У меня серьезная болезнь падения

Моя душа как желтая кость.

Несколько лет назад я был не таким, как

, которым являюсь сейчас.Я мечтал и все такое,

Я представлял, что стану знаменитым

Очень богат и любим всеми.

Я чрезмерно богат. Я заявляю!

Вот моя шляпа, которой я никогда не пользуюсь.

Все, что у меня есть, это рубашка и пара

Изношенных когда-то элегантных туфель.

Я тоже знаменит. Они меня знают

От московской мрази до парижской.

И мое имя вызовет бурный отклик

, как проклятие и проклятие.

Что до любви, разве это не забавно?

Когда я целую тебя, твои губы как мертвые.

У меня есть любовь, которую я, кажется, теряю

А твоя еще не расцвела.

Временами угрюм - плевать,

Ибо еще не время грустить.

Молодая трава на холмах, как и ваши волосы,

Шорох, похожа на золотую подушечку.

Я хотел бы быть там, в этой необъятности

Чтобы я мог, под шелест травы,

Засыпать и тонуть во тьме

И мечтать, как я делал в прошлом.

Но вещи, о которых я сейчас мечтаю

Совсем новы для земли и травы

Ибо они не могут быть выражены и изложены,

И они не могут быть названы, увы!

1923

***

Домик с голубыми ставнями,

Я тебя никогда не забуду, ни за что!

Все эти годы, прошедшие с тенями

Казалось, совсем недавно и недалеко.

До сих пор мне снилось

Наши поля, леса и облака на высоте

Под серой хлопковой пеленой

Об этом бедном старом северном небе.

Хотя я не могу восхищаться, но

Я совершенно не хочу теряться.

Наверное, теперь и навсегда.

Мрачное тепло русской души.

Люблю серебряных журавлей

Пролетая не знаю куда,

Ибо не видели на этих равнинах

Как бы урожай зерна обильный.

Они видели цветение деревьев,

Хрупкие ивы, все кривые и голые,

Они слышали воровские свистки

Это вызвало такой ужасный страх.

Так что я не могу не заботиться о

Ты, моя земля, и это совершенно бессознательно.

Под чехлом из дешевого хлопкового савана

Обожаю тебя с глубочайшими эмоциями.

Так выглядят как недавние тени

Прошлые годы, они все еще парят сегодня ...

Маленький домик с голубыми ставнями,

Я никогда не забуду тебя, ни за что!

1924

Письмо матери

Ты еще жив, моя дорогая бабушка?

Я тоже жив.Привет! Привет!

Пусть всегда будет над тобой, дорогая,

Удивительный поток вечернего сияния.

Мне сказали, что скрываю свое беспокойство,

Очень беспокоюсь обо мне,

Вы выходите на обочину каждую ночь,

В своем потрепанном пальто.

В вечерней темноте, очень часто,

Вы представляете ту же самую старую сцену крови:

Что-то вроде драки в таверне какой-то хулиган

Вонзил мне в сердце финский нож.

А теперь успокойся, мама! И не скучать!

Это мучительная выдумка насквозь.

Я не такой уж плохой пьяница,

Как умереть, не увидев тебя.

Я как всегда твой нежный сын, дорогой,

И единственное, о чем я мечтаю сейчас

- это оставить здесь эту мрачную скуку

И вернуться в наш домик. И как!

Я вернусь весной без предупреждения

Когда цветет сад, белый как снег.

Пожалуйста, не будите меня рано утром,

Как вы это делали раньше, восемь лет назад.

Не тревожь мои мечты, которые теперь сбылись,

Не тревожь мою тщетную и тщетную борьбу

Потому что еще слишком рано, что я узнал

Тяжелые потери и усталость в жизни.

Пожалуйста, не учите меня молиться!

Нет пути назад к тому, что было.

Ты моя единственная радость, поддержка и хвала

И моя единственная вспышка светится.

Пожалуйста, забудь о своей боли и страхе,

Пожалуйста, не беспокойся обо мне много

Не выходи на обочину дороги, дорогая,

В своем потрепанном пальто.

1924

***

Теперь мое горе не будет проливаться звоном,

Счастливый смех ушедшего прошлого.

Липовый цвет увядает и тускнеет

И соловьиные рассветы миновали.

Все было тогда в новинку, а эмоции

Заполнили мое сердце до краев, так хорошо.

Тогда как теперь каждое слово, доброе и осторожное,

Вкус горького плода.

Знакомые просторы долин

Уже не такие красивые, как раньше.

Канавы, склоны, пни и всевозможные овраги

Всегда унывали мою землю.

Все жалко, ветхое и мрачное,

Серый пруд так бросается в глаза…

Но мне все близко и дорого,

Жалкое видение, которое заставляет меня плакать.

Там ветхий домик,

Я слышу блеяние овцы,

И конь, выставленный бродить

Так глубоко машет хвостом у пруда ..

Это Родина, наша Родина ,

И это нас в некотором роде грустит,

Здесь мы плачем вместе с душем,

В надежде на веселый день.

Таким образом, мое горе не может быть излито звонком.

Счастливый смех ушедшего прошлого.

Липовый цвет увядает и тускнеет,

И соловьиные рассветы миновали.

1924

Письмо женщине

Да, ты помнишь,

Ты наверняка помнишь

То, как я слушал

Стоял у стены

Когда ты ходил взад и вперед по комнате

Обличал меня

Горькими словами и всем остальным.

Вы сказали

Что настало время расстаться,

И что моя безрассудная жизнь,

Для вас была испытанием,

И пришло время начать новую жизнь

Пока мне было суждено

Спуск под гору.

Любовь моя!

Ты, без сомнения, не заботился обо мне.

Вы не знали того факта, что я

Был похож на загубленную лошадь среди толпы,

Пришпорил лихой всадник, мелькнув мимо.

Вы не знали

То, что я был весь в дыму,

И в моей жизни, полностью перевернутый,

Я был в беде, подавлен, сломлен,

Потому что я не видел, что как мы были связаны.

Лицом к лицу

Лицо не видно.

Мы должны отступить для лучшего наблюдения.

Когда океан кипит и воет

Судно в плачевном состоянии.

Мир - всего лишь корабль!

Но все сразу,

Кто-то в поисках лучшей жизни и славы,

Превратил его, грациозно, воспользовавшись своим шансом,

В центр бури и шторма.

Ну, а кто из нас

На борту могучей лодки

Никогда не дрался, не клевал и не падал?

Немногие из них не будут

Отчаяться, когда вот-вот утонут.

Я тоже,

До громкого крика,

Но хорошо зная, что я делал

Спустился в трюм, где я

Мог бы держаться подальше от мест извергания.

«Hold» был русским пабом

Где я

Пил, слушая громкую ссору,

Я пытался успокоить свои заботы

Просто утопился в спиртном.

Любовь моя!

Я тебя волновал, боже мой!

Твои усталые глаза выражали уныние,

Я не скрывал от тебя, что

Провел свою жизнь в ссоре.

Вы не знали

То, что я был весь в дыму,

И в моей жизни, полностью перевернувшись,

Я был в беде, подавлен, сломлен,

Потому что я не видел

Куда мы были связаны.

………………………………

Прошло много лет,

Я уже не так молод.

Я не чувствую того же, и у меня есть новые идеи,

И вот за праздничным столом скажу:

Да здравствует тот, кто за рулем!

Сегодня я,

Охваченный нежными чувствами так,

Вспомни свою тоску, и теперь я счастлив

Расскажу прямо, чтобы ты знал

О том, кем я был

И что случилось!

Любовь моя,

Рад сообщить, что

Я избежал плохого спуска, и

Сегодня я на советской земле

Верный сторонник и защитник.

Я не тот человек

, которым был раньше.

Я бы не стал тебя обидеть

Как я. Так глупо!

И я бы следил за лейбористами, чувствуя себя свободным,

На самом деле, до Ла-Манша.

Простите, пожалуйста,

Я знаю, что вы изменились.

Вы живете с умным,

Хороший муж;

Тебе не нужна вся эта суета и все эти залоги,

И я тебе тоже не нужен, такая опасность.

Живи, как ты

Веди свою счастливую звезду

Под шатром папоротника, если таковой имеется.

С наилучшими пожеланиями,

Ты всегда в моих мыслях, ты,

С уважением,

С е р ж е й Й е с е н и н.

1924

* * *

Притихла золотая березовая роща

Прекратилась веселая болтовня,

Журавли там летают, угрюмые,

Жалеть уже некому.

Кого им пожалеть? Каждый просто рысак.

Один приходит, уходит и снова уходит навсегда.

Луна и конина над водой

Вспомни всех погибших, исполненных боли.

Я стою на равнине в одиночестве,

Журавли, ветер уносит их,

Я вспоминаю свое летнее детство,

И я все равно не жалею о своем прошлом.

Я не жалею о днях, которые я выбросил,

Мне не жаль сирень моей души.

Пурпурная рябина, горящая в саду

Не может никого согреть и утешить.

Рябина сохранит окраску.

Трава, подверженная воздействию тепла, не утихнет,

Я роняю слова печали и досады

Как дерево тихо опускает листья.

И если когда-нибудь ветер времени намеревался

Сгребать их всех в бесполезный рулон…

Надо сказать: золотая роща закончилась

Ее прелестная болтовня в самый разгар осени.

1924

***

Теперь мое горе не будет проливаться звоном,

Счастливый смех ушедшего прошлого.

Липовый цвет увядает и тускнеет

И соловьиные рассветы миновали.

Все было тогда в новинку, а эмоции

Заполнили мое сердце до краев, так хорошо.

Тогда как теперь каждое слово, доброе и осторожное,

Вкус горького плода.

Знакомые просторы долин

Уже не такие красивые, как раньше.

Канавы, склоны, пни и всевозможные овраги

Всегда унывали мою землю.

Все жалко, ветхое и мрачное,

Серый пруд так бросается в глаза…

Но мне все близко и дорого,

Жалкое видение, которое заставляет меня плакать.

Там ветхий домик,

Я слышу блеяние овцы,

И конь, выставленный бродить

Так глубоко машет хвостом у пруда ..

Это Родина, наша Родина ,

И это нас в некотором роде грустит,

Здесь мы плачем вместе с душем,

В надежде на веселый день.

Таким образом, мое горе не может быть излито звонком.

Счастливый смех ушедшего прошлого.

Липовый цвет увядает и тускнеет,

И соловьиные рассветы миновали.

1924

***

Голубая ночь, и луна скользит.

Было время, был молод и красив.

Так безвозвратно и так настойчиво

Все прошло ... все прошло ... и далеко ...

Сердце мое холодно, а глаза мои тусклые...

Синий - мое счастье! Лунная ночь!

Октябрь 1925 г.

***

Метель плачет, как цыганская скрипка.

Милая девочка. Она злая, когда улыбается.

Ее глаза такие синие, разве они меня не пугают?

Мне нужно довольно много, и мне все равно.

Мы так похожи и так контрастируем

Вы молоды. Я стар. И вся моя жизнь заржавела.

Молодые счастливы, а я весь высох

Вспоминая прошлое, в этой ужасной метели.

Я не балуюсь. Буря - моя скрипка.

Мое сердце покрывается снегом, когда я вижу, как ты улыбаешься.

1925

* * *

Ой мой клен, замерзший, твердый и голый,

Почему ты стоишь там, гнувшись, в метель?

Вы видели видение? Вы слышали лепет?

Так же, как если бы вы прогуливались без дела.

Как подвыпивший смотритель, идущий по обочине,

Вы застряли в сугробе, пораженные обморожением.

Сам довольно часто теряю местонахождение,

Не могу найти дом после запоев.

Теперь вижу иву, теперь другие деревья и

Пой им песни про лето в метель.

Я бы подумал, что я что-то вроде клена,

Не голый клен, - зеленый, как в апреле.

И забыв добродетель, пьяный, как утонувшая мышь,

Я бы березку обнял, как чью-то супругу.

1925

***

Синий туман, простор засыпан снегом,

Прекрасно сияет луч луны.

Разве не приятно сидеть без дела,

Думать о былых временах ?!

Внизу у крыльца тает снег.

Прямо как сегодня ночью, при лунном свете, один,

Не туда надев фуражку,

Я убежал потихоньку из дома.

Теперь я вернулся на свою землю, о, дорогая,

Кто-то забыл меня? У других нет?

Я здесь, как человек в позоре

За домом у меня приусадебный участок.

Сжимаю меховую шапку, мрачный новичок,

Мне почему-то совсем не нравится этот соболь.

Теперь вспоминаю дедушку и бабушку,

Рыхлый снег на кладбище и все такое.

Все успокоились, потому что «мы все будем там»,

И бесполезно пытаться вернуть часы.

Вот почему я так сильно забочусь.

Так сильно я их люблю, мой деревенский народ.

Я чуть не заплакал. Я задумался.

И, заставляя улыбнуться, я стоял в тумане,

Неужели это был последний раз, когда я задавался вопросом

Что я видел этот дом, этот подъезд и эту собаку?

1925

***

Снежная равнина, а луна белая

Покрытая пеленой моя деревня.

Березы, одетые в белое, плачут, я вижу.

Интересно, кто мертв? Неужели это я?

1925

***

Сугроб, нагроможденный, стал хрупким и черствым,

Холодно - луна, сияющая с высоты.

Теперь я вернулся в свой дорогой старый дом,

И сквозь метель вижу свет.

Ну, мы бомжи, но не страдаем.

Я хвалю то, что у меня есть, без жалоб.

Вот я вернулся домой к ужину,

Рад снова увидеть мою старую мать.

Она смотрит, и я вижу, что у нее глаза в слезах,

Тихо плачет, как будто все в порядке.

Затем, когда она касается чашки, она появляется

Упрямая, собирается поскользнуться и соскользнуть.

Дорогая старушка, моя лучшая и самая нежная,

Отбрось печальное отражение из головы.

Послушайте меня, песню бури

Вместо этого я расскажу вам о своей жизни.

Многое я видел и много путешествовал,

Многое любил и страдал.

Я гулял, создавал неприятности и упивался,

И не видел никого более достойного, чем ты.

Сняв туфли и куртку,

Снова греясь у постели,

ожил и, как и в детстве,

желаю хорошей жизни, и надеюсь, не напрасно.

Тем временем метель задыхается и рыдает.

Кружится в снежных облаках в ночи.

И я представляю, листья опадают.

Те липы, которые растут снаружи.

1925

Я не забыл тебя, дорогая,

Блеск твоих волос и все такое.

Было не так просто и весело

Уйти от вас, насколько я помню.

Я не забыл осень,

Шелест берез, ночь;

И хотя дни были короче

Лунный свет был долгим и ярким.

Ты прошептал мне на ухо эти слова:

«Годы и мечты уйдут,

Ты пойдешь с другим, моя дорогая,

И оставь меня одного».

Тот лайм, стоящий там в цветке,

Снова напоминает мои эмоции

То, как я нежно осыпал бы вас

Эти прекрасные цветы на вас.

Моему сердцу будет тепло, грустно и грустно,

В любви, хорошо помню

Ты, друг, как вымысел

О любви к другой девушке.

1925

* * *

Жизнь коварна с чарующим пафосом

Вот почему она такая мощная, и

Составляет свои пагубные буквы

С возмутительной жесткой рукой.

Когда я закрываю глаза, я молчаливо заявляю:

Прикоснись к своему сердцу, и ты ясно увидишь,

Жизнь обманчива, но кое-где

Она приукрашивает обман обманом.

Теперь посмотри вверх и лицом к серебряному небу,

Прочти свою судьбу по луне и умоляй,

Просто успокойся, смертный человек, не ворон

Вечная истина тебе не нужна.

Что ж, приятно думать, что весной такая коронованная,

Что эта жизнь была праведным путем.

Пусть ваши легкие подруги передвигаются,

Пусть мальчики обманывают вас и предают.

Пусть девушки ласкают меня, я выдержу,

Пусть злые языки будут острыми и тонкими, -

Я давно живу всем обеспеченным,

Ко всему безжалостно привык.

Высочество холодеет мое сердце. Я обескуражен.

А звезды холодные, в отличие от прежних.

Те, кого я любил, разочарованы,

Те, кому я поклонялся, забыли меня.

Хотя здесь меня подвергают остракизму и порицанию,

Но я продолжаю улыбаться, совсем не в депрессии ..

Живу в этом мире, так близко и дорого,

Я благодарен своей жизни за всех.

Август 1925 г.

***

Не падай, моя маленькая звездочка, продолжай светить,

Продолжай сбрасывать холодные лучи света.

Нет живого сердца, живущего

Там, за могилой.

И из луча вы приносите нам лето

И засыпаете поля рожью и сеном

И волнующим тоскливым шумом

Журавлей, которые не улетели.

Поднимаю голову и слышу

За лесом за холмом

Милая песенка про ближнее

И родная родина, какой кайф!

Осень, превращаясь в золото, появляется

Чтобы выжать сок из деревьев и растений;

Листья слезы проливают задумчивые

Для любимых и любящих.

Знаю, знаю, время близко,

Ни по чьей вине, не обижаясь,

Я тоже буду отдыхать с миром прямо здесь

Под скорбным заборчиком.

Нежное пламя скоро погаснет,

Мое сердце превратится в пыль, к худшему,

Мои демоны, несомненно, положат камень.

Со словами веселья, стихами.

Но, чувствуя печаль и видя,

Я бы сказал так:

Родину любил как алкоголик

Обожает бар и буфет.

август 1925 г.

***

Здесь и вон там падают листья.

А ветер

протяжный и тихий.

Интересно, кто порадует мое сердце?

Кто его утешит, друг мой, ты знаешь?

Я смотрю на луну и пытаюсь

Не спать, не дремлет.

Опять реестры плачут

На рассвете осеннего дня.

Ранний рассвет, синий как всегда…

Блаженная радость летающих звезд…

Теперь я мог загадывать желания. А вот

Увы, не знаю, чего пожелать!

Чего тут желать, интересно,

Проклятие дома, мою судьбу и все такое?

Я хочу видеть там,

У моего окна красивую девушку.

Она должна мне понравиться,

как исключение,

Чтобы передать, что я нужен ей единственным,

И я хочу ее со словами любви,

Чтобы утешить мое сердце и мою душу.

Чтобы я, принимая свои уроки,

В эту чудесную лунную ночь

Не растаял и не упал в обморок от восторга

И с ликующей юностью

Мог бы быть доволен своей молодостью хорошо.

август 1925 г.

* * *

Цветы прощаются со мной

Они склоняют головы и низко кланяются

А это значит, что я никогда не увижу

Ее прекрасное лицо и мой родной город.

Ну вот так, любовь моя!

Я видел их всех в жилище,

Я принимаю этот смертельный трепет

За нежное чувство, еще жив.

Я узнал свою жизнь изо дня в день,

Я жил с улыбкой и

Таким образом, я неизменно говорю:

В нашем мире все повторяется.

Что ж, придет еще кто-нибудь,

Никакая скорбь не успокоит прошлое. Новый,

Возможно, споет лучшую песню

Для любимой брошенной женщины.

И, может быть, слушая песню,

Лаская любимого любовника,

Она, наверное, меня вспомнит

Как уникальный и заветный цветок.

Октябрь 1925 г.

* * *

Не заставляй улыбаться, девочка, напряженно, как ты,

Я люблю не тебя.

Я полагаю, ты это знаешь, и ты это хорошо знаешь, -

Я здесь не для того, чтобы увидеть тебя, а с другой девушкой.

Я проходил мимо, и, ну, мне было все равно,

Я видел тебя и хотел просто остановиться и посмотреть.

Октябрь 1925 г.

* * *

Снег крутится ярко и сильно

Мчатся трехконные сани.

Молодые в санях. О, парень!

Где мое счастье? Где моя радость?

Так все ускользнуло от бури, -

Бешено мчится в санях с тремя лошадьми.

Октябрь 1925 г.

***

Ах, какая ночь! Я не могу уснуть.

Небо залито луной. Ну я никогда!

Кажется, что в душе я храню

Молодость ушедшая навсегда.

Мой друг замороженных прошлых лет,

Не называй игру любовью и привязанностью,

Лучше бы лунные лучи

пролились на мое жилище.

И глядя сверху вниз

Пусть здесь изобразит мои черты, -

Ты не можешь разлюбить

Так же, как ты не мог не любить меня, дорогая.

Мы любим только раз, понимаешь,

Так ты мне чужд, как ни странно,

Как липа, нога в снегу,

Тщетно пытается нас привлечь.

Я знаю это, и вы тоже это знаете -

То, что мы видим в этот поздний час

Мороз и снег кажутся синими

И не великолепие цветка.

У нас была любовь, наше время и день

У каждого есть кем восхищаться,

И теперь нам все равно суждено

Играть в привязанность, любовь, желание.

Ну, ласкай меня, держи меня крепче,

Поцелуй меня с горячим притворным рвением,

И пусть мне приснится свет

Весны и любви, которая длится вечно.

30 ноября 1925 г.

***

Не смотри на меня так укоризненно

Ибо я не злюсь на тебя,

Но мне ужасно нравится твоя внешность

И твоя кажущаяся скромность тоже

Да, кажется, у тебя открытое сердце,

И я был бы рад увидеть

Как лисица притворяется ушедшей

Ловит ворон, как ты хочешь меня поймать.

Попытайся поймать меня, я не испугаюсь

Не сдерживайся пыл!

Многие девушки вашего вида преследовали

, спотыкаясь о моем сердце, которое ослабевает.

Я не тебя люблю, моя дорогая,

Ты всего лишь эхо, тень,

Я представляю себе другую девушку,

Ах, какая красивая голубоглазая горничная!

Хоть она и не такая скромная

И кажется довольно крутой,

Ее величественная походка

Разжег глубину моей души.

Она девушка, которую нельзя обмануть,

Несмотря на вашу волю, она соблазнит,

В то время как вы не сможете приспособиться

В моем сердце приукрашенной ложью.

Хоть я вас и презираю, но как обыватель

я робко и открыто скажу:

Если бы не было ада и рая

Они бы все равно что-нибудь придумали.

1 декабря 1925 г.

* * *

Ты не любишь меня и не чувствуешь сострадания.

Вам не кажется, что сейчас я выгляжу лучше всех?

Хотя вы смотрите в сторону, вы взволнованы страстью

Когда вы кладете руки мне на грудь.

Ты молод, такой чуткий и рьяный,

Я тебе не плохой и не очень хороший.

Скажите, а вы ласкали много нежных ребят?

Вы помните много рук и губ. Ты сделаешь.

Они ушли и не коснулись вас,

Ушли как тени, оставив вас в огне.

Ты сидел на коленях у многих,

Ты сейчас сидишь на моих, без стыда.

Хотя твои глаза закрыты, а ты скорее

Думая о ком-то, кому ты действительно доверяешь,

В конце концов, я тебя тоже не люблю,

Я потерялся в мыслях о своем дорогом прошлом.

Разве вы не называете это рвение предопределением?

Поспешный галстук бессмысленен и бесполезен, -

Как я установил это незапланированное соединение,

Я буду улыбаться, когда уйду от вас навсегда.

Ты пойдёшь своим собственным путем

Чтобы дни потрачены неразумно,

Не приближайся к незрелым,

Не соблазняй тех, которые никогда не сгорели.

Когда идешь с кем-то по переулку

Весело болтаешь о любви и обо всем этом

Может быть, выйду, робко прогуляюсь,

И снова случайно встречусь с тобой, бедняжка.

Расправленные плечи, восхищение и победа,

Наклонение вперед, воздушный поцелуй,

Вы произнесете тихо: Добрый вечер!

И я отвечу: Добрый вечер, мисс.

Ничто не потревожит мое сердце и дух,

Ничто не побеспокоит меня, причиняя боль, -

Тот, кто был влюблен, не вернет ее,

Тот, кто сгорел, больше не зажжется.

4 декабря 1925 г.

***

Может быть, уже слишком поздно или, может быть, рано,

Это не приходило мне в голову уже много лет,

Теперь я похож на Дон Жуана, правда,

Как настоящий легкомысленный человек стихов.

Что случилось? Что случилось на самом деле?

Каждый день у меня есть другая цыпочка.

И я теряю жалость к себе, волей-неволей,

И бросаю вызов неверности и уловкам.

Я всегда хранил свое сердце от простого,

Нежные чувства, и мне интересно, что

я ищу в ох, таких калеках

Женщины, такие легкомысленные и такие пустые.

Держи меня, сдерживай, презрительное чувство,

Ты всегда отмечал меня.

В душе холодно дымится

И шелест сирени, красно-сини.

В моем сердце лимонный закат,

Сквозь туман я слышу, как кто-то говорит:

За свою свободу тебе придется ответить,

Хорошо, Дон Хуан, прими вызов, а?

Принимая вызов в пределах разумного,

Я вижу то же самое, что и у меня:

Я должен принять бурю для сезона цветения

И принять острые ощущения за настоящую любовь.

Вот почему Так и случилось.

Каждый день у меня есть другая цыпочка,

Чтобы я всегда мог улыбаться, быть счастливым

И бросить вызов неверности и уловкам.

13 декабря 1925 г.

------------------------------------------ --------------------------------------

Сергей Есенин

Автобиография

(перевод с русский Алек Вагапов)

Я родился в селе Константиново Кузьминского района Рязанской области 21 октября 1895 года.

В возрасте двух лет меня отправили воспитываться в обеспеченную семью моего деда по материнской линии, у которого было трое взрослых неженатых сыновей, с которыми я провел почти все свои зеленые годы. Мои дяди были озорными и смелыми. Когда мне было три года, меня посадили на лошадь без седла и пустили галопом. Помню, я был напуган как сумасшедший и крепко держался за холку. Потом научили плавать. Один из моих дядей (дядя Саша) взял меня на лодку, поплыл у берега, раздел меня и бросил, как щенка, в воду.Я неловко работал руками, и пока я барахтался, размахивая руками, он все кричал: «Проклятый негодяй! Ты ни на что не годен! ». «Проклятый негодяй» - нежное домашнее имя, которое он использовал. Когда мне было восемь лет, другой дядя использовал меня как охотничью собаку, заставляя плавать за утками, которых он подстрелил. Я хорошо лазил по деревьям. Среди соседских мальчишек я был известен как коневод и большой боец, потому что на моем лице всегда были царапины. Моя бабушка была единственной, кто упрекал меня в том, что я такой непослушный, а дедушка иногда натравливал меня на кулачные бои и часто говорил бабушке: «Не трогай его, ты, глупая женщина, он так крепнет и крепнет. ! ».Бабушка искренне любила меня, и ее нежность была безграничной. По субботам меня мыли, подстригали ногти и обжимали волосы маслом, потому что мои вьющиеся волосы нельзя было причесать другим способом. Но масло мало помогло. Я бы кричала как сумасшедшая, и до сих пор чувствую некоторую неприязнь и отвращение к субботам.

Так прошло мое детство. Когда я немного подрос, из меня хотели сделать деревенского учителя, и меня отправили в приходское училище учителей с прицелом на поступление в Московский педагогический институт.К счастью, этого не произошло.

Я начал писать стихи в раннем возрасте, может быть, с девяти лет, но думаю, что сознательная творческая работа началась в 16-17 лет. Некоторые из моих стихотворений того периода можно найти в журнале «Радуница».

Когда мне было восемнадцать, я разослал свои стихи в разные журналы и был удивлен тем фактом, что они отказались их публиковать, поэтому я поехал в Санкт-Петербург. Меня там тепло встретили. Первым, кого я увидел, был Блок, вторым - Городецкий.Глядя на Блока, я весь вспотел, потому что впервые увидел живого поэта. Городецкий познакомил меня с Клюевым, человеком, о котором я никогда раньше не слышал. Мы с Клюевым, несмотря на кажущиеся разногласия и разногласия между нами, подружились.

Примерно в это время я поступил в Шанявский университет, где проучился полтора года, а затем вернулся в свою деревню.

В университете я познакомился с поэтами Семеновским, Наседкиным, Колколовым, Филипченко.

Из поэтов мне больше всего нравились Блок, Белый и Клюев. Белый дал мне много формы, Блок и Клюев научили меня лиризму.

В 1919 году мы с друзьями опубликовали манифест имажизма. Это была формальная школа, которую мы хотели создать. Но оно не имело основания и умерло само по себе, оставив правду за ограниченным образом.

Я бы с радостью отказался от многих моих религиозных стихов, но они важны как путь поэта к революции.

Когда мне было восемь лет, бабушка стала водить меня по разным монастырям, и благодаря ей у нас были самые разные бродяги и паломники. Они пели всевозможные религиозные песни. Дед был полной противоположностью. Он был пьяницей. Он всегда устраивал какие-то незамужние браки.

После того, как я покинул деревню, мне нужно было понять свой образ жизни.

Во время революции я был на стороне Октября, но принял его по-крестьянски.

В смысле формального развития я все больше тоскую по Пушкину.

Что касается остальных моих личных данных, то они есть в моих стихах.

Сергей Есенин

Октябрь 1925 г.

---------------------------------------- ----

РУССКИЕ ПОЭТЫ | Факты и подробности

РУССКАЯ ПОЭЗИЯ

Русская поэзия плохо переводится на английский.Это своеобразные ритмические узоры, связанные с многосложностью русских слов, которые являются длинными, но имеют только один ударный слог. Ричард Верник писал в Смитсоновском институте: «Богатая гармония и замысловатый ритм и паттерны строф имеют тенденцию к вырождению в джинглы или плоскостопую просодию».

Великий поэт России Александр Пушкин создал произведение, известное своей ясностью, грацией и силой, умением сочетать романтическую сентиментальность и глубоко пережитую трагедию. Большой поклонник Байрона, он писал очень легко, экономно и точно, используя огромное богатство звука, рифм и ритмов.Пушкин, как писал Селестин Болен в New York Times, «настолько доступен, настолько ясен и настолько человечен, что легко ускользает в память, как детская молитва». Но, к сожалению, произведения Пушкина тоже не очень хорошо переводятся на английский, поэтому его произведения не так широко читаются на Западе, и западным людям сложно понять, о чем идет речь. Прочитав плохо переведенное стихотворение Пушкина, Флобер сказал Тургеневу: «Плоский, ваш поэт».

XIX век был расцветом русской литературы.Романисты Лев Толстой, Федор Достоевский и Антон Чехов - три литературных деятеля, наиболее известные на Западе. Среди других известных писателей был поэт Михаил Лермонтов. Фигура близнеца сердец россиян - Пушкин.

В 1890-х годах русская поэзия была возрождена и полностью переработана новой группой символистов, самым ярким представителем которой был Александр Блок. Еще две группы, футуристы и акмеисты, добавили новые поэтические принципы в начале двадцатого века.Ведущей фигурой первого был Владимир Маяковский, а второй - Анна Ахматова.

В России к поэтам относятся как к рок-звездам. Действия кабаре основаны на их творчестве; Стадион имени Ленина на 100 000 мест был заполнен до отказа для чтения, девушки выстраивались в очередь возле гримерных к поэтам и мурлыкали: «Сегодня вы были такими замечательными - я не мог поверить, что вы такие замечательные». Есть даже Национальный день поэзии. Но и поэтов репрессировали. Поэт Константин Кедров потерял преподавательскую работу в 1986 году за чтение скандального стихотворения.В газетах и ​​радио он сказал National Geographic в 1990-х: «Сегодня я говорю свои слова сотне миллионов человек».

Михаил Лермонтов

Михаил Лермонтов (1814-41) считается великим поэтом русского национализма. Он также написал короткие романы, такие как Герой нашего времени , Демон и Новичок . Герой нашего времени - рассказ о циничном антигерое Печорине, действие которого происходит на Кавказе.

В 1840 году Лермонтов писал:
Дикие племена, обитающие в этих ущельях '
Свобода их бог, война их закон ...
Там бригадира ударить, никогда не болеет,
Дружба - это правда - отомстите нам еще честнее;
Там платят добро за добро и кровь
И ненависть, как любовь, безгранична, как поток.

Лермонтов был сыном шотландских наемников. Его дважды высылали из Санкт-Петербурга по обвинению в дуэли и заставляли участвовать в военной кампании на Кавказе.Он был убит на дуэли в кавказском курортном городе Пятигорске после того, как пошутил над одеждой майора Мартынова, сына французского посла. Лермонтов выстрелил первым и выстрелил в воздух. В ответ майор выстрелил Лермонтову в сердце. Лермонтов был убит из того же пистолета, что убил Пушкина.

Владимир Маяковский и футуристы

Владимир Маяковский (1893-1930) - талантливый и изобретательный поэт. Считающийся одним из отцов футуризма и конструктонизма, он писал стихи, которые были связаны интонацией и силой отдельных слов, а не размером и рифмой.Он написал лозунги и эпические поэмы и покончил жизнь самоубийством, когда его считали образцом социалистического позитивизма. Его самое известное стихотворение « Облако в штанах», написанное в 1914 году, содержало такие слова, как «как обнаженная проститутка из горящего публичного дома», а часы бьют двенадцать, «как голова о блок».

Маяковский прожил яркую жизнь. Младший из троих детей, он родился в небольшой деревне на западе Грузии и рано начал заниматься политикой, поставляя ружья революционерам, когда ему было 12.К 15 годам он был полноправным членом большевиков под псевдонимом товарищ Константин. К 22 годам он был признанным поэтом и знаменитостью. После Октябрьской революции он стал главным представителем большевиков и привлекал тысячи людей на свои выступления и чтения стихов. Маякоский был большим пропагандистом. Его поэзия была богата визуальными метафорами. Он описал советское общество, например, как «руку из миллиона пальцев, сжатую в одном запястье, которая сокрушает все».

У Маяковского было много любовников.Много лет он прожил со своим лучшим жареным Осипом Бриком и его женой Лилией Юрьевной Брик. Маяковский и Юрьевна Брик были любовниками с 1915 по 1923 год. Однажды она сказала, что хочет быть настоящей «непоправимой» любовью великого поэта и обращалась с ним как с грязью. Большой любовью Маяковского была Татьяна Якоблева, красивая русская эмигрантка, которую он встретил в Париже и мгновенно полюбил. Некоторые обвиняют его самоубийство в том, что он не смог получить визу для встречи с ней в Париже после прихода Сталина к власти в 1928 году.

Другие поэты-футуристы появились примерно в то же время, когда формировалась большевистская революция.Возглавляемые Маяковским и украинским художником и поэтом Давидом Бурлюком, они использовали сленг, шокирующую лексику и сексуальные образы, которые были нацелены на то, чтобы вывести людей из состояния самоуспокоенности. Члены группы путешествовали по России, срывая культурные мероприятия, надевая странные костюмы, высмеивая Толстого и Достоевского и выкрикивая бессмысленные стихи.

См. Футуристов под ст.

Обеспокоенные и гонимые петербургские поэты

Поэты и писатели, связанные со Св.В Петербурге есть Александр Блок, Сергей Есенин, Осип Мандельштам, Марина Цветаева, Иосиф Бродский и Анна Ахматова. Некоторые из них считаются футуристами. Трагическая жизнь петербургских поэтов зафиксирована в произведении Надежды Мандельштам «Надежда против надежды» .

Есенин покончил жизнь самоубийством в помещении, где сейчас находится гостиница «Астория». Он написал последнее стихотворение собственной кровью, прежде чем повеситься. Он родился в сельской России, писал стихи с жалобами об утрате и уходе из старого образа жизни.Некоторое время он был женат на Айседоре Дункан. См. ниже.

Александр Блок считается величайшим из русских символистов. Начав свою карьеру с сочных романтических стихов, он создал богатые стихи с точными формулировками, не поддающиеся переводу. Поклонницы Александра Блока были настолько без ума от него, что совершали паломничества в его дом и целовали ручку его двери.

Одаренный поэт Осип Мандальштам (1892-1938) умер в трудовом лагере под Владивостоком. Однажды он написал: «Сталину головы не отрубать / Они сами летают, как одуванчики."

Айседора Айседора и Сергей Есенин

В 1921 году, через четыре года после большевистской революции, известная парижская танцовщица американского происхождения Айседора Дункан была приглашена в Россию для открытия танцевальной школы. Взволнованная этой возможностью «встретить свою судьбу», она вскоре разочаровалась, когда финансовая поддержка, обещанная коммунистами, не материализовалась, и ей пришлось управлять школой в одиночку.

В России 45-летний танцор страстно полюбил Есенина.Хваля его руки и чувствительность, она назвала его величайшим любовником, который у нее когда-либо был. Несмотря на то, что ни один из них не мог говорить на языке другого, они были женаты, отчасти из-за того, что ему было легче получить визу для выезда из России.

Дункан и Есенин отправились в Соединенные Штаты, где Дункана встретили враждебно за то, что он привел с собой «большевистского агента». Во время впечатляюще неудачного тура, в котором она выступала в основном соло, потому что ее ученикам не разрешалось выезжать из России, она потратила почти столько же времени, отвечая на вопли и лекции о том, что она «революционер», а не «большевик», сколько она танцевала.

Есенин был занят в туре, напиваясь до буйства, гоняясь за другими женщинами, избивая свою жену и бегая обнаженным по коридорам гостиницы, ломая мебель. Своеобразное поведение Есесина и пьянство приводят к разрыву брака. В 1923 году Дункан вернулся в Париж и уехал в Россию. Два года спустя Дункан получил телеграмму о самоубийстве.

Арест Осипа Мандельштама

Описывая арест Осипа Мандельштама в мае 1934 года, в разгар сталинского Большого террора, его жена Надежда писала: «Вечером явился переводчик Давид Бродский и просто не уходил.Поесть в доме было нечем, и М. пошла к соседям за чем-нибудь на ужин Ахматовой ... Примерно в час ночи раздался резкий невыносимо явный стук в дверь. . «Они пришли за Осипом, - сказал я и пошел открывать дверь».

«Снаружи стояли какие-то люди в штатских пальто - их, казалось, было много. На долю секунды у меня появилась крошечная вспышка надежды, что это все еще не то ... Без слова или минутного колебания, но с непревзойденным мастерством и скоростью они прошли мимо меня (однако не толкались), и квартира внезапно заполнилась людьми, которые уже проверяли наши документы, удостоверяющие личность, проводя руками по нашим бедрам точным, хорошо отработанным движением и ощупывая наши карманы, чтобы убедитесь, что у нас нет спрятанного оружия.

"М. вышел из большой комнаты. 'Вы пришли за мной?' - спросил он.Один из агентов, невысокий мужчина, посмотрел на него с легкой улыбкой и сказал: «Ваши документы». М. достал их из карманов, и, проверив их, агент вручил ему ордер. М прочитал его и кивнул ... После проверки наших документов, предъявления их задержания и уверенности в отсутствии сопротивления, они начали обыск. квартира.

"Бродский рухнул на стул и сидел неподвижно...Наконец разрешили гулять ... Бродский вдруг очнулся, поднял руку, как школьник, и попросил разрешения сходить в туалет. агент, руководивший обыском, посмотрел на него с презрением: «Можешь идти домой», - сказал он… Тайная полиция презирала своих гражданских помощников. Бродскому, несомненно, приказали сесть с нами в тот вечер на случай, если мы попытаемся уничтожить какие-либо рукописи, когда услышим стук в дверь ».

Анна Ахматова

Анна Ахматова (1889-1966) была воплощением жизнерадостного и многострадального русского поэта.Высокая, смуглая и экзотически красивая, она пережила большевистскую революцию, сталинский террор и 900-дневную нацистскую блокаду Ленинграда. Ее ученик Иосиф Бродский описал ее как «страстную музу». О своей собственной жизни она сказала, что это «было написано Кафкой и действовало как Чаплин».

Ахматова основала движение акемистов и сочинила стихи о любви, которые пользовались особой популярностью у женщин. На протяжении большей части карьеры советские власти заставляли ее молчать. Ее подруга Надежда Мандельштам сказала: «Сила Ахматовой заключалась в ее отказе признать неправду того времени, в котором она жила.То, как она произнесла свое «нет», было настоящим подвигом в неприятии ».

Жизнь Анны Ахматовой

Дочь татарской матери и отца, ненавидящего поэзию, Ахматова не умела готовить и не умела шить и, хотя была красива, часто одевалась в рваную одежду. Она часто ела на ужин холодную вареную морковь и спала на полу только с одеялом. Когда гости приходили в гости, она подавала им «взятый напрокат» чайник, а вилок и ложек у них не было.

Решив остаться в России после большевистской революции, Ахматова пережила расстрел своего первого мужа, которого большевики в 1921 году обвинили в контрреволюционности; арест ее третьего мужа, который привел к себе любовницу, и его возможная смерть в сибирском лагере; многократные аресты и заключение ее единственного сына; голодание во время блокады Ленинграда во время Великой Отечественной войны; и официальное осуждение: сначала в 1920-х, а затем в 1940-х.

Ахматова имела непродолжительный роман с художником Модильяни и жила с сыном, любовником Николаем Пуниным и его бывшей женой. Между 1912 и 1915 годами она проводила суд в месте под названием Stray Dog Café, где собирались писатели и художники. Не меньше внимания она привлекала сексуальными черными платьями и стихами.

В кафе Stray Dog она написала:
Мы все здесь пьяницы и шлюхи,
Как мрачно наша компания.
На стене птицы и цветы
Желаем увидеть небо...

Ах, какая боль пронзает мое сердце
Скоро ли наступит мой смертный час?
Тот, кто танцует
непременно попадет в ад

Преследование Анны Ахматовой

При коммунистах Ахматова исключена из писательского союза. Ее дом прослушивали. Ей не разрешали получать письма от иностранных поклонников. За ней гнались на улицах. Ее наемными помощниками были информаторы. Но она не сдалась.

Ахматова была сослана в Ташкент. Ее сын Ли Гумилев и ее возлюбленный Николай Пунин были арестованы в ее доме. После ареста ее сына в 1935 году Ахматова провела 17 месяцев возле центральной Ленинградской тюрьмы, пытаясь выяснить, что с ним сталось.

Ахматова, описывая свои мысли в ожидании у ворот ГУЛАГа, в ожидании сына, писала:
... здесь, где я простоял триста часов
И там, где они никогда, никогда не открывали мне двери.
Чтобы я не забыл благословенную смерть
Скрежет Черных Марий,
Ужасно грохочущие ворота, старые
Женщина плачет, как раненый зверь.
И пусть тающий снег упадет слезами
От моих неподвижных бронзовых век,
И тюремные голуби ворковали надо мной
И корабли медленно плывут по Неве.

В сталинские времена Ахматова жила в основном одна в маленькой комнатке в Санкт-Петербурге. Чтобы ее стихи не были уничтожены, она читала их близким друзьям, которые запоминали, а затем сожгли рукописи. «Это было похоже на ритуал, - сказал один ее друг-поэт, - руки, спички и пепельница.Ритуал красивый и горький ». Когда Ахматова умерла в 1966 году, улицы Санкт-Петербурга заполнились множеством скорбящих, многие испытывали иронический восторг от того, что она пережила большинство своих мучителей.

Стихи Анны Ахматовой

Величайшее произведение Ахматовой, Реквием, - это цикл стихов о жизни в сталинском терроре. По сравнению с ее собственным опытом, это история о матери, которая пытается найти сына, которого отправили в лагерь в сталинские годы. Поэма без героя , над которым она работала последние 25 лет своей жизни, - загадочная автобиографическая поэма. Она также известна своими семью «Северными элегиями» (1921-64).

Знаменитые строчки из Requiem идут:
Я хотел бы называть вас всех по имени,
Но пропали списки ...
Я их помню всегда и везде,
И если закроют мой измученный рот,
Через который миллионы моих людей плачут,
Пусть вспомнят и меня...

О разрыве брака она написала:
Он любил в жизни три вещи;
Evensong, писал павлины
Старая карта Америки.
Он ненавидел, когда дети плакали,
Он ненавидел чай с малиновым вареньем
И женская истерика.
... А я была его женой.

О бессоннице Ахматова писала: «Обе стороны подушки / И уже жарко». О вечеринках она написала: «Это так весело, когда ты пьян / И твои истории не имеют смысла."

Иосиф Бродский: поэт-диссадент

Иосиф Бродский (1940-1986) получил Нобелевскую премию по литературе в 1987 году, когда ему было 50 лет. Он был известен как своей правозащитной деятельностью, так и своими стихами. Он сказал, что поэты получили статус святых в Советской России, потому что они помогли заполнить вакуум, созданный упадком религии и философии.

Бродский родился в Ленинграде (Санкт-Петербург) в 1940 году. Он бросил школу, когда был подростком.Его наставником была Анна Ахматова, считавшая его лучшим из молодых поэтов Советского Союза.

У Бродского начались проблемы с властями почти сразу после того, как он начал писать свои независимые стихи. Он не был членом союза писателей и не признавался правительством официально признанным поэтом. Поскольку он тратил свое время на сочинение и не выполнял другой работы, его обвинили в том, что он «социальный паразит», который отталкивает общество и не выполняет свою долю работы.

На суде 1964 года Бродский был признан виновным в «тунеядстве» и приговорен к пяти годам каторжных работ в отдаленной Архангельской области.Дело Бродского привлекло международное внимание, когда стенограмма судебного процесса была тайно доставлена ​​на Запад. судья спрашивает его: «А кто сказал, что ты поэт? Кто причислял тебя к числу поэтов?» Бродский ответил: «Никто. Кто зачислил меня в ряды человеческого рода».

Книга: Собрание стихотворений на английском языке Иосифа Бродского (Фаррар, Штраус и Жиру, 2000)

Бродский в ссылке

Протест интеллигенции в Соединенных Штатах и ​​Европе при поддержке Анны Ахматовой позволил Бродскому досрочно освободить из тюрьмы и разрешить эмигрировать.Он был изгнан из России советским правительством и больше никогда не видел своих родителей, хотя регулярно разговаривал с ними по телефону. Он когда-то писал. «Я благодарен своим матери и отцу не только за то, что они дали мне жизнь, но и за то, что они не смогли вырастить своего ребенка в качестве раба».

Бродский впервые уехал в Вену и быстро стал звездным поэтом. W.H. Оден поставил молодого русского поэта на первое место вместе с Робертом Лоуэллом на фестивале Poetry International в Лондоне. Бродский стал хорошим другом Шеймуса Хини, лауреата Нобелевской премии поэт из Северной Ирландии, Дерека Уолкотта и Чеслава Милоша.

Бродский несколько лет преподавал в Мичиганском университете. После этого он переехал в Нью-Йорк и стал ведущей фигурой в движении поэзии нового космополитизма, неутомимым защитником прав человека и критиком западного либерализма. Он отказался от Американской академии художеств и литературы, когда она приняла поэта Евгения Евтушенко, которого Бродский считал партийным хакером.

В 1991 году, через четыре года после получения Нобелевской премии, Бродский был назван поэтом-лауреатом США.Бродский годами боролся с болезнью сердца. Он умер в Нью-Йорке в возрасте 55 лет в январе 1996 года. Он женился и имел ребенка. После его смерти, как сказал телевизионный комментатор, «он был единственным русским поэтом, который при жизни пользовался правом называться« великим ». Бродский был похоронен в Венеции, о которой он однажды написал:« Я никогда не буду владеть этим городом, но Я не возражаю, потому что он владеет мной ".

Поэзия Бродского

Бродский как-то сказал, что пишет стихи, «чтобы подбодрить язык».«Он бросил вызов движению к свободному стиху и писал в очень строгой структуре. Он читал свои стихи со« странным пульсирующим вибрато ». Часть речи (1977) считается одним из его стихотворений. В его более поздних стихах не было смысла. интенсивность его ранних.

Описывая работу Бродского, Свен Биркертс написал в New York Times: «Они впечатляют нас почти тревожным одиночеством, объявляя человека почти совершенно одиноким во Вселенной - призраком Беккета, смотрящим на все вещи как будто посмертно.... Его стандартная процедура - за исключениями, конечно, - заключалась в том, чтобы бросить одинокого оратора в определенную местность, позволяя ему размышлять о своем окружении, а затем рассуждать в том или ином ключе о метафизике жизни ».

Книга Бродского «« В полутора комнатах »» - это очерк о его опыте проживания с семьей в небольшой коммунальной квартире в Санкт-Петербурге. Описывая решающий момент жизни, еще находясь в тюрьме, он писал: «Здесь, на холмах, под пустым небом, на дорогах, ведущих в лес, жизнь отступает от себя в состоянии замешательства."

Стихи Бродского

Из Lagoon (1973):
Гондола ударяется о свой
причалов. Звук
отменяет себя, слух и слова
утонули,
, как если бы эта нация была среди
лесов рук тиран
Государство Проголосовало
, его единственный кандидат,
и плевок становится ледяной на язык

Из Колыбельная Кейп-Код (1975):
Подо мной свернулся
серпантинов рек, расцвели дороги
с пылью, пожелтевшие камни
и везде что уменьшилось
мир
в формальном противостоянии, ближнем и дальнем,
выстроились, как отпечатки в книге, чтобы
закрыть,
армий отрепетировали свои игры в
сбалансированных рядов
и все города потемнели как икра.

Евгений Евтушенко и Бардовское движение

Знаменитый поэт Евгений Евтушенко (1933 г.р.) в 60-х, 70-х и 80-х годах считался «супер-поэтом». Ему поклонялись миллионы, его чтения заполнили футбольные стадионы. Его рост был настолько велик, что даже КГБ и Коммунистическая партия не могли его тронуть. Он сочинял «звонкие, вызывающие» стихи и славился своим талантом и обаянием. После распада Советского Союза его статус упал, и о нем почти забыли.

Одно из самых известных стихотворений Евтушенко « Бабий Яр » посвящено евреям, убитым нацистами на Украине, и молчанию Советского Союза по этому поводу. Он также написал Don't Die Before You Dead . Евтушенко нажился на своей славе, проводя поэтические чтения на Западе. Один из участников выступления в Бостоне сказал, что он выглядел «как преуспевающий капиталистический банкир».

Движение бардов было популярно в 1950-х и 60-х годах. Популярными поэтами-певцами, игравшими на гитаре часто исполнявшими сатирические стихи, были Александр Галич, Булат Окуджава, Владамир Высоцкий.Владимир Высоцкий был широко популярен в Советском Союзе, но ему было отказано в официальном признании из-за его иконоборческих текстов. *

Высоцкий был самым известным поэтом-певцом. Живя в Москве, он был героем андеграунда и имел огромное количество поклонников среди россиян из всех слоев общества. Его музыка в частном порядке распространялась на скопированных кассетах. Высоцкий любит петь об особенностях русской души. Многие из его песен были о выпивке, женщинах и драках. Он спился до смерти в 1980 году.Советское правительство разрешило десяткам тысяч человек присутствовать на его похоронах.

Среди других великих русских поэтов 20-го века - Марина Цветаева и Андрей Вознесенский (род. 1933), Геннадий Айги из российского региона Чувашия часто называют возможным лауреатом Нобелевской премии по литературе.

Источники изображений:

Источники текста: New York Times, Washington Post, Los Angeles Times, Times of London, Lonely Planet Guides, Библиотека Конгресса, США.Правительство США, Энциклопедия Комптона, The Guardian, National Geographic, журнал Smithsonian, The New Yorker, Time, Newsweek, Reuters, AP, AFP, Wall Street Journal, The Atlantic Monthly, The Economist, Foreign Policy, Wikipedia, BBC, CNN, и различные книги, веб-сайты и другие публикации.

Начало страницы

& копия 2008 Джеффри Хейс

Последнее обновление: май 2016 г.

Последние стихотворения Джима Харрисона - о любви и земле - аргументы, которые нам следует иметь ‹Literary Hub

В последний день сентября 2015 года я приготовил простую пасту помодоро для писателя Джима Харрисона в его доме недалеко от реки Йеллоустон в Райской долине Монтаны.Я нарезал помидоры, выращенные его женой Линдой, и я мог видеть маленький садик, когда тополи светились последними лучами летнего света. Она была тяжело больна, и пока мы с Харрисоном разговаривали, она позвонила из больницы и сказала, что ему лучше приехать утром, потому что она близилась к концу.

Я думал об этой ночи, когда читал новый посмертный сборник, Джим Харрисон: The Essential Poems (Медный каньон, май 2019 г.). В этот беспощадный литературный момент мы должны честно относиться к его жизни и творчеству, поскольку они неразрывны, чего нельзя сказать о других поэтах.Харрисон был человеком прожорливого аппетита к печали, к еде, к Петрусу 1982 года, к полному погружению (если не отшельничеству) в природу, к ногам молодой женщины, а не его жены, чтобы он мог обнять руками и заявить, что он нашел повод продолжать жить. Его звучные, нужные стихи еще более голодны и требуют еще большего доказательства того, что жизнь имеет значение. Эти стихи великолепно ползут после подлинной связи с бытием, совершая гигантские прыжки через подлесок в поисках утешения, цели и искупления.В своем сыром, оригинальном пристрастии он ловит из засад моменты невообразимой красоты, один за другим, строчку за строчкой. Харрисон копается в грязи и находит звезды.

В девятнадцать лет я начал вырождаться,
слабый запах смерти в моих жестах,
неверие, неуверенность, вопль…
Итак, девятнадцать лет прошло. Неважно.
Может потребоваться пятьдесят. Или никогда.
Сейчас барьеры растворяются, каменные ограды
разрушены. Я хочу, чтобы моя жизнь была
в форме облаков, водной формы, формы ветра,
вороньего крика, болотного ястреба, прыгающего по траве и кончикам сорняков.
Пусть мусорщик заберет то, что найдет.
Пусть хищник полюбит свою добычу.

- из «Возвращения на Землю» 1977 г.

«Расскажи мне о своей невесте», - сказал мне Харрисон в тот вечер 2015 года своим диким дрожащим рычанием. Только он, я и ветер. "Ты влюблен?"

Я был помолвлен летом и сказал ему, да, я был без ума от любви.

- Хорошо, - сказал он и налил еще вина из винной бутылки, которую легко допил. «Мы женаты 55 лет.Ты можешь в это поверить?" Когда он впервые увидел Линду, он сказал мне: «Она была подростком. На лошади." Он беспокоился, что, если Линда умрет, он потеряет волю к жизни. Он говорил об этом очень серьезно. Может быть, она была доказательством, в котором он нуждался каждый день, что его можно простить. Но в процессе разговора стало ясно, что он просто влюблен в свою жену. Он хотел подробностей о том, где мы с невестой познакомились, что мне в ней нравится, что объединяет двух людей. Он просто хотел знать, что лилейники в канаве продолжат цвести.Я проводил интервью, но наш огромный и неряшливый ужин превратился в двух парней, говорящих о настоящей вещи, называемой любовью, один в начале, а другой в конце.

Сложность этих стихов головокружительна, потому что они осуждают нас, даже если кажутся красивыми во рту.

Харрисон однажды сказал мне: «Кто-то должен оставаться снаружи», имея в виду как на открытом воздухе, так и за пределами академического сообщества. Он чувствовал, что написание программ превращает людей в переписчиков. Он преподавал один год в Стоуни-Брук после выхода его первой книги, Plain Song 1965 года, и никогда больше.Он думал, что люди должны работать, как он, кладя кирпичи. На короткое время он разбогател на своих романах, выглядел и вел себя как гегемон - зависал с Джеком Николсоном, набивал себя Марио Батали, - но он растратил много этого и провел большую часть своей карьеры на спине, разгребая живот промышленность и каноник своими длинными задними когтями, рвущими его кишки. Он стал вспыльчивым. Он нацарапал жизнь на земле, полностью зависящую от вас и меня, читателей.

Основные стихи , отобранные его давним и лучшим читателем Джозефом Беднариком, прекрасно демонстрируют, почему мы должны снова обратиться к Харрисону.Он жил и дышал американской конфронтацией с физической землей, женился на вселенной тел, пней и птиц, не пытался избавиться от своей гротескной мужественности и пристально смотрел своим единственным здоровым глазом (левый был ослеплен, когда ему было 7 лет). на неизбывный манящий палец смерти.

Эти стихи - аргументы и разговоры, которые Америка должна вести сама с собой прямо сейчас: что мы сделали с землей? Что значит быть человеком сейчас? Сложность этих стихов головокружительна, потому что они осуждают нас, даже если кажутся красивыми во рту.Харрисон написал голосом человека, который ушел со своей семейной фермы в холодных северных краях Мичигана, с его изобилием жизни, и осмелился задаться вопросом, для чего там жить. Осмелился еще больше заявить, что, может быть, звезд, успеха или семьи недостаточно. А потом продолжил жить.

Несколько влюбленных
проникают внутренним взором, но в основном это спокойное озеро
на рассвете, поднимающийся туман, одинокий голос
и пристальный взгляд в неподвижную непрозрачную воду.
Мы снова узнаем в детстве все, что нам суждено знать
, что вода холодная
и глубокая, а солнце проникает только до этого.

- из «Death Again», из Songs of Unreason, 2011

Харрисон писал вольные стихи, но теперь снова использовал форму, как в своей эффектной книге газелей, в арабском и прежде всего персидском стиле. Отсталый кальвинист, он преуспел при небольшой дисциплине:

Я скончался во сне от общего горя и семилетнего похмелья. Толстые ангелы завернули меня в традиционный лиловый.
Местная индийская девица, шестнадцати лет, сказала судье, чтобы она пошла на хуй,
получила тридцать дней, умерла в тюрьме от аппендицита.
Я вылепил весь гашиш, чтобы он выглядел как оленьи и кроличьи какашки
, и раскладывал их в лесу для отдыха, когда иду.

- из «LVI», из Outlyers & Ghazals , 1971

Любовь побуждает вас разделить тайное место на природе, которое вы обычно можете держать при себе, потому что его подлинность помогает вам остаться в живых.

Вы чувствуете огромные скачки, побуждение рассказчика продвинуть историю вперед, протолкнуть соединительную ткань тишины, чтобы перейти к следующему удивительному образу.Харрисон надолго задерживается в одном из своих самых трогательных произведений, « Письма Есенину» 1973 года, , «это дань уважения, часто напоминающее предсмертную записку о самоубийстве», как он это называет, месяц ежедневных посланий одному из самых популярных русских поэтов. XX век, Сергей Есенин, который якобы повесился в гостиничном номере в 1925 году. В нем Харрисон снова и снова спрашивает, должен ли он сам умереть, каково это в земле, как это было бы возможно, когда у вас есть маленькие дети. Наконец, в последних строках Постскриптума он добавляет:

Вы не умерли с достоинством животного.Сегодня ты заставляешь меня привязать себя к дереву, приклеить свои чувства к самой земле, чтобы я не мог уйти. Это не было горящим кустом или световым столбом, но я решил остаться.

В конце концов, смерть не может сравниться с жизнью. Не в мыслях Харрисона или, возможно, кого-либо, если честно. Природа вас опозорит. Смотреть в глаза ворона - все равно что оглядываться через туннель во времени к началу всего. «С тех пор, как умер мой брат, я получил привилегию разговаривать с местными скалами, деревьями, птицами, ручьем», - говорит он в стихотворении «Сложить все».«В какой-то момент нашего разговора о любви и моей будущей жене той ночью мы начали обсуждение Далвы , его романа о женщине-полусиу, которая возвращается на семейное ранчо в Небраске, чтобы найти сына, которого она бросил, который я считаю одним из величайших из великих американских романов. Он сказал мне, что проводил много времени в Sand Hills, исследуя эту книгу.

«Тебе стоит взять невесту на Песчаные холмы!» он внезапно кричит на меня, его воспаленные здоровые глаза внезапно сверкают радостью медового месяца.«Это одно из самых красивых мест в мире!»

Это Харрисон. Любовь побуждает вас разделить тайное место на природе, которое вы обычно можете держать при себе, потому что его подлинность помогает вам остаться в живых. Сколько людей скажут: «Отправляйтесь в медовый месяц в Песчаные холмы»? Не так много. Наверное, их стоит послушать.

Линда умерла через два дня после нашего обеда, и Харрисон был прав, теряя волю к жизни. Для всех женщин, которым он поклонялся издалека, и воронов на его письменной хижине, которые, как он чувствовал, имели такое же или большее значение, чем тонкие, как бумага, человеческие жизни, его сердце принадлежало ей, и через несколько месяцев оно остановилось.Он умер за своим столом, в середине.

Если кто-то спросит, почему им следует заботиться о каком-то старом пьяном еретике-нахлысте по имени Харрисон и его стихах о нашем месте в мире природы, возможно, почитайте им из «Теории и практики рек»:

Дни складываются против
того, что мы думаем о себе:
после месяца внутреннего плача
мне пришло в голову, что в такие времена, как этот
, мне не на что упасть на
, кроме солнца, луны и земли.
Я одеваюсь в камуфляж и ползаю
по болотам и лесам, видя
суку-койота пять раз, но никогда не видя
до того, как она увидит меня.Взгляд
любопытный, почти улыбка.

Подборка стихов Сергея Есенина Перевод Антона Яковлева - Да, Поэзия

* * *

Половодье слизало

Ил с дымом.

Луна упала

Ее желтые поводья.

Гребу на лодке,

Я натыкаюсь на банки.

Красные стога сена у перил

Похоже на церкви.

С жалобным карканьем

В тишине болот

Тетерев

Звонит на вечерню.

В синем мраке роща

Окутывает нищету…

Тайно буду молиться

За твое будущее.

<1910>

* * *

Я виноват в том, что я поэт

Тяжелых страданий и горькой участи?

В конце концов, это был не мой выбор -

Просто так я пришел в этот мир.

Я виноват в том, что не дорожу жизнью,

Что люблю и одновременно ненавижу всех,

И знаю о себе то, чего еще не вижу -

Это мой подарок от музы.

Я знаю, что счастья в жизни нет,

Жизнь - это безумие, мечта больной души,

И я знаю, что мои мрачные мелодии всем надоели,

Но я не виноват - вот такой поэт Я.

<1911—1912>


Береза ​​

Береза ​​белая

Под моим окном

В снегу

Как будто в серебре.

Как снежные бордюры

На пушистых ветках,

Белые бахромки кисточек

Расцвели.

И береза ​​стоит

В вялой тишине

И снежинки горят

В золотом огне.

И рассвет, лениво

Гуляя,

Осыпает ветки

Новым серебром.

<1913>

* * *

Господь пришел испытать любовь человечества,

В образе нищего вышел в поле.

Старик сидел на пне в дубовой роще

Беззубым ртом жевал сухую лепешку.

Старик увидел нищего, идущего

По тропинке с железной тростью

И подумал: «Бедный, больной парень…

Бьюсь об заклад, это голод заставляет его качаться».

Господь подошел к нему, скрывая его печаль и боль,

Думая, что он не может разбудить чье-то сердце ...

И старик протянул руку,

«Вот, пожуй это... ты почувствуешь себя немного сильнее ".

<1914>

* * *

В крапиве желтой

И засохшей плети

Деревенские избы, как сироты,

К ивам цеплялись.

В полях, за синей чащей оврага,

Среди зеленых озер,

Песчаная дорога тянется до

Горы Сибири.

Заблудился где-то в Мордве и Чуде,

Россия не знает страха,

И люди, люди в кандалах

Иди по этой дороге.

Все они убийцы или воры,

По воле судьбы.

Я влюбился в их грустные глаза

И их впалые щеки.

В убийцах столько зла и радости.

Их сердца просты.

Но их синие рты ухмыляются

На их почерневших лицах.

Втайне я лелею одну мечту:

Что я чист сердцем.

Но я тоже зарежу кого-нибудь до смерти

Одна свистящая осень.

И на ветреной дороге,

Может быть, на том же песке,

Меня поведут, веревка на шее,

Влюбиться в тоску.

И когда я улыбаюсь, мимоходом,

Протягиваю грудь,

Непогода лизнет дорогу моей жизни

Своим языком.

<1915>

* * *

Я устал жить на родной земле,

Тоска по просторным гречишным полям.

Я покину свою лачугу

Чтобы быть бродягой и вором.

Я пойду по белоснежным кудряшкам дня

Искать какое-нибудь убогое ночлег.

И, увидев меня, мой лучший друг

Заточит свой сапожный нож.

Желтая дорога переплетена

Весной и луговым солнцем

И та, чьим именем я дорожу,

Преследует меня от своего порога.

Снова вернусь в дом, где родился,

Утешайся чужой радостью,

И каким-то зеленым вечером повесись

На рукаве под окном.

Седые ивы у плетеной ограды

Чуть нежнее склонят головы.

Меня, немытого, похоронят,

Под лай собак.

И луна будет плыть все дальше и дальше,

Бросая весла в озера ...

И Россия будет жить дальше,

Плясать и рыдать у забора.

<1916>

* * *

Купание в голубой пыли,

Луна бьет своим рогом в облако.

Этой ночью никто не угадает

Почему кричали цапли.

Этой ночью она побежала через камыш

К зеленой заводи.

Ее белая рука скользнула по взлохмаченным волосам

поверх туники.

Подбежала, глянула на резвую пружину

И села на культю от боли.

В ее глазах увяли ромашки

Как гаснет болотный свет.

На рассвете, сквозь клубящийся туман,

Она уплыла и исчезла вдали...

И луна, плывущая в голубой пыли,

Кивнула ей из-за холма.

<1916>
* * *

Твой задумчивый вздох зовет меня

В теплый свет, на мой родной порог

Где на крыльце сидят бабушка и дедушка5

В ожидании своего энергичного внука в возрасте подсолнечника.

Их внук стройный и белый, как береза,

С медовыми волосами и бархатными руками.

Кроме, о мой друг, я вижу его голубыми глазами -

Они только мечтают о его мирской жизни.

Светлая Богородица в углу иконы

Излучает радость во тьму их.

С тихой улыбкой на тонких губах

Она держит внука на руках.

<1917>

* * *

Вот оно, счастье глупое

С белыми окнами, которые выходят в сад.

Закат тихонько плывет

В пруду красный лебедь.

Здравствуй, золотая тишина

С твоей тенью от березы в воде.

Стая ворон на крыше

Вечерня для звезды.

Где-то за садом робко,

Там, где цветет калина,

Нежная девочка в белом

Поет нежную песню.

В голубоватом тумане ночная прохлада

Сметает с поля.

Глупое сладкое счастье.

Свежий румянец щек.

<1918>

* * *

Страна, моя страна!

Жестяная банка для осенних дождей.

Дрожащий уличный фонарь отражает

Его безгубую голову в черной луже.

Нет, лучше не смотреть,

А то увижу что-нибудь похуже.

Я буду щурить глаза

На всю эту ржавую дымку.

Так теплее и менее болезненно.

Смотрите: между остовами домов

Колокольня, как мельник, несет

Медные мешки колоколов.

Если вы голодны, вас накормят.

Если ты несчастен, ты найдешь радость.

Только не смотри на меня слишком открыто,

Мой неизвестный земной брат.

Как я думал, так и сделал. Но увы!

Каждый раз одно и то же!

Похоже, мое тело слишком привыкло к

Ощущение этого дрожащего холода.

Ну и что! Есть много других,

Я не единственный живой в мире!

Что касается уличного фонаря, в один момент он мигает,

В следующий момент он смеется безгубой головой.

Только мое сердце, под потрепанной одеждой,

Шепчет мне, побывавшему на твердой земле:

«Мой друг, мой друг, глаза, которые видели

, могут быть закрыты только смертью».

<1921>

* * *

Не мучай меня своим ледяным поведением

И не спрашивай, сколько мне лет.

У меня сильная болезнь падения;

Моя душа - желтый скелет.

Было время, когда родом с окраин,

В дыму моих мальчишеских мечтаний

Я представлял себе богатство и славу,

И быть любимым всеми.

Да! Я богат, я богат неописуемо.

У меня был цилиндр; теперь нет.

Все, что у меня осталось, это одна рубашка спереди

И изношенная пара модных туфель.

И моя слава ничуть не хуже:

От Москвы до Парижа

Мое имя внушает ужас

Как громкое ругательство на заборе.

Насчет любви - разве не смешно?

Ты меня целуешь, но губы на ощупь жестяные.

Я знаю, у меня ощущение перезревания

А твое не сможет расцвести.

Да ладно, я слишком молод, чтобы размышлять,

А если мне грустно - что из этого?

Свежая трава, покрывающая холмы

Шорох золота больше, чем твои косы.

Я хотел бы вернуться в то место

Где, слушая шелест золотой травы,

Я мог навсегда кануть в небытие

В дыму моих мальчишеских мечтаний.

Но на этот раз мне приснится что-то новое,

Что-то, чего земля или трава не могут понять,

То, что сердце не может выразить словами

И ни одно человеческое существо не может назвать.

<1923>

* * *

Голубой май.Вечернее тепло.

Звонок у ворот беззвучен.

От полыни веет липким запахом.

Вишневое дерево спит в белом платье.

Сквозь деревянные створки окна,

Причудливая луна плетется

Ажурные узоры тонких штор

И оконные рамы на пол.

Наша гостиная может быть маленькой,

Но она чистая. Я здесь на досуге...

Этой ночью я наслаждаюсь жизнью

Как приятная мысль друга.

Сад пылает, как пенистый огонь,

И луна, напрягая все свои силы,

Хотел бы, чтобы все задрожали

От пронзительного слова «милый».

В этом цветении, в этой плавности,

Слушая веселую майскую губную гармошку

Я единственный, кто ничего не желает,

Кто все принимает как есть.

Принимаю - приходи и появляйся,

Все, что приносит боль и облегчение ...

Мир тебе, жизнь, прокатившаяся мимо.

Мир тебе, голубой холод.

<1925>

Поэзия Сергея Есенина, Советская Россия


Ураган прошел. Немногие из них выжили.
На перекличке дружбы многие отсутствуют.
Я снова вернулся в пустынную землю,
Где я не был восемь лет.

Кому мне позвонить? С кем я могу поделиться
Меланхолическая радость, что я остался жив?
Здесь есть даже мельница - деревянная птица
Одно крыло - стоит, закрыв глаза.

Я здесь никому не известен,
А те, кто мог вспомнить, забыли меня много лет назад
И там, где когда-то был дом моего отца,
Теперь там пепел и слой дорожной пыли.

И жизнь бурлит,
Проходит бойко
Молодые и старые лица одинаковы.
Но никто не кивает мне шляпой,
Ни в чьих глазах я не могу найти убежище.

И в голове возникают мысли о желании:
Какая наша Родина?
Это сны?
Для большинства людей я здесь усталый странник.
Бог знает, из какой далекой страны я приехал.

И это я.
Я горожанин этого села,
Который прославится только потому, что
Здесь когда-то женщина родила
Скандального русского поэта.

Но голос разума говорит сердцу:
Будь разумным! Почему ты обижаешься?
Для него только свежий свет
У домов горит другое поколение.

Вы уже немного расцвели,
Другая молодежь поет разные песни.
Наверное, они получатся интереснее, -
Не только деревня, а вся наша земля будет их матерью ».

Ах, Родина! Каким странным человеком я стал.
На впалых щеках клоунские румяна краснея
Язык моих сограждан стал мне незнаком,
Я как чужой в своей стране

Вот вижу:
Воскресные сельчане собрались
В районе, как в церковь.
Они оспаривают свое призвание.
В узловатых, немытых разговорах.

Уже вечер. Жидким золотом
Заря осветила серые поля.
И босые, как коровы у ворот,
Тополи в канавы засунули.

Хромый, красноармеец с заспанным лицом,
Лоб хмурый от воспоминаний,
Главное, о Буденном.
О том, как красные солдаты защищали Брокопа.

«И мы его поразили - такого-то, -
Этот буржуй... тот ... в Крыму ... »
И клены, уши их морщинистые от длинных веток,
Женщины стонут в онемевшей тьме.

Вон мужик-комсомолец спускается с горы,
И поют революционные песни Бедного Демьяна,
Ревностно играет на губной гармошке,
Наполняет воздух веселым смехом.

Что за страна!
Так что, черт возьми,
Не кричал ли я в своих стихах «Я дружелюбен к народу?»
Мои стихи здесь больше не нужны,
И, наверное, я сам больше не нужен.

Ну что ж!
Прошу прощения, родная Родина.
То, что я для тебя сделал - горжусь.
Не надо меня сейчас прославлять -
Меня уже прославили, когда моя земля была больна.

admin

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *