Оживают разбор слова по составу: Страница не найдена 404

Содержание

Диктанты по русскому языку в 3 классе

Контрольные диктанты по русскому языку 3 кл.

по программе «Школа России» по учебнику Канакиной В.П.

Контрольный диктант №1. 3 кл.

Прощание с осенью.

    В октябре стоит сырая погода. Весь месяц идут дожди. Дует сильный ветер. Шумят в саду деревья.

    Ночью перестал дождь. Выпал первый снег. Всё вокруг стало нарядным. Две вороны сели на берёзу. Посыпался пушистый снежок. Дорога подмерзла. Хрустят листья и трава у дома.

( 49 слов)

Грамматические задания.

1.В первом предложении подчеркнуть подлежащее и сказуемое.

2.Указать над каждым словом части речи.

3.Выписать словосочетания с вопросами.


Контрольный диктант №2. 3 кл.

Первая встреча.


Был тёплый день. Мальчик выбежал на крыльцо. В ведре с водой играл лучик солнышка.

Брызги холодной воды летели в разные стороны. Это мальчик Витя умывался.

На руку мальчика села божья коровка. Она ловко и быстро
двигалась. На круглой спинке были два крепких крылышка. Мелькнула тёмная голова. Букашка скрылась в кустах. Малыш был очень удивлен.


(57 слов)

Грамматические задания.

1. Разберите второе предложение по членам.
2. Укажите части речи в восьмом предложении.

3. Выпишите из диктанта: 1слово с безударной гласной в корне,

подчеркните её, поставьте ударение, напишите проверочное слово.

1 слово с парной звонкой или глухой согласной, подчеркните её, напишите проверочное слово.

Контрольный диктант №3. 3 кл.

Ноябрь.

Наступили первые морозные деньки. Падают с неба белые звёздочки. Снежный коврик укрывает поля и леса. На деревьях блестят пушистые снежинки. С берёз и осин листва давно опала. На дубах желтеют сухие листья. Тишина в лесу.

Вдруг донеслась весёлая песня. Я оглянулся. На берегу реки сидела птичка. Я шагнул к ней. Птичка кинулась в воду и пропала. Это оляпка или водяной воробей.

(64 слова)

Грамматические задания.

  1. Пятое предложение разобрать по членам.

  2. Выписать из диктанта однокоренные слова к слову снег, разобрать их по составу.

Снег, …

Контрольный диктант №4. 3 кл.

Верные следы.

Шли ребята через лес прямой дорогой.

Тропинки замело снегом.

Побежали дети по звериным следам и заблудились.

Испугались ребята. Стали они кричать. Молчит зимний лес.

Вдруг Никита увидал знакомые следы.

Тут пробегала собака.

Собака всегда приведёт к жилью.

Так учил мальчика дедушка.

Дети направились по следам и вышли на лесную тропку.

(51 слово)

Слова для справок: приведут, знакомые.

Грамматические задания.

  1. Найти предложение, в котором есть только главные члены. Подчеркнуть их.

  2. Выписать из текста 2 слова с безударной гласной в корне; приписать к ним проверочные слова.

  3. Выписать из текста 2 слова с парной согласной, приписать проверочные слова.

Контрольный диктант №5. 3 кл.

Синички.

Стоит чудесный зимний денёк. Под моё окошко летят прелестные птички. Смотрю на синиц. Вот они сидят на ветвях кудрявой берёзы. На голове чёрная шапочка. Спина, крылья и хвостик жёлтые. На короткую шейку птичка словно галстучек повязала. Грудка яркая, жёлтая. Будто жилет синица надела. Хороша птица!

Клювик у птички тоненький. Едят синички вкусное сало. Радостно им. (56 слов)

Слова для справок: будто, словно.

Грамматические задания.

  1. Разобрать по составу слова: зимний, грудка.

  2. Разобрать по членам предпоследнее предложение.

  3. Выписать 1слово с непроизносимой согласной и 1 слово с безударной гласной, подобрать проверочные, подчеркнуть указанные орфограммы.

Контрольный диктант №6. 3 кл.

Подарки.

У Тани был день рождения. В этот праздничный день она получила много подарков. Мама подарила Тане красивое платье. Бабушка связала внучке чудесный шарф и тёплую шапку. От сестры Таня получила кофту и платок. Папа купил дочке интересную книгу. Таня читала книгу весь день. Там были интересные сказки о животных. Потом Таня делала рисунки к сказкам.

(62 слова)

Грамматические задания.

  1. Выписать третье предложение. Разобрать его по составу.

  2. В 4-ом предложении определить род существительных.

  3. Разобрать слова по составу: интересные, подарки.

Контрольный диктант №7. 3 кл.

Летом.

        Мой товарищ Витя гостил летом у брата. Село Юрьево стоит на берегу реки. Заиграет утром луч солнца, а друзья уже у речки. А вот и первая рыбка – ёрш. Ловили мальчики и крупную рыбу. Попадался окунь, лещ, сом.

        Ребята часто ходили в лес за грибами. Однажды они зашли в лесную глушь. Тишина. Только в овражке журчал маленький ключик. Много грибов набрали мальчики в лесной чаще.

(65 слов)

Грамматические задания.

  1. Выписать предпоследнее предложение 1 абзаца. Разобрать его по членам.

  2. Разобрать по составу слова: маленький, ключик.

  3. Выписать из диктанта по 1 существительному каждого рода, обозначить род. Выписать по 1 сущ. в единственном и множественном числе, обозначить число.

Контрольный диктант №8. 3 кл.

Цветочные часы.

По цветам можно узнать время. Раннее летнее утро. К шести часам открыл синий глазок колокольчик. Подняли золотые головки одуванчики. Краснеют нежные цветочки полевой гвоздики. Следом расправляет широкие лепестки шиповник. Вспыхнул яркий огонёк мака. К восьми часам распустились жёлтая кувшинка, белая лилия.

Спадает летняя жара. Оживают другие цветы. Распустились душистый табак и луговая дрёма.

Посади на клумбах цветочные часы. Они покажут точное время.

(64 слова)

Слова для справок: лепестки, подняли.

Грамматические задания.

  1. Выписать три словосочетания прилагательных с существительными женского, мужского и среднего рода. Обозначить род.

  2. Сделать фонетический разбор слова жёлтая.

Контрольный итоговый диктант №9. 3 кл.

Лето.

Коротка летняя ночь. Заиграл первый луч солнца. Подул ветерок. Зашелестели листики. Всюду проснулась жизнь. На зелёный лужок прилетели пчёлы. Жужжат, торопятся к цветам мохнатые шмели.

К лесной опушке слетаются птицы. Звенят в воздухе их радостные песенки. Прибегают на полянку лесные зверьки. Слышны разные звуки, шорохи, голоса. Вот белочка в рыжей шубке сделала лёгкий прыжок и оказалась на вершинке сосенки. Ёжик пробежал в своё жилище. Хлопочут усердные муравьи.    

(68 слов)

Слова для справок: торопятся, опушка, звенят, шорохи.

Грамматические задания.

1 вар.

  1. Списать первое предложение 2-го абзаца. Разобрать его по членам, выписать словосочетания.

  2. Определить падеж существительных в предложении, подчеркнуть волнистой линией прилагательные.

Вот белочка в рыжей шубке сделала лёгкий прыжок и оказалась на вершинке сосенки.

3. Разобрать слова по составу. Летняя, ветерок, пробежал.

2 вар.

  1. Списать третье предложение 2-го абзаца. Разобрать его по членам, выписать словосочетания.

  2. Определить падеж существительных в предложении, подчеркнуть волнистой линией прилагательные.

Вот белочка в рыжей шубке сделала лёгкий прыжок и оказалась на вершинке сосенки.

  1. Разобрать слова по составу. Лёгкий, листики, прилетели.

Власть слова 📕 | Экзаменационные сочинения по ЕГЭ

Слово есть двигатель мысли, лишь оно одно обращает текущее чувство в мысль. А. Платонов Власть слова!

Сила слова! Эти уже устоявшиеся и часто встречающиеся словосочетания известны всем. Но если разобраться, так ли властно и сильно слово?! В русском языке существует множество пословиц и поговорок о силе слова: Пчела жалит жалом, а человек — словом;

Слово не воробей, выпустишь — не поймаешь; Одно слово кость ломит, другое — сращивает. Но наряду с ними есть пословицы опровергающее силу и власть слова:

Не по словам судят, а по делам;

Слово как подорожник: оно никуда не может пойти само, но его всюду приносят люди. Никто не знает тайны происхождения человеческого языка. Существует множество версий об этом: одни доказывают, что язык — бесценный дар Бога; другие уверяют, что способность к речи пришла к человеку сама по себе; третьи утверждают, что язык появился в результате длительного многовекового превращения животных в человека. И только в одном единодушны ученые: язык делает человека человеком и присущ язык именно человеческому обществу, научиться человеческому языку вне общества невозможно!

Слово, по определению М. Горького, является

«первоэлементом» литературы, а сам язык — материалом словесного искусства. Известный лингвист А. П. Журавлев писал о том, что художественная литература — высшая форма организации языка, когда все важно: и глубина значения слова, и ритм, и полная смысла музыка звуков. Практически нет таких слов и языковых форм, которые не могли бы стать материалом для художественного образа.

Все дело, по словам А. С. Пушкина, «в чувстве соразмерности и сообразности». «Мертвых слов нет — все они оживают в известных сочетаниях», — писал А. Н. Толстой. Язык выдающегося художественного произведения сам оказывается произведением искусства! Конечно, словом нельзя достичь такой точности и непосредственности изображения, как, например, в произведениях живописи, но слову доступно все, что доступно человеческой мысли.

А человеческой мысли доступно все! И поэтому литература с помощью слова охватывает все стороны жизни и является послушной машиной времени, которая постоянно обогащает наши представления о мире, в котором мы живем. Слово — великий двигатель человеческого прогресса. Слово хранит весь опыт, накопленный человечеством за миллионы лет.

Наше слово — наш язык — нужно беречь, охранять, развивать и изучать, пользуясь всем тем, что нам оставили предыдущие поколения и, привнося свое, новое, заботиться о его красоте и чистоте.

.

О жизни слов

академик Андрей Анатольевич Зализняк

Лекция прочитана 12 февраля 2016 года в школе «Муми-тролль».

Благодарим Андрея Анатольевича Зализняка и школу «Муми-тролль»
за предоставленную расшифровку лекции.

А.А. Зализняк: Я сегодня собираюсь вам рассказать о том, что названо «О жизни слов». Это, конечно, довольно общее название; под этим названием можно рассказывать о разном. Но я в основном хочу проиллюстрировать одну мысль — с разными примерами, с разной стороны: то, что наши слова, как и вообще наш язык, представляет собой наследство наших ближних родственников и более дальних по времени: дедов, прадедов и прапрапрапрадедов… И оказывается, что мы чрезвычайно связаны в том, как мы говорим, с тем, что происходило на протяжении огромных тысячелетий. Совершенно наивно считать, что мы хозяева своего языка и можем им распоряжаться, так как в данный момент мы являемся его носителями. В действительности мы

тысячами цепочек связаны с тем, что происходило в прежние времена с нашими ближними, средними, далекими и сверхдалекими предками. Думаю, что вы увидите на разных примерах, как обнаруживается такого рода связь, про которую мы обычно не думаем и, чаще всего, даже не подозреваем.

Язык обладает двумя фундаментальными свойствами, которые на первый взгляд противоположны друг другу, а на самом деле — вполне совместимы. Это устойчивость и изменчивость. При этом, конечно, для языка основную роль играет устойчивость — то есть равенство языка, которым пользуемся мы, и языка предыдущего поколения и многих предыдущих поколений. Если примерно сравнить, очень приблизительно, слова, которые, как нам кажется, возникли на наших глазах вокруг нас сегодня или вчера, со всем фондом слов, которым мы пользуемся, то оказывается, что первые — это капля в море. Хотя вам кажется, что очень много используется словечек, особенно в школьном и прочих жаргонах, которые вы сами же выдумали или недавно услышали, которые модны, которых взрослые не знают и так далее. Может показаться, что вот они-то и являются вашим живым языком и вы тем самым придумали что-то новое. Это иллюзия. Это ничтожная верхняя корочка на огромном механизме языка, а всё остальное — это унаследованное вами от предыдущих поколений.

Но корочка эта действительно существует, и маленькие изменения в языке всегда происходят. Они обычно имеют такой незаметный характер, что, реально живя в этом языке, человек их вообще не замечает. И очень удивляется, если ему сказать, что этот же самый язык, допустим, 500 лет назад был такой, что его трудно понимать. Как же так? Ведь язык представляет собой нечто устойчивое. На самом деле нет: эти маленькие изменения действительно происходят. На протяжении жизни одного поколения они незаметны, но постепенно они потихонечку складываются, и в результате по прошествии энного числа веков может оказаться, что фактически мы имеем дело уже с другим языком. Например, начиная с какого-то момента уже не стоит говорить о латыни: то, что существует на ее месте в какой-то части бывшего римского мира, — это уже, скажем, французский язык. То же самое можно сказать про любой другой язык.

Вот такая диалектика, если угодно, такая двойственность. С одной стороны, на фоне фундаментальной устойчивости языка, равенства языка текущего поколения языку предыдущих имеются маленькие отличия. Они имеются и в грамматике, и в словах. Как раз в словах они несколько более заметны — вы наверняка из собственного опыта знаете, что какие-то из ваших словечек, которые вы употребляете между собой, ваши родители не понимают и спрашивают, что это такое. Показывая тем самым свою устарелость.

Заметьте, что о большинстве таких словечек, которыми вы пользуетесь, уже лет через десять совершенно не будет памяти. Возможно, лишь какое-нибудь из них выживет. К сожалению (или к счастью), какое из этих маленьких словечек жаргонного типа, которые появились в какой-то среде — в среде школьников, в среде студентов, в уголовной среде (язык из самых разных источников питается), — какое из них останется, предсказать практически невозможно. Совершенно нереальна реализация амбиций, которые иногда возникают у некоторых сильно амбициозных людей, что они сами придумают какие-то новые слова языка и пусть эти слова обогащают язык. Многие этим занимались: в какой-то степени занимались этим писатели. Есть авторы, у которых на счету немало таких придуманных слов. Но с той единственной особенностью, что эти слова никто не знает, кроме специалистов по этому поэту или писателю. Скажем, огромное количество таких придуманных слов в творчестве Велимира Хлебникова — и я не знаю ни одного из них, которое осталось бы в языке.

И.Б. Иткин: Летчик?

Н.В. Перцов: Летчик до Хлебникова был.

И.Б. Иткин: Был до Хлебникова?

Н.В. Перцов: Да, Хлебников заимствовал это.

А.А.: Нет, конечно, он не придумал. Это обычная история.

Всё же иногда, очень редко, бывает, что можно установить, кто первый пустил какое-то слово, которое потом выжило. Можно знать, кто первый пустил слово, которое пожило немножко в дружеской компании и через несколько лет завяло, — таких примеров много, но это большого интереса не представляет. А вот слова, которые по неизвестной причине остались затем в языке и даже вошли в литературный язык, — про них почти всегда оказывается, что точного автора установить невозможно. Иногда несколько авторов сразу претендуют на то, что они первые это изобрели, и даже приводят очень убедительные рассказы о том, как обстояло дело, когда в первый раз кто-то из них это слово произнес, и т. д. В замечательной книге Виктора Владимировича Виноградова, которую я хочу вам специально по этому поводу дополнительно рекомендовать, — в «Истории слов», в которой примерно 1500 слов обсуждается с точки зрения их формирования, возникновения, вхождения в язык, изменения значения, — в частности, там вы можете прочесть про некоторые слова, что про них почти достоверно можно все-таки сказать, кто первый их изобрел. Например, слово небосклон, которое сейчас вполне литературное, его знают все, в какой-то момент было достоверно изобретено совершенно ныне неизвестным поэтом-переводчиком XVIII века Мартыновым. Речение квасной патриот приписывает себе Вяземский — во всяком случае, он очень живо рассказывает эпизод, как он его изобретал. Слово отсебятина обычно приписывается Брюллову. Так что несколько примеров такого рода есть, но их ничтожное количество: чаще всего автор теряется, и узнать его невозможно. И это, повторяю, крайне редкие случаи на фоне всех остальных, когда только что придуманные слова существуют очень недолго и не выходят за пределы той среды — иногда просто дружеской компании, — в которой они возникли. Я посмотрел в частотном словаре слово, которое, вообще говоря, даже и войдет в какой-то степени в литературный язык, — слово комп (по-видимому, точный автор уже неизвестен). Оно имеет ранг порядка 50 000. То есть 50 000 других слов чаще употребляются, чем это слово. Я посмотрел также слово риэлтор — его ранг 18 500. Так что у вас не должно быть иллюзий о том, сильное ли влияние оказывает на русский язык то, что сейчас появилось много слов типа риэлтор.

Так обстоит дело с изобретением слов. А вот еще один, казалось бы, простой вопрос. Почему все-таки какой-то предмет называется так, а не иначе? Например, почему свинья называется именно свинья? Почему там должно быть начальное с, потом в и так далее? Почему свинья, а не какая-нибудь, допустим, скунья или скалья? Что такие вопросы возникают — это бесспорно; я свидетель того, как ребенок лет шести задал глубокомысленный вопрос: «Это правда, что свинью назвали свиньей, потому что она грязная?». (Смех в зале.) Как видите, есть живой интерес к тому, чтобы понять, почему действительно должно так получаться. Мы не можем постигнуть, почему в составе любого слова, будь то свинья, будь то хлеб или что угодно, именно такая последовательность фонем, и наоборот, почему такая последовательность фонем связана именно с данным смыслом.

Такое «почему» можно понимать по-разному. Первое понимание «почему» — это откуда это взялось. Так вот, — говоря в самом общем виде, повторяя то, что я сказал в начале, — оказывается, что практически каждая фонема слова, которым мы сейчас пользуемся, укоренена где-то иногда в средне далеком, а иногда и в безумно далеком прошлом, быть может, даже восходящем к эпохе возникновения языка в целом — это десятки тысяч лет. Конечно, мы знаем лишь весьма небольшую часть истории этих слов. Кое-что про некоторые слова можно установить (некоторые примеры я вам попробую показать дальше), но так далеко в восстановлении истории слов мы просто не в состоянии дойти, и, возможно, даже и в дальнейшем это не будет достигнуто полностью. Тем не менее, иногда какие-то проникновения на порядочную глубину (иногда — на несколько тысячелетий) нынешнее состояние лингвистики позволяет.

Замечательно, что мы ничего не можем сделать с языком, которым мы пользуемся, даже если нам кажется, что какое-нибудь слово слишком трудно произносить. Каждая фонема стоит на своем месте; мы не вольны какое-нибудь слово взять и упростить по собственному индивидуальному желанию. Иногда бывают, действительно, довольно трудные сочетания согласных, про которые казалось бы — зачем язык так ломать? Какой-нибудь глагол ткнуть — не очень-то удобно его произносить, не правда ли? Иностранец на этом месте обязательно споткнется очень сильно. Тем не менее, совершенно нереально, чтобы вы, вопреки общему узусу, заменили ткнуть на скнуть. Скнуть легче произносить, чем ткнуть, это движение языка вы можете просто проверить. Но никаких подобных замен в языке носитель языка произвести не может. Индивид, конечно, может попытаться это сделать. В школе иногда это бывает: кому-то приходит в голову писать русские буквы не так, как обычно, изобрести индивидуальные написания для них, но сам этот человек выглядит как чудак, одни его принимают, другие — не очень… Но практически ни малейшего последствия для русского языка в целом индивидуальные выходки такого рода не приносят. Так что язык остается как есть, независимо от того, что кто-то индивидуально пытался это изменить. Эта незыблемость состава русских слов в действительности есть отражение твердости нашей связи с прошлым.

Кое-что мы увидим дальше на примерах. А пока — несколько общих слов: что все-таки происходит со словами на протяжении времени.

Во-первых, происходят чисто фонетические изменения. Это большая тема, которой сегодня я касаться не буду, это тема вполне для отдельных лекций, мы даже раньше с вами об этом разговаривали. Напомню только, что какие-то изменения общефонетического характера бывают в истории любого языка. Скажем, в истории русского языка оканье на части территории русского языка когда-то сменилось аканьем, то есть вместо [горá], [ногá] стали произносить [гарá], [нагá], как сейчас произносится в современном литературном языке, и это произошло как регулярное событие во всех словах русского языка. Конечно, не было такого индивида, который запустил такую моду — произносить [гарá], а потом это подхватили: это осуществляется в силу незаметных и совершенно не управляемых ни индивидом, ни даже группой индивидов тенденций в поведении — в частности, в фонетическом поведении — носителей языка.

Я хочу, для того чтобы вы немножко себе представили, что это за махина, попробовать некоторую простенькую арифметику. Скажем, в секунду при нормальном темпе речи человек произносит примерно два слова, возьмем такой ритм. Сколько времени человек говорит в течение дня, сказать очень трудно, разные люди, наверное, по-разному: есть молчуны, есть, наоборот, говоруны. Установить здесь какую-то среднюю величину, наверное, совершенно нереально, особенно если вы будете брать не только свою среду — среду школьников, — а вообще всех населяющих Россию, так что тут не идет речи о настоящей оценке. Но, допустим, если я скажу, что в день человек говорит в среднем 15 минут, это будет не завышено. То есть на самом деле, конечно, больше. Но даже если взять такую минимальную оценку, представьте себе, сколько вообще слов выпаливается в воздух совокупностью русских людей — это порядка 150 млн. Заметьте, что для языка совершенно бессмысленно считать в день, в час или в год, — минимальный срок, который имеет какой-то смысл, если говорить о языке, это лет десять. Тогда, может быть, вы посчитаете, если кому-нибудь интересно прикинуть, сколько получится за десять лет слов, произносимых носителями русского языка, даже при этой очень маленькой шкале четверть часа в день. Прикинете — и получится 1015 — это миллион миллиардов. Миллион миллиардов слов произносится за сравнительно небольшой период по-русски, и в этом безумном море и происходят все те события, которые потом называются изменениями языка. Сами можете представить, какую роль в нем играет то, что говорит какая-то маленькая компания, какую это составит часть. Вы скажете: частые слова — да, но бывают же и редкие слова. Но что такое редкое слово? Это такое слово, которое имеет, например, частотность одну миллиардную. Правда же, это очень редкое слово? Но и то в массиве, про который я сказал, оно будет употреблено миллион раз. Вы понимаете, что это значит? Следовательно, всякое изменение в слове, чтобы оно стало русским, общенациональным изменением, должно захватить если не всё, то большую часть этого гигантского моря. Отсюда понятно, как мало можно сделать по индивидуальной инициативе.

Итак, слова меняются, как я уже сказал, в ходе истории чисто внешне, за счет фонетических изменений. Замечу по этому поводу полезные для нас, пожалуй, только два маленьких штриха, которые особенно нас будут интересовать. Это общая тенденция практически всех языков мира: со временем длина слова сокращается. Какие-то гласные становятся сперва слабыми, а потом слабые гласные исчезают. Какие-то конечные согласные начинают произноситься слабее, чем другие, потом они отпадают. Скажем, такие замечательные языки, как английский и французский, пришли к тому, что подавляющее большинство слов не научного, а основного, житейского фонда, в этих языках односложные, — при том что начальная точка здесь была такая, что практически любое слово обычно было не менее чем двух-, а чаще не менее чем трехсложное. В русском языке эта тенденция в меньшей степени, но тоже, вообще говоря, достаточно проявилась.

Это одна важная тенденция, которую полезно иметь в виду, а другая состоит в том, что словосочетания — по крайней мере, некоторые из них — имеют тенденцию склеиваться в единства, которые потом становятся едиными словами. Можно привести наглядные примеры из вполне известных языков. Скажем, английское friendship — это friend плюс ship, которое означало «свойство, качество» и т. д. Русское кто-нибудь — это довольно прозрачное соединение того, что было когда-то тремя словами: кто + ни + будь. Как мы говорим Кто ни придет, кто ни явится и т. п. — точно так же и кто ни будь. Сейчас это не сразу осознается, но, вообще говоря, вы легко поймете, как из трех слов кто, ни и будь могло сложиться то, что сейчас в русском языке стало единым словом. В данном случае это просто сложение, даже без сжатия, без чисто фонетического склеивания. Но чаще всего действует и то, и другое, то есть и склеиваются слова между собой, и стыки их в той или иной степени объединяются, так что слово, состоявшее первоначально из нескольких отдельных слов, уплотняется. Более того, мы имеем смелость предполагать, что на самой дальней дистанции практически все те элементы, из которые сейчас составлены слова, — приставки, корни, суффиксы и окончания — в каком-то очень далеком прошлом восходят к отдельным словам. В некоторых случаях это установлено вполне достоверно, в других это можно только предполагать, но так или иначе, общий тип развития именно такой.

Таково замечание о том, что происходит в истории со словами с чисто внешней стороны. Плюс к этому, конечно, происходят и совсем простые механические события, состоящие в том, что какие-то слова перестают употребляться, выходят из языка и, наоборот, какие-то новые слова появляются. Вот, например, я взял составленный по другому поводу словарь древнерусских ударений, который содержит примерно 12 000 древнерусских слов и удобен нам тем, что там имеется помета, какие именно слова не сохранились, не дожили до нашего времени. Оказывается, что из этих 12 000 древнерусских слов, которые там фигурируют, 2700 слов не дошли до нашего времени. Это дает примерное представление о масштабе того, какое количество слов может выбыть на протяжении не слишком большой истории, на протяжении лет 800, которые охватывает этот словарь. Но еще больше слов прибыло — количество слов за это время не уменьшилось, а увеличилось.

Откуда это прибавление происходит? Двумя основными путями. Один путь — это заимствования. Сейчас в огромном количестве имеются английские заимствования, которые наплывают потоком; мы находимся в фазе интенсивного заимствования. Таких фаз было несколько в истории русского языка: они были из голландского, потом из немецкого, потом из французского языка, сейчас наступила эпоха заимствований из английского языка. Каждый из вас эту волну на себе чувствует и знает массу слов, еще недавно в русский язык не входивших. При этом заимствование, как известно, бывает прямое (когда слово берется в буквальном виде и только немного фонетически подстраивается под строй русского языка) и так называемые кальки (когда слово копирует русскими средствами структуру иностранного слова).

Это источник внешний. Но самым мощным для пополнения состава языка является всё-таки другой источник — внутренний, то есть использование собственных словообразовательных ресурсов — уже имеющихся в языке морфем, которые можно комбинировать и соединять. Их комбинаций потенциально существует огромное количество, и из них какие-то оказываются хорошим способом для называния чего-то, для чего в обществе возникла потребность это как-то обозначить. Таких слов тоже в истории русского языка прибавилось огромное количество.

Что касается утраченных слов, то я могу вам привести такие примеры, чтобы вы поверили, что какое-то количество слов древнерусского языка исчезло. Некоторые из них вполне похожи на современные, но, тем не менее, не имеют с ними ничего общего. Скажем, треска — это не рыба треска (то слово другого происхождения). Треска по-древнерусски значило «щепка». Или, скажем, древнерусское слово истóра — оно значило «расход»; сейчас вы уже не имеете шансов это слово понять. Было замечательное древнерусское слово инде — с некоторым усилием, может быть, вы могли бы догадаться, что такое инде, но нужны усилия действительно значительные. Инде — это точный аналог латинского слова alibi, означающего «в другом месте» (сейчас алиби — это юридический термин: человек находился в другом месте в момент совершения преступления, тем самым он невиновен). Это, кстати сказать, одна из жалостных потерь в истории русского языка, поскольку это слово довольно удобное. В других языках мы такое слово знаем: скажем, ailleurs по-французски — это в точности то же самое. А по-русски оно было и исчезло, это из таких капризов языка, и теперь приходится говорить в три слова: в другом месте, что, конечно, не так выразительно, как коротенькое инде. Со словом инде вы можете встретить разные манипуляции уже в других сочинениях, но не будем отвлекаться на это. Так что если я вам сказал про 2700 слов в этом списке, то, вы понимаете, смешно перечислять их все, вы устанете. Важен принцип: слова уходят, возникают какие-то другие.

Кроме возможностей составления новых слов из старых морфем (как, скажем, слово летчик, которое здесь уже упоминалось: и корень нам известен, и суффикс; но слово это возникло, когда возникло соответствующее явление, которое нужно было как-то назвать; новые слова типа пароход, паровоз и т. п. — всё это составлено из собственных русских морфем в связи с тем, что нужно было назвать некоторое новшество в общественной жизни), имеется еще и такое постоянное свойство языка, что значения слов могут сдвигаться. Несколько дрейфовать в ту или иную сторону. Скажем, слово, имеющее первоначально физическое, конкретное значение, может приобретать еще и переносное значение, а потом это переносное значение может стать главным и даже единственным. И сами переносные значения тоже могут подвергаться различного рода сдвигам. Эта сторона истории слов в какой-то степени сейчас изучается, но пока еще многое и многое предстоит в этом сделать.

Поэтому, между прочим, когда вы сталкиваетесь с древним текстом, не обязательно даже очень старым, быть может, всего лишь среднерусского периода, скажем, эпохи Ивана Грозного, и вам кажется, что вы всё понимаете, на самом деле вы часто понимаете вовсе не то, что написал сам автор. Почему? Потому что те или иные слова, иногда узловые для текста, имеют не те значения, что сейчас, хотя они выглядят совсем как ваши родные.

Тут я, пожалуй, вам несколько примеров приведу, поскольку это из таких вещей, которые производят впечатление и немножко отрезвляют тех, кто считает, что ничему учиться не надо, а можно просто так взять древний текст и его читать. Возьмем слово ласкать — правда, очень приятное современное русское слово? А оно в тексте, даже не очень старом, всего 300–400 лет назад, было остро отрицательным глаголом. Это значило «гнусно обманывать, лестью заводить в ловушку, в сеть». Ласкатель — это было гнусное свойство. Можно было, разоблачая кого-нибудь, сказать: «О царь, не верь такому-то своему советнику, он ласкатель» — этого было совершенно достаточно, чтобы было понятно: «Он негодяй».

Еще один хрестоматийный пример: слово прелестный сейчас является ярко выраженным положительным эпитетом, а было резко отрицательным: прелесть означала «сатанинский соблазн, сатанинские козни», соответственно, прелестный — «вводящий в грех, в преступление». Это довольно любопытная вещь, что слова с отрицательным значением — и это не первый раз в истории русского языка — могут развиваться в сторону приобретения уже почти похвальной оценки. Рекомендую вам две книги Ирины Левонтиной: одна — «Русский со словарем», а вторая — «О чем речь»; это очень интересный и лингвистически квалифицированный разбор совсем последних событий с массой новых слов, в частности, вы там узнаете очень многие новые словечки, про которые вы считаете, что они принадлежат вашей среде, и получите объяснение, как они возникли, как к ним относиться и т. д. В частности, там имеются замечания о том, что некоторые безусловно отрицательные термины еще недавнего прошлого начинают приобретать почти похвальную оценку. Например, амбициозный, который безусловно в классическом русском понимании ни в коей мере не комплимент, который человек заслужил, — так его можно было бы скорее несколько осудить, — сейчас выставляется как некое молодецкое геройское качество, которое очень даже полезно и получает знак плюс. Это еще не дошло до полного изменения, но явно находится на этом пути. Вот такого рода разбор в этих книгах, которые я вам рекомендую, вы можете найти.

И вот оказывается, что это было не только сейчас, но и в карамзинское, например, время: слово лестный, допустим, которое сейчас означает «приятный для человека», означало «обманный». И вообще, слово лесть в исконном значении — это заимствование из германских языков, означающее «обман, хитрость» (немецкое и древнеанглийское list).

Еще некоторые такие примеры, пожалуй, вам будут любопытны. Вот нынешнее слово забава. Сейчас оно имеет такое игровое значение. Но первоначальное значение было совсем другое: забава означало «дело, занятие». То есть в каком-то смысле можно считать, что противоположное тому, к какому мы сейчас привыкли: делу время, потехе час. Сейчас оно перешло в род потехи, а тогда как раз попадало в категорию дел.

Еще, скажем, слово работа: более привычное нам всем слово сейчас трудно себе представить, а между тем древнерусское значение отчетливо иное: «рабство» (от слова раб, суффикс —ота передавал соответствующее свойство). Переход от значения «рабство» к значению «работа» совершается в истории русского языка на протяжении нескольких веков. Слово опасный — оно тоже значило нечто совсем другое: «осторожный, тот, который сам всего опасается и принимает какие-то меры для того, чтобы всё было в порядке». Особенно удивляет слово напрасный, очень много шансов, что вы неправильно поймете текст; его древнее значение — «внезапный». И совсем яркий случай — значение глагола запретить. Сейчас вам ясно, что значит запретить: «изъявить приказ, чтобы действие, которое происходит, было прекращено». А в древнерусском языке запретить означало «строго приказать». Могла, например, быть фраза: «И он запретил им свято хранить вверенные им книги» (смех в зале). Фраза, которую у вас нет никаких шансов правильно понять, если вы специально не занимались древнерусской лексикой. Вот яркие примеры того, что значения могут очень сильно менять даже общую окраску и сферу, к которой они относятся.

Теперь я хотел бы вам разобрать несколько примеров, где всё то, что я в общем виде сказал, будет видно на конкретных морфемах и словах.

Когда вы проводите школьный разбор, то в слове положено выделить корень, суффикс, префикс и окончание (я надеюсь, что вы это умеете) — это то, что можно назвать синхроническим пластом в истории становления языка. Синхроническим — то есть относящимся к нашему реальному времени, когда вы этим частям слова придаете актуальные сейчас значения, по которым понятно, как слово сложилось из этих частей. Но история языка сейчас уже умеет пойти сильно дальше, и в ряде случаев то, что для современного языка нечленимо, оказывается, в соответствии с общей идеей, которую я вам излагал, в той или иной степени членимо. Давайте начнем с совсем простого примера, я возьму слово неужели.

Это самый простой случай, когда некоторые части вы здесь сразу видите. На уровне, который можно назвать синхроническим, то есть на уровне нашего живого современного языка и живого языкового сознания, здесь по крайней мере две части — не и остальное, то есть не и ужели. Что здесь есть не, конечно, вы все чувствуете — этот уровень доступен достаточно легко. Но маленькая трудность состоит в том, что здесь значит не: смотрите, без этого не слово значит то же самое. Это своего рода фокус, что ужели и неужели означают одно и то же. Редкий случай, правда же, чтобы к слову можно было добавить не, и от этого ничего бы не изменилось? Казалось бы, это парадокс — как это так, не — такое могучее средство перевести всё в противоположность, а здесь никакой противоположности нет?

Разгадка тут довольно простая, и она тоже находится в рамках нашего современного языка. Она состоит в том, что ужели — вопросительное слово. А если слово вопросительное, то оказывается, что вопрос практически имеет один и тот же смысл, если его задали в прямой форме или в форме с не. Например, Разрешишь ли ему уйти? и Не разрешишь ли ему уйти? Ну, маленький нюанс есть, но смысл совершенно один и тот же — ровно за счет того, что, поскольку вопрос еще не содержит решения, он только поставлен, его можно поставить в той форме, где будет да, и в той форме, где будет нет, — всё равно как вопрос он останется. Поэтому Ужели ты на это решишься? и Неужели ты на это решишься? — это значит одно и то же.

Но так или иначе, это частица не, и у нас получаются в слове неужели две части. И всё — дальше мы пойти уже вряд ли можем. Но исторически это слово делится не на две части, а на четыре. Вам кажется, наверное, довольно подозрительной здесь часть ли, тем более что ли — явный носитель вопросительной идеи. То, что в этом ли содержится вопросительная идея, можно проверить так: у слова неужели есть такой простонародный синоним, или вариант, неужто. И там уже нельзя не отбросить: ужто не имеет такого же значения. То есть неужто ведет себя не так, как неужели, — ровно потому, что здесь ли — вопросительная единица, а там то — невопросительная единица.

Далее понятная часть же. Кстати, была ещё форма неужли — вы можете встретить ее в литературе, — где же представлено в варианте ж. Вот четыре части (не-у-же-ли), из которых, наверное, самая удивительная часть — у.

Как вы видели, у нас вначале идет чисто синхронический разбор, то есть относящийся к нашему времени. Здесь вы восстанавливаете что-то, что происходило в жизни вашей, ваших отцов и дедов. А более глубокий разбор касается неких событий, которые в истории языка сложились в эпоху ваших прапрапрадедов и так далее. В слове неужели часть ли — та же самая, которую вы знаете, часть же — та же самая, которую вы знаете; но часть у вы, конечно, не знаете.

Так вот, слово у было наречие древнерусского языка, которое в переводе на современный русский язык значило «уже». Поэтому сочетание у и же — это нечто вроде того, что вы можете попытаться сказать: уже же ведь мы собрались — это будет плохой русский язык, но, тем не менее, мыслимо. Что такое у, очень трудно описать, не используя слово уже, это такая хитрая вещь. Попробуйте перевести слово у так, чтобы в переводе слова уже не было. Пожалуйста, если вам в голову приходит перевод, предлагайте. Ну, например, «готово» — может быть смысл такой. Тогда у + же будет «готово же». Но «готово», конечно, это очень приблизительный перевод для слова у. Для слова у идеальный русский перевод — «уже», и тут ничего не поделаешь. Это замечательная точка, которую адекватно заменить другими способами уже нереально. Так или иначе, это у очень рано соединялось с же и так хорошо соединилось, что теперь мы больше не можем их рассоединить.

Итак, у нас есть слово уже, состоящее из этих двух частей — у и же. Ну а дальше к этому уже, как и ко многим другим словам, начинает прибавляться ли как вопросительная частица, и всё это склеивается до ужели. То есть первоначальный смысл немножко не такой, как сейчас: нынешнее ужели — просто вопросительная частица «так ли обстоит дело?», «мне удивительно, неужели это так» (заметьте, в пояснении мне пришлось использовать «неужели»).

Вопрос из зала (А.Н. Барулин): Андрей Анатольевич, а у ударное было или это клитика?

А.А.: Ударное. Древнее ударение было у́же. Переход в уже́ — это особая проблема, которой, к счастью, мы не касаемся. Все древние тексты дают у́же. И бывает сокращенное уж, оно отлично соответствует древнерусскому у́же.

Вопрос из зала: А е второе может выпадать — ужли какое-нибудь?

А.А.: Да, практически в моих памятниках XVI–XVII века — ужли (как вариант к у́жели), и только в конце XVII века очень редко появляется уже́ли.

Вопрос из зала: Уже появляется? (Смех в зале.)

А.А.: Да, уже появляется. (Смеется.)

Первоначально ужели могло быть только во фразах типа Как, ты уже это сделал? Ужели ты это сделал? — понимаете? А затем значение обобщается, и ужели может относиться просто как чистый вопрос к чему угодно. Ужели такая злая судьбина…? и так далее. Ну, и дальше добавляется не — по механизму уже современному. Вот очень простой пример, когда перед вами единое современное слово, где все швы еще налицо и вы их хорошо видите; за исключением одной части у, вы их все можете разглядеть.

Теперь давайте возьмем нашу знаменитую свинью. Ту самую свинью, про которую непонятно, почему она свинья. Что на синхронном уровне мы можем сказать, как это слово должно анализироваться? Корень здесь, очевидно, свин-, поскольку он же есть в словах свинский, свинство и т. д.; потом имеется суффикс —j— и окончание —а. Точный смысл этого —j— для современного русского языка не очень легко установить, но так или иначе, таково членение этого слова на современном уровне. На этом мы вынуждены остановиться.

Не вздумайте считать, что я вам пытаюсь рассказать, что на самом деле корень другой — ничего подобного! Конечно, с точки зрения современного языка корень здесь свин-. Просто имеется другая сторона дела, которая может нас интересовать, — что было раньше. Это не значит, что как было раньше — правильно, а нынешнее — неправильно. Действительно, встречается такое ложное понимание, но я предупреждаю против него совершенно специально. Для современного языка безусловно верно, что свин— — это корень. Но если вы заинтересуетесь историей, то оказывается, что этот корень не так прост, мы его можем на что-то разложить. Какие у вас предположения?

Реплика из зала: На с и вин.

А.А.: А что, вино там какое-нибудь получается?

Реплика из зала (Саша Иткин): Вина… Виновата в том, что грязная.

А.А.: Видите, это очень хорошая иллюстрация того, что если начать искать смысловые объяснения, то они всегда найдутся! Предлагая смысловые объяснения, человек обычно никакой узды на себя не накладывает.

На самом деле, давайте исходить из слова свиной. Вам не кажется, что свиной находится в том же ряду, что мышиный, лошадиный…?

Реплика из зала: Ин!

А.А.: Ин! Конечно! Старое членение такое, что выделяется суффикс —ин-, при том что —ин— — это, конечно, суффикс прилагательных. —Ин-, потому что это тот же суффикс для животных, как и в мышиный, звериный, лосиный и т. д. И тогда свиной в том же ряду, тут просто другое ударение; если бы было свúный, то это было бы еще яснее. И тогда нам остаются на саму свинью только вот эти две буквы: с и в.

Реплика из зала (Саша Иткин): Хочется отрезать приставку с-…

А.А.: А, вы хотите еще приставку, да? (Общий смех.)

И тут уже история русского языка вам ничем не поможет, нужно выходить за пределы русского языка. И этот выход легко показывает, что… Вдруг кто-нибудь из вас образован и знает, как будет свинья по-латыни?

Реплика из зала: Свинус? (Общий смех.)

А.А.: По-латыни свинья будет вот так: su-s, s — окончание. Кроме того, есть английское слово, которого вы, наверное, не знаете, — sow. И есть немецкое слово Sau. И то и другое значит «свинья». Sau по-немецки вполне нормальное слово (немецкое «свиноматка»), а английское sow, конечно, редкое слово, потому что по-английски это будет swine. Английское swine и немецкое Schwein, где вот это —in — точно то же самое, что наше —ин. В немецком, как и в английском, оно реально перешло в [ain], но это уже их германское дело. Это, конечно, тот же самый свин-: в древнеанглийском было swín, в древневерхненемецком было swîn. Из чего понятно, что этот корень (su-) исторически в нашем св-.

Но заметьте, что во всех трех языках произошло то, что нормальным названием для свиньи стало слово с суффиксом —in-. Что здесь происходит? Здесь слишком короткий корень. А при слишком коротких корнях в разных языках обнаруживается тенденция к тому, что, для того чтобы это слово спасти, вместо него используется какое-нибудь производное от него — чаще всего уменьшительное. В русском языке такие примеры есть, правда, не такие яркие — скажем, есть слово ножик. Ножик ведь значит практически то же самое, что нож, но слово нож не пропало, оно осталось. Но, например, древнее слово муж — не в значении «супруг», а в значении «лицо мужского пола» — сейчас практически отсутствует, верно? Так никто не скажет, а скажут — как?

Реплики из зала: Мужчина! Мужик!

А.А.: Суффикс —ик используют! Правильно; в культурном и литературном тексте уже будет другой суффикс, но изначально, конечно, был суффикс —ик-.

Есть немало слов, где вы такое даже не подозреваете, — например, слово ложка. —К— почему там добавлено?

Реплика из зала: Ложь?

А.А.: Ложка — это такая лживая вещь?

Реплика из зала (Саша Иткин): Лога?

А.А.: Лога? Логу придумали дети. Это детское образование — обратное, сделанное обратно из ложки, как пуха из пушки и т. п.

А слово мошка от чего образовано?

Реплика из зала: Муха!

А.А.: А почему же оно не мушка тогда? У никуда не денется! Это вам небольшая задача: от чего исторически образовано слово мошка?

Реплика из зала: Моха?

А.А.: Вот это уже ближе к делу. Очень хорошо. Вы фактически на правильном пути, только там о было беглым — она была мха. Но никакой мхи, кроме как анализом, вы обнаружить не можете — мха точно так же пропала, как это св, заменившись на уменьшительное мошка. А вместо «свиньи» стали говорить что-то вроде «свиное животное». Свин — первоначально прилагательное: примерно «свиной у меня во дворе», «свиная захрюкала» (нынешнее шуточное свин — это, конечно, новое, игровое). Это краткое прилагательное: он свин, она свина, они свины. И свин используется вместо первоначального св, как мошка вместо мха: от мха — мошка, а от св — свин, свиной.

Дальше происходит замечательная вещь; это очень всё, по-видимому, давно произошло, потому что к этому свину прибавляется древний суффикс женского рода, который потом в чистом виде уже практически не встречается. В чистом виде в славянских языках он засвидетельствован в паре пан — пани. Пан — пани — это идеальное сохранение в славянских языках древнего состояния, которое хорошо известно из санскрита, когда к мужскому роду прибавляется —i (-ī, чтобы быть точным): например, санскритское deva — «бог», devī — «богиня». Пан — пани — редкий остаток этого состояния. Но изначально таких пар было больше, поэтому от свина (от свиного), если нужно было образовать женский род (а свинья, как правило, нужна именно в женском варианте, как известно), она должна была выглядеть как svinī. Ну, а дальше произошло то же, что со всеми словами на ī в истории русского языка. Словом на ī было, например, слово лади — оно стало ладья, слово молни — оно стало молния. То есть к ним было добавлено банальное окончание женского рода (-a), из-за чего, конечно, и превратилось в j.

Реплика из зала (И.Б. Иткин): Андрей Анатольевич, а гостья сюда же? Там все-таки как раз…

А.А.: Именно! Гостья сюда же. Гостья как раз следующий шаг того, что мы здесь видим. Гость — образование женского рода было бы гости, которое дало такое же гостья, как свинья. Образование свин — свинья точно такое же, как гость — гостья.

Итак, вот что стоит за тем, что мы не можем по своей воле менять никакую фонему. Видно, что каждая из них имеет основание в том, что стояло в далеком прошлом: в данном случае суффикс -ин- и древнейший корень su. Конечно, вы можете сказать: «А su почему su?». Тут уже такая бездна глубины времени — единственное, что можно сказать, что это уровень примерно 7 000 лет назад. И это уже не так мало как достижение лингвистики — сказать, что было 7 000 лет назад. А когда вы спрашиваете: «А что было 70 000 лет назад?» — тут надо честно признать, что этого мы не знаем.

Теперь давайте посмотрим еще один пример. Возьмем слово прощение. Здесь то же самое: имеется два слоя. Что выделяется на первом слое? Совершенно ясно: корень прощ и суффикс -ение. Прощ от простить, вы знаете, что здесь чередование ст против щ, которое прекрасно известно в современном русском языке, и —ение. Корень —прощ— с чем-нибудь можете связать в русском языке?

Реплики из зала: ПростотаПростой.

А.А.: Да, конечно. Хочется связать с простой, но значение как-то очень далеко, правда? Поэтому вопрос: может быть, и связано, но для этого нужно покопаться глубже.

Реплика из зала: Просить? Просить прощения?

А.А.: Просить прощения — это, конечно, сочетание очень естественное, но куда тут делось т? Простить — т есть, так что просить если и возможно, то только на уровне палеонтологии, а не на уровне современности. На уровне современного языка раз вы не можете никуда деть т, то не просить.

Что касается —ение, то тоже полезно видеть, что этот длинный суффикс, который, как нам кажется, совершенно естественно означает какое-то действие, в действительности хорошо разлагается на -ен- и -иj-. А что это за суффикс -ен-?

Реплика из зала: Прилагательное.

А.А.: Прилагательное с -ен-?..

Реплика из зала (Саша Иткин): Причастие.

А.А.: Да, действительно, это и есть суффикс причастия. И образование здесь практически двухэтажное: сперва причастие прощен, а к нему добавляется -иj-е. А что это за -иj-е? Оно тоже есть в языке: пожалуйста, великий — величие, здоровый — здоровье (-иj— и просто -j- — в данном случае варианты). Если от здоровый абстрактное существительное здоровье, то от прощеный — прощение. А что должно значить прощение в данном случае, если оно от прощеный? Теоретически оно должно значить состояние. Если здоровье — это состояние или качество здорового, то прощение — это качество или состояние прощеного. То есть должно сохраниться страдательное, пассивное значение, поскольку прощеный — страдательное причастие. Реально, однако, в современном русском языке это образование совершенно одинаково для глагола простого и глагола возвратного, ср. увеличить и увеличиться — и от того, и от другого соответствующее образование будет увеличение. Увеличение — это когда я увеличиваю что-то, и мое увеличение — это когда я увеличиваюсь. И рассмотрение всех возможных образований на —ение показывает, что возможно образование от обоих залогов. В некоторых случаях эти залоги отчетливо проявляются в конкретных парах: скажем, погружение какого-нибудь вещества в воду — это я его погружаю, а мое погружение в батискафе под воду — это я погружаюсь. Или, например, унижение: унижение, если кто-нибудь унижает других, и унижение, которое человек перенес. Кто-то может заниматься унижением своих подчиненных — это активное действие, в отличие от унижения — состояния. В некоторых случаях один из залогов предпочитается: для огорчения довольно трудно себе представить, что я занимаюсь огорчением своих близких, хотя теоретически язык это допускает, но скорее огорчение — это только мое состояние, когда меня кто-то огорчил. Или удивление: мое удивление — это естественно, а можно ли заниматься удивлением окружающих — это трудный вопрос, скорее, это будет не очень хороший русский язык. Так что, как видите, этот суффикс свободно обслуживает оба залога, тем самым, прощение может быть и актом, когда кто-то дает кому-то прощение, и актом, когда прощение получено. Это всё очень близкие этапы, это то, что принадлежит действиям наших довольно недалеких предков, которые сумели от глагола простить построить имя действия прощение и придать ему это значение. Но нас интересует историческая часть, то есть более глубокая. Она, как обычно, касается корня. Что это за корень прощ-? Здесь уже предлагалось, что он может быть похож на корень слова простой — смысл немножко странен, но тем не менее это, конечно, так. Итак, глагол простить (прост-и-ти).

Реплика из зала: У простой же бывает значение «чего-то нету».

А.А.: Да, конечно, вот к этому мы и придем. На самом деле, в этом -щ- (прощение) закопано -и- (простить), которое превратилось в —j-, а сочетание —стj— дало нам то самое —щ-, которое вы видите. А j был такой же формой от и, как и в случае со свиньей, когда у нас от свини получилась свинья. Но к этому уже историкам не привыкать, что и и j находятся в таком отношении, что они могут выступать как варианты друг друга. Значит, простити — это такой нормальный глагол от некоторого корня прост-. Но у нас есть прилагательное простой, и, естественно, мы должны думать о нем. Что такое простить в нормальном смысле слова? Какое-нибудь белить — это делать белым, чернить — делать черным, тогда, значит, простить — это делать простым. И есть случаи, когда это полностью сохраняется по-русски, — например, с приставкой у-: упростить означает именно то, что и должно быть, — сделать более простым. Тем самым, само отношение между глаголом простить (в данном случае с приставкой) и прилагательным простой оказывается совершенно реальным: упростить — сделать более простым.

Но слово простить (без приставки) вроде бы к слову простой не имеет никакого отношения. Следовательно, здесь нам уже необходимо понять, откуда такое слово. Корень прост— сейчас, конечно, является единым целым, это несомненно. Но, как и в случае со свином, при дальнейшем углублении он оказывается распадающимся на части: а именно, он распадается на части про и ст, каждая из которых — если привлекать к сравнению уже не только древнерусский материал и вообще славянский, но и шире, индоевропейский, — оказывается вполне осмысленной. Про — это то самое про, которое сейчас существует в качестве приставки и предлога, у которого первоначальное значение — движение вперед или движение прямо. Продвигаться — вот где видно самое старое значение. Более того, само про на очень древнем уровне, скорее всего, выводится из корня пр-, или пер-, представленного, в частности, в замечательном русском глаголе переть. Переть вперед — в слове вперед этот же исторический корень, так сказать, пра-корень — индоевропейское *per-. Про- — это движение кого-то, кто прет вперед и движется прямо.

А что касается —ст-, то этот загадочный элемент на индоевропейском уровне, оказывается, должен быть восстановлен как корень с гласной а — корень sta-. И тогда это тот же корень, что и в русских стать, стоять (родственные формы, где стать непосредственно сохраняет исходное sta-). На дославянском (не на славянском!) уровне у этого sta— конечное а могло в некоторых случаях утрачиваться — оно могло отсекаться при присоединении некоторых суффиксов (например, —о-). Так, *pro-sta при добавлении —о— дает *pro-st-о-. Это основа прилагательного, буквально означающего «прямостоящий» (где смысл складывается из частей «вперед, прямо» и «стоять»). В данном случае помогает опять-таки выход за пределы русского языка: по-польски это слово prosty, и оно значит не «простой», а…

Реплика из зала (Ю.М. Силинг и др.): «Прямо».

А.А.: «Прямо», совершенно точно. Древнее значение прекрасно сохраняется в польском prosty «прямой» без всяких изменений. Русский отклоняется в сторону абстрактного понятия простоты: «неискривленный, ничем не измененный, простой». Развитие переносных значений далее дает «ничем не искривленный, ничем не испорченный, ничем не отягощенный». А если ничем не отягощенный, то от этого понятие простить становится совершенно прозрачным: «сделать ничем не отягощенным, в данном случае, не отягощенным виной». Вы видите, что используется частное значение, которое становится главным, так что простить — изначально «сделать простым, сделать прямым, сделать свободным от любых искривлений».

Вот, тем самым, на какие части оказывается разделенным наше слово прощение. И мы возвращаемся к первоначальному вопросу: почему, когда мы говорим прощение, должны быть именно эти фонемы, а не другие? Потому что они восходят к тому, что имело определенный вид уже на уровне 7000-летней давности. Это очередной пример того, как мы вынуждены воспроизводить в своей речи то, что предки — считайте сами, какого поколения (страшно подумать какого), — нам оставили в наследство.

Реплика из зала (И.Б. Иткин): Андрей Анатольевич, но все-таки в современном русском языке есть — хоть и устаревшее, но есть — слово простоволосый, которое означает, что на голове ничего нет, вот она ничем не отягощена…

А.А.: Да, согласен с вами, простоволосый — хороший пример.

Реплика из зала (Н.В. Перцов): А слово пря («раздор, противоречие») как-то с этим связано?

А.А.: С корнем *per-? Ну, тут несколько омонимов существует. Может быть, они в конечном итоге и сводятся к какому-то одному, но…

Вопрос из зала: А простодушный?

А.А.: Простодушный… Да.

Реплика из зала (Саша Иткин): И прямодушный.

Реплика из зала: А сложный — получается сложенный? Сложный и простой — они же антонимы… Значит, простой — он прямой, неискривленный, а сложный

А.А.: Ну, сложный из другого идет. Это сложенный из частей. С-ложенный.

Реплика из зала: Ну да, из другого, но по похожему пути они шли…

А.А.: Потом уже. Но первоначально они все-таки созданы на основе разных идей: сложный — состоящий из частей, которые положены друг к другу.

Реплика из зала: А-а, положенныйС-ложенный, сложили?

А.А.: Да, сложный — от сложить. Верно. А простоволосый — это очень хороший пример.

И еще есть по меньшей мере два слова, устроенные по-русски вот таким же замечательным способом из этого sta-, которое стало st-. Но надо, чтобы первая часть была предлогом, и такие слова есть. Предлог про дает нам прост. А предлог на дает нам наст — то, что стоит на поверхности снежного покрова, так что у него очень прозрачное значение. И наконец, имеется еще один непростой случай, про который этимологи не уверены, как с ним быть, но, тем не менее, я думаю, что здесь нужно идти по этому же пути, — это таинственный глагол застить: застить свет. Его обычно пытаются связать со словом тень, за-тенить, но тень здесь в действительности совершенно невозможна. А застить хорошо объясняется из такого же заст, как наст (что предлог за здесь уместен, это понятно: затенить, закрыть, загородить и т. д. — ясно, что именно за здесь и должно быть). Это образ: стоять так, что ты закрываешь. Получается, что эта позиция называется заст. Сама она не сохранилась (в отличие от наст), но глагол застить от него остался, и смысл довольно прозрачный. Так что вот уже по крайней мере три примера, которые дают нам объяснение…

Вопрос из зала: А пост?

А.А.: Дело в том, что постов бывает два. Во-первых, бывает позднее слово пост (военный пост), во-вторых, религиозный пост. Военный пост — в русском языке заимствование. Это post по-английски, poste по-французски, Post по-немецки, так что это интернациональное слово (от латинского positus). А вот пост христианский — это, действительно, некоторая задача. Это слово хорошо складывалось бы из по + ст, но оно будет fast в западногерманских языках. Так что оно, по-видимому, тоже заимствование из германского, поэтому не будем жадничать.

Вопрос из зала: А столб?

А.А.: Столб… Связь столба со стоять, конечно, очень соблазнительна, но этимологов, которые ухитрились бы для этого лб найти самостоятельный смысл, пока что вроде не видно. Но я думаю, что это небессмысленная идея.

Вопрос из зала: А стать?

А.А.: Глагол стать — это наше с вами прямое наследие индоевропейского sta-. Совершенно чистое. Вот как раз этим словом мы с вами сейчас и займемся.

Глагол стать. Сейчас его немножко путают с глаголом встать. Они примерно одно и то же значат — стать и встать. То есть без приставки и с приставкой. У стать два значения: одно — чисто физическое, то есть «принять стоячее положение» или «занять место где-то, находясь в стоячем положении». А другое значение — «превратиться во что-то». Но значение «превратиться во что-то» явно вторичное, его тоже можно объяснить, но я боюсь слишком далеко уйти, поэтому займемся значением прямым: стать — «принять вертикальную позицию». Тут замечательная есть задача. Стать — понятное слово, и происхождение понятно, и смысл совершенно понятен. Некоторые приставки при этом стать тоже чрезвычайно прозрачны. Что значит пристать — даже там пристать к кому-то?

Реплика из зала (Саша Иткин): Стать при.

А.А.: Первоначально — «стать при», ну а дальше последствия такие, что, может быть, какая-то агрессия осуществляется и т. д. Отстать — совершенно понятно: от человека от-стать. Чисто, очень чисто. Немножко менее прозрачно восстать. Вос- — это движение кверху, поэтому какие-нибудь угнетенные восстают. Чуть сложнее глагол встать. Встать, вообще говоря, значит «подняться кверху»: лежал — встал, а не вошел куда-то. Оказывается, здесь игра чистой фонетики. Наше встать — это две разные вещи: это стать + предлог в, и он работает не так уж часто, например, встать в очередь или встать в строй. Там, действительно, человек вклинивается внутрь чего-то. А чаще это старая приставка вз-, которая имеет вариант вс-, два с упрощаются, поэтому встать — это то же самое, что восстать, только с беглым о. И тогда совершенно понятно, что встать — это снизу вверх. Эта хитрость та же самая, что в слове всадник: тоже не очень понятно, в кого он — в коня, что ли — всаживается? Он воссадник, он восседает на коне (точнее, вос-садится на него).

Вопрос из зала: А это вс- — которое движение вверх, а не вс-, которое вспугнуть, встрепенуться, вздрогнуть?

А.А.: Это то же самое, это ветви одного и того же. Там еще есть вс- возвратное: возвратить — это еще одна ветвь, но это то же самое.

Вопрос из зала: Андрей Анатольевич, а еще значение «начать выть» есть.

А.А.: Взвыть.

Вопрос из зала: Нет, «начать быть». Он стал

А.А.: А, ну конечно! Но я же говорю, это другое значение, «превратиться». «Начать быть» — «превратиться». Он стал кем-то или он стал что-то делать — это я пока оставил в стороне, хотя оно выводимо из основного значения; ясно, что основное индоевропейское значение — «стоять». Но есть загадочные вещи…

(Реплика из зала: Может быть, не к месту, но это насчет свиньи. У Макара есть версия, что это от того, что ее едят с вином.

А.А.: Ну, замечательно! Это такая хорошая любительская лингвистика.)

Оказывается, что я сейчас перечислил простые случаи, а есть несколько случаев хитрее. Смотрите: приставок еще остается штук пять, из них остальные — это тяжелые случаи. Но их всё же можно объяснить. Я вам их сейчас перечислю.

Застать — это стать за спиной, когда что-то происходит не очень хорошее, такое, что не собираются показывать. Оказывается, кто-то за-стал (показывает за спину): встал за спиной. Так что застать — это наполовину понятная вещь. Есть хуже. Настать — настало лето

Реплика из зала: Наскочить?

А.А.: Да, это образ такой медвежьей лапы — когда что-то наступило на тебя. Говорят наступила весна и настала весна — встала сверху. Тут тоже при некотором напряжении можно уловить, откуда такое на. И наконец, три совсем непростые: устать, достать и перестать. Я займусь самым трудным из них, а именно глаголом перестать. Как перестать может получиться в нынешнем значении?

Реплика из зала: Но я прервал действие…

Реплика из зала (Саша Иткин): Вот я стоял на каком-то одном месте, потом встал на другое. Мне говорят: Перестань! — «перейди на другое место и стой там, не делай этого».

А.А.: Да, вполне правильно. Идея именно такая: встань на другое место, совершенно точно. Как перейди, перемени и прочее. Пере-, которое означает «измени то, что есть сейчас». Не так просто дойти до нынешнего значения, но очень помогает древнерусский язык. Совершенно другое управление имел глагол перестать, хотя смысл был близкий. Например, перестань плакать. Идея по-русски кажется очень естественной: берется глагол перестать и прямое указание, что именно перестать. Оказывается, однако, что совершенно регулярно древнерусский человек говорил не так. Когда он хотел выразить эту идею, он говорил: перестань от плача. То есть отчетливо выступало физическое движение: не стой при плаче, перемени позицию, отойди от этого плача. И вот такие примеры совершенно замечательные, я посмотрел в древнерусском первые примерно тридцать примеров: некто перестал от рати — ушел с боя, а некто перестал от живота.

Реплика из зала (Ю.М. Силинг и др.): Преставился?

А.А.: Преставился! Абсолютно точно, совершенно верно. Дальше, например, такой совершенно постоянный призыв: перестаньте от своих скверных дел! И, скажем, такой афоризм из «Пчелы»: Се вопросим о пьянице: как бы мог перестать от питья? (имелось два варианта — перестать и престать, но это нам уже несущественно, это одно и то же). И так далее.

Реплика из зала (Саша Иткин): Но можно даже в современном русском языке найти какую-то аналогию: скажем, переехать в значении «с места на место». Перейти даже с места на место.

А.А.: Ну конечно, да, именно это.

(Вопрос из зала: А к этому —ст статистика относится?

А.А.: Статистика относится, только далеким образом: не через русский язык, а через греческий и латынь. Корень тот же самый. Так что ты прав.)

Дальше развитие такое, что меняется управление, причем начинает меняться уже в древнерусском: используется не только сочетание от чего (перестать от чего), но и родительный падеж в значении отделительного: и молился им, да престанут злого устремления, где злого устремления — то же, что от злого устремления. То есть от становится уже необязательным: аще не перестанете хваления. А дальше один шаг остается: если не перестанете хвалить, который совершается уже в близкое к нам время.

Тем самым такой семантически непрозрачный глагол, как перестать, абстрактного значения, оказывается объяснимым в таком ключе.

Вопрос из зала (А.Н. Барулин): А устать — это значит «прийти в состояние стояния»?..

А.А.: Я не собирался говорить про устать, но если вы хотите, то устать — это семантика приставки у-. Для того чтобы понимать семантику приставки у-, надо напомнить, где она фигурирует: убить, упасть, уложить, умертвить, уязвить и т. д. Это приставка плохого воздействия, которая первоначально имеет в виду падение на землю. Потому что у— — это… (в зале грохот падающего стула, все смеются.

А.А.: Надеюсь, что там опасность миновала.) Буквально это что-то вроде «стать вниз», то есть вместо бодрого стояния полностью оказаться где-то внизу. Тогда устать — это перейти в такое состояние, которое определяется этой жалостной приставкой у-.

Последнее: достать, если вам интересно. Достать хорошо проявляется в случаях типа достать до потолка. Вообще говоря, можно физически представить: кто-то на табуретку встает; встал — и достал до потолка, достал до того, что… Поэтому достать, вообще говоря, тоже объясняется. Так что весь этот набор, от самого простого пристать до самого сложного перестать, объясняется при внимательном слежении за переходами.

Реплика из зала (Саша Иткин): Насчет устать: есть же в русском языке такой глагол, как уходился — я совсем уже уходился, например.

А.А.: Да, правильно.

Реплика из зала (Саша Иткин): Я стоял — Я совсем уже «устоял», больше не могу стоять.

А.А.: Ну, это примерный круг ассоциаций; это, конечно, работает не так буквально, но, конечно, вы правы, да.

Ну и, пожалуй, расскажу вам еще свою версию того, что произошло с загадочным глаголом забыть. За + быть. Подумайте и удивитесь: почему сочетание этих двух идей может означать то, что оно означает?

Реплики из зала: Он был, а потом закрылся чем-то. Стеной заслонился. Сначала была память, а потом она закрылась.

А.А.: Да, примерное направление мысли такое, в самом общем виде согласен. Немножко аккуратнее посмотрим, как в случае с приставкой у-, что вообще эта приставка делает. У приставки за— можно набрать добрые 15 значений, так что я не буду вдаваться в остальные, а займусь только одним значением за-, довольно конкретным, которое мы можем обозначить как «губительное» значение. Если взять глаголы, в которых уже есть готовое значение «губить», то они прекрасно сочетаются с за-: загубить, запороть, задушить, зарубить, закусать, застрелить — тут всё очень прозрачно, потому что сам глагол уже это всё выражает, хотя и не настолько в общем виде. (По-русски убить закрепилось с приставкой у-, которая направляет действие книзу, а по-польски zabić использует как раз это за-, которое значит «убить», так что при таких «губительных» глаголах, как бить, эти приставки могут конкурировать.)

Реплика из зала (Саша Иткин): Но «забить» ведь тоже есть.

А.А.: Тоже есть, да. В более техническом значении.

Поэтому сочетание с глаголами губительными еще ничего не доказывает: очень может быть, что это губительный глагол сам по себе. Но оказывается, что это значение прекрасно появляется и в глаголах совершенно не губительных, а в этом отношении вполне невинных и нейтральных. Например…

Реплика из зала: Заиграть.

А.А.: Заиграть, совершенно верно. А как вы понимаете заиграть?

Реплика из зала: Заиграть — забрать себе, своровать.

А.А.: Заиграно — это ведь из жаргона бильярдистов, когда ложный удар, произошел спор, — «Он не имел права так бить!» — но, тем не менее, игра продолжалась — заиграно, всё. А дальше можно заиграть книгу и т. д.

Реплика из зала (Саша Иткин): Зачитать обычно.

А.А.: Совершенно верно, книга обычно зачитывается. Зачитать — это ровно то же самое. Общее состоит в следующем: производя это действие, предмет погубить, потерять, уничтожить или испортить.

Реплика из зала (Саша Иткин): Зажечь.

А.А.: Нет, зажечь — я думаю, что здесь просто начинательное за-, другое.

Ездить — сам по себе глагол нейтральный, но если что-то заезжено, то очевидно, что оно испорчено этим действием, которое само по себе не является вредоносным, а просто такое сочетание обстоятельств: от того, что этого действия было слишком много, оказался дурной результат.

Реплика из зала (И.Б. Иткин): Загнать лошадь — тоже?

А.А.: Конечно! Гнать лошадь можно, а загнать — значит довести ее до того, что она падет в конце концов.

Реплика из зала (А.Н. Барулин): Задолбать.

А.А.: Нет, задолбать — это первый вариант, это как зарубить. Долбать — это же дурное действие.

Реплика из зала (Саша Иткин): Не обязательно… (общий смех).

А.А.: Ну, хорошо. Есть еще такой страшный глагол — заспать ребенка, где спать само по себе нейтральное действие…

Реплика из зала (Т.В. Заболотская): Интересно, что почти все глаголы переходные, а в случае заездить изначально ездить был непереходный. А вот с приставкой за— он стал переходный.

А.А.: Примеры есть и для переходных, и для непереходных. Я пока что даю самые яркие примеры непереходных. А переходных еще больше, я их сейчас тоже приведу. Но давайте все-таки продолжим.

Замечательный есть старый глагол, который сейчас вы, наверное, уже не знаете, но который легко найти в словаре Даля: зажить. Не в том значении, как заживает рана, хотя там тоже имеется некоторый оттенок этого, но это не чистый случай, а зажить что?. Зажить долг — когда человек поступал в батраки к своему заимодавцу, жил у него, работая у него, и на протяжении года, или двух лет, или семи лет, как по Библии, заживал этот долг. Это называлось зажить долг. И в этом же значении употреблялось заработать долг, то есть работой его погасить — в точности то же значение. Ну и, конечно, глаголы типа замолчать что-нибудь, заговорить кого-нибудь, заболтать дело… Болтать, правда, тоже не очень хороший…

Вопрос из зала: А зашить?

А.А.: Зашить — это закрыть, это еще одно значение. Я уже сказал, что 15 значений у за— я вам гарантирую, хоть я и не специалист. Так что просто приводить глаголы, где за значит что-то еще, — это совершенно элементарная задача: берете словарь на з— — и там 90% глаголов будут с другими значениями. Это довольно тонкое значение, оно часто даже не выделяется в обычных описаниях…

Вопрос из зала (Саша Иткин): Но затянуть какой-нибудь судебный процесс можно?

А.А.: Здесь в слове тянуть содержится основное значение того, что происходит.

Вопрос из зала (Е.Б. Феклистова): А засудить?

А.А.: Засудить — да, но по-русски само судить — отрицательный глагол.

Е.Б. Феклистова: Ну, в общем, да… (Звонко смеется.)

А.А.: Конечно, всё это имеет отношение, но просто когда сам глагол такой, то это не ярко выражено…

Вопрос из зала: А запустить болезнь, например?

А.А.: Да. Да. Да. На самом деле много. Некоторые — совсем ярко, некоторые — лишь приблизительно. Я приводил примеры непереходных глаголов, которые особенно интересны нам, но переходных сколько угодно: зачитать книгу, заносить, заношенное белье, затасканное, застиранное — это всё из этого ряда, верно? Замечательно, что есть один глагол просто хороший, который от этого за- превращается в свою противоположность… Но не знаю, знаете ли вы это употребление: заберечь ногу, допустим. Не знаете?

Реплика из зала (И.Б. Иткин): Залечить бывает.

А.А.: Да, залечить, совершенно верно. Залечить — значит погубить лечением, а заберечь ногу — беречь ее так, что она отнимется. Сперва врач говорит, вы не очень-то ходи́те, потому что ногу надо беречь, и вот я ее берегу, берегу… и заберегли. Это тоже Даль, можете убедиться.

Реплика из зала: А залить соседей?

А.А.: Да, тут есть некоторый элемент дурного действия. (Общий смех.) Не говоря о том, что можно закормить, заласкать и т. д. Везде имеется устойчивое общее: испортить, или погубить, или уничтожить, производя действие, само по себе нейтральное.

Теперь нам остается один шаг: что такое забыть? Это путем бытия достичь того, что что-то уничтожится. А что именно — будет сказано: … и забыл свое прошлое; я забыл такого-то человека. Нужно некоторое напряжение мысли, но, тем не менее, вы видите, что это совершенно то же самое, как можно зажить долг, как можно заездить… что?..

Реплика из зала (Саша Иткин):грампластинку!

А.А.: Да, грампластинку.

Реплика из зала (А.Н. Барулин): Все-таки к памяти это имеет сомнительное отношение?

А.А.: Нет, в памяти что-то сделать. Уничтожать что-то в памяти — это понятная абстракция.

А.Н. Барулин: Нет, почему память может иметь отношение к лицам?

А.А.: Нет, у лиц просто нечто забывается как функция от времени. От того, сколько человек просуществовал.

А.Н. Барулин: Я так понял, что забыть в этом значении означает, что вы как-то уничтожили в реальном мире — не как в памяти…

А.А.: Ну, а откуда известно, в чем именно уничтожили? Это же контекстная вещь. Нет, это заранее вы не знаете, в чем уничтожили.

Ну вот, собственно, и всё — примеров у меня еще много, но я думаю, что достаточно.

Фотографии Марии Владимировны Возлинской (школа «Муми-тролль»).

См. также другие лекции А. А. Зализняка в школе «Муми-тролль»:
1) Некоторые проблемы порядка слов в истории русского языка, 18.11.2005.
2) Об исторической лингвистике, 12.12.2008.
3) Об исторической лингвистике (продолжение), 05.02.2010.
4) О языке древней Индии, 11.02.2011.
5) Об истории русского языка, 24.02.2012.
6) Языки мира: арабский, 11.02.2013.
7) Из русского ударения, 17.02.2014.
8) Из рассказов о берестяных грамотах, 13.02.2015.

Диктанты для 3 класса с заданиями

Первые цветы

Я очень люблю свой родной край. Особенно ранней весной. Ласковое солнышко льёт на землю тёплые весенние лучи. Кругом появляются первые прекрасные цветы. Девочки лю­бят собирать их в пышные букеты и плести венки. В следую­щем году вырастут новые цветы. Они будут радовать нас своей красотой. (44 слова)

Слова для справок: очень, особенно, появляются, венки, следующем.

Грамматические задания:

  1. Выполните разбор третьего предложения.
  2. Выпишите словосочетания с именами прилагательными из первого и второго предложений. Укажите число, род имён прилагательных.
  3. Выполните звуко-буквенный разбор слова льёт.

 

Дождь

Дождя пока нет. Небо ещё не затянуто тучами. Но кругом слышно нежное дыхание влаги.

И вот начинают падать первые капли. Они оставляют тём­ные крапинки на пыльных дорогах и крышах.

Потом дождь расходится. Возникает чудесный прохлад­ный запах земли. Кругом слышен мерный стук дождевых ка­пель по тесовым крышам. (46 слов)

Слова для справок: ещё, потом, расходится, возникает.

Грамматические задания:

  1. Найдите в тексте и подчеркните волнистой линией име­на прилагательные. Поставьте знак ударения.
  2.  Подберите и запишите антонимы к выделенным именам прилагательным.
  3.  Выпишите из текста имя прилагательное в форме ед. ч., ср. р. вместе с именем существительным, к которому оно отно­сится.

 

Ветреница

Даже при слабом ветре качаются на тоненьких стебельках беленькие цветочки. Поэтому растение и назвали ветреницей. Она очень капризная. Как только небо нахмурится или собе­рётся дождь, тут же цветки закрываются. Но стоит показать­ся первым лучам ласкового солнышка, цветочки снова ожи­вают. Они начинают кивать своими маленькими головками лёгкому ветерку. (47 слов)

Слова для справок: даже, ветреницей, поэтому, очень.

Грамматические задания:

  1. Укажите известные вам части речи в пятом предложении.
  2. Выпишите словосочетания с именами прилагательными из первого предложения. Укажите число, род имён прилага­тельных.
  3. Напишите синонимы к прилагательному ласковое (сол­нышко).

 

Заря

Над зарослями деревенского сада разливалась прозрачная лёгкая синева. В этот час низко над самой землёй пылала ут­ренняя звезда. Воздух был чист, как родниковая вода.

На заре трава покрылась росой.

Светало быстро. В тёплом доме тишина, сумрак. Но вот на бревенчатые стены легли квадраты оранжевого света. Всхо­дило солнце. (47 слов)

Слово для справки: (над) зарослями.

Грамматические задания:

  1. Найдите в тексте имена прилагательные и подчеркните их волнистой линией.
  2. Укажите число и род имён прилагательных в первом предложении.
  3. Образуйте от слова солнце имя прилагательное в форме ед. ч. ж. р.

 

Мастерица

Ранним вечером над деревней нависла тяжёлая туча. По­дул ледяной ветер. По улицам пошла гулять седая вьюга. Рез­вая позёмка легко заметала дорожки и узкие тропинки. Сне­говые волны пушистым одеялом укрывали дома и дворы.

К утру метель улеглась. Поздний зимний рассвет озарил окрестность. Сотканный вьюгой снежный ковёр вспыхнул разноцветными искрами. (48 слов)

Грамматические задания:

  1. Выпишите из текста по два словосочетания:
    а) сущ. м.р. + прил.;
    б) сущ. ж.р. + прил.
  2. Обозначьте род имён прилагательных.
  3. Разберите по составу в четвёртом и пятом предложениях все имена прилагательные.
  4. Выполните разбор первого предложения.

Поздняя осень

Поздняя осень. По серому небу плывут низкие облака. Воздух морозен и свеж. Деревья сбросили свой разноцветный наряд. В природе закончился красочный карнавал. Только ели да сосны щеголяют в зелёных платьях. На земле лежит побелевшая от мороза листва. На неё садятся редкие белые мушки. Это снег. Природа готова к приходу зимы. (50 слов)

Слово для справки: щеголяют.

Грамматические задания:

  1. Выпишите пятое предложение и дайте его характери­стику.
  2. Разберите слова разноцветный (наряд), редкие (муш­ки ) как части речи.
  3. Выпишите два слова с парным согласным и два слова проверяемым безударным гласным в корне. Запишите прове­рочные слова.

 

Поход

Однажды летом мы с классом отправились в поход. По­следние дни похода оказались грозовыми. Ближние леса и холмы стали туманными. Всюду были слышны раскаты гро­ма. Кругом потемнело. Моросил редкий дождь. Сверкали яр­кие молнии. Часто налетал вихрь. Он ломал сучья деревьев и кустов, срывал и уносил листья. Мелкий дождик перерастал в сильный ливень. (51 слово)

Слова для справок: всюду, моросил, перерастал.

Грамматические задания:

  1. Выпишите из текста формы одного слова. Выделите окончания.
  2. Найдите в тексте имена прилагательные в форме м. р., подчеркните их волнистой линией.
  3. Выпишите из последнего предложения словосочетания с вопросами.

 

Ранняя весна

Ранней весной в огороде началась дружная работа. Снача­ла мы убрали мусор и старую листву с участка. Затем вскопа­ли землю, она стала мягкой. Разделили участок на грядки и посеяли семена овощей. Скоро появится молодая нежная зе­лень. Осенью мы соберём урожай. В корзины положим сочную оранжевую морковь, большую красную свёклу, круглую жёл­тую репу. (51 слово)

Слова для справок: сначала, затем, скоро.

Грамматические задания:

  1. Выпишите из первого предложения имена прилагатель­ные, разберите их по составу.
  2. Выпишите из последнего предложения имена прилага­тельные вместе с именами существительными, к которым они относятся. Напишите в скобках вопросы.
  3. Выпишите из текста два-три слова с парным согласным в корне, запишите проверочные слова.

 

Заяц

Закончилась дождливая холодная осень. Пришла студёная зима. Реку сковал лёд. Снег укрыл землю белым покрывалом. Деревья стоят в зимних шапках.

В светлое время суток заяц прячется в своём укромном ло­гове. Выходит он из укрытия только вечером. Всю ночь зай­чик ищет себе пищу.

В лесу у ушастого много врагов. Часто его спасают быстрые ноги. (53 слова)

Слова для справок: только, всю, часто.

Грамматические задания:

  1. Найдите в первой части текста имена прилагательные, укажите число и род.
  2. Найдите в тексте имена прилагательные-синонимы. Подчеркните их.
  3. Подберите антонимы к словам: холодный, светлый, бы­стрый.

 

Летний луг

Чудесный летний денёк! Мы с мамой пошли гулять на луг. Сколько здесь цветов! Словно маленькие лучистые солнышки, белеют ромашки. Яркими искрами в траве алеют нежные гвоздички. От лёгкого дуновения тёплого ветерка склоняются лиловые колокольчики. В пёстрый ковёр луга вплетены жёл­тые звёздочки лапчатки, скромные вьюнки, голубые незабуд­ки. Какое удивительное разнотравье! Какой замечательный букет ароматов! (53 слова)

Грамматические задания:

  1. Обозначьте род имён прилагательных в восклицатель­ных предложениях.
  2. Разберите по составу все имена прилагательные в чет­вёртом и пятом предложениях.
  3. Выполните разбор шестого предложения.

 

Зима

В декабрьские дни установился прочный снежный покров. Сильные морозы сковали реку. Лесных жителей чаще сейчас можно увидеть в ельнике. Там меньше снега. В глубокий зим­ний сон погрузились деревья.

Тихо и в подводном мире. Солнечные лучи не проходят сквозь толстый слой льда и снега. Рыба прячется в мягком иле речного дна. Природа спит до весны. (54 слова)

Слова для справок: чаще, сейчас, сквозь.

Грамматические задания:

  1. Запишите выделенные имена прилагательные в форме множественного числа.
  2. Выпишите из первого предложения имена существи­тельные с именами прилагательными, в скобках запишите вопросы. Укажите число и род имён прилагательных.
  3. Имена прилагательные (в) подводном и речного разбе­рите по составу.

 

Африканский великан

На широких просторах Африки живёт самое высокое живот­ное на Земле — жираф. У него сильные ноги, маленькая узкая голова и очень длинная шея. Чуткие уши жирафа слышат даже слабые шорохи. Пятнистая окраска помогает животному пря­таться от хищников среди листвы деревьев. При необходимости жираф защищается мощными ударами копыт и головы. Бегу­щий жираф может обогнать даже лошадь. (54 слова)

Грамматические задания:

  1. Выпишите из текста по два словосочетания:

а) сущ. (ед. ч.) + прил.;

б) сущ. (мн. ч.) + прил.

  1. Обозначьте число имён прилагательных.
  2. Разберите по составу все имена прилагательные во вто­ром и третьем предложениях.
  3.  Образуйте от данных имён существительных имена прилагательные в форме ж. р. Запишите.
  4. Подчеркните одина­ковую орфограмму во всех именах прилагательных.
  5. Звезда, счастье, гигант, капуста, грусть.

 

Ель

Ель — удивительное вечнозелёное дерево. Много лет про­ходит, чтобы выросла высокая лесная красавица.

Темно в еловом лесу. Мохнатые лапы почти не пропускают свет. На земле лежит густой ковёр из мхов, кустиков черники. Шишки у ёлки длинные и узкие. В них семена с крылышка­ми. Шишками любят лакомиться проворные белки, дятлы, клесты. Из крепкой древесины ели делают музыкальные ин­струменты. (56 слов)

Слово для справки: выросли.

Грамматические задания:

  1. Найдите в тексте имена прилагательные, выделите окончания. Укажите число, род, падеж.
  2. Образуйте от имён существительных имена прилага­тельные.
  3. Место, радость, звезда, вкус, интерес.
  4. Выполните звуко-буквенный разбор слова ёлка.

 

Родина

Велика и прекрасна Россия! Границы нашей необъятной страны проходят по высоким горным хребтам, плоским рав­нинам, песчаным пустыням, дремучим лесам. Родина наша богата великими реками, глубокими озёрами, обширными равнинами. Страну украшают бескрайние просторы плодо­родных полей и чудесных лугов. А сколько у нас лесов! Ле­са — это наше богатство. В них можно встретить много полез­ных растений и редких животных. (56 слов)

Слова для справок: богата, сколько.

Грамматические задания:

  1. Дайте характеристику первого предложения по цели высказывания и интонации.
  2. Найдите имена прилагательные во втором предложе­нии. Укажите число и род.
  3. Выполните разбор четвёртого предложения.

 

Букет для мамы

В яркий солнечный день Лёва со своим младшим братом Ильёй пошли гулять на луг. Там они собрали красивый букет из цветов для мамы. В нём белый и красный клевер, нежные голубые колокольчики, белые ромашки с жёлтым солнышком в середине. На краю берёзовой посадки мальчики нашли си­ние васильки. Илья принёс букет домой. Лёва поставил его в кувшин. (56 слов)

Слово для справки: его.

Грамматические задания:

  1. Выполните разбор последнего предложения.
  2. Подберите к имени прилагательному яркий подходящие по смыслу имена существительные ж. р., ср. р. и м.р.
  3. Найдите в третьем предложении имена прилагательные. Укажите число и род.

 

В роще

Закончился снегопад. Мы с Артёмом взяли лыжи и отпра­вились в соседнюю рощу. Здесь было удивительно тихо и очень красиво. Молодые берёзки стояли в пушистых шубках и кружевных платочках. Под тёплым белым одеялом спали светлые опушки. Вот на ветку села маленькая синичка. Но её тонкий свист не нарушил зимний сон природы. Далеко ещё до тёплых весенних деньков. (56 слов)

Грамматические задания:

  1. Выпишите из текста два-три имени прилагательных, в ко­торых букв меньше, чем звуков. Рядом с каждым выписанным прилагательным в скобках обозначьте количество звуков и букв.
  2. Укажите, какими частями речи являются слова пятого предложения.
  3. Образуйте от имени существительного веселье имена прилагательные в форме м. р., ж. р. и ср. р. Составьте с ними словосочетания.

 

Родной простор

Рано утром мы с мамой вышли погулять. Роса на траве уже высохла. Лёгкий ветерок был ласков и свеж.

За окраиной села перед нами привольно и широко раски­нулось поле. Тяжёлые колосья пшеницы налились золотыми зёрнами. Среди солнечной желтизны спелых хлебов голубыми искрами мелькали васильки. Высоко в безоблачном небе с ве­сёлым писком носились ласточки.

Безмятежное счастье наполняло всё вокруг. (57 слов)

Грамматические задания:

  1. Выпишите из пятого и шестого предложений словосоче­тания сущ. + прил. Поставьте их в форму именительного па­дежа единственного числа. Обозначьте род имён прилагатель­ных, выделите окончания.
  2. Разберите по составу данные имена прилагательные: звонкий, золотистая, зимняя, жёлтенький.
  3. Запишите несколько однокоренных слов с корнем -зелен-.

 

За малиной

Было раннее летнее утро. Над сонной рекой клубился ту­ман. На зелёной траве прозрачными каплями блестела роса.

С восходом солнца бабушка повела внучат за лесной мали­ной. Яркие огоньки спелых ягод красовались на кустах. Только колючие ветки не спешили отдавать детям душистое лакомство. Ребята собирали ягоды ловко, но осторожно.

Скоро бабушкино лукошко и кувшин у внучат были полны малины. Пора домой. (59 слов)

Слово для справки: собирали.

Грамматические задания:

  1. Выпишите из первого абзаца словосочетания сущ. (ед. ч.) + прил. Обозначьте род имён прилагательных, выдели­те окончания.
  2. Выполните разбор пятого предложения.
  3. Составьте и напишите словосочетания сущ. + прил. со словами кофе, пальто. Укажите род имён прилагательных, выделите окончания.

 

В лесу

Рассвет осветил деревню розовым светом. На небе погасли яркие звёзды. Первые лучи солнца заиграли на макушках де­ревьев. С реки подул свежий ветерок. На осинках задрожали листочки. На траве засверкала серебристая роса. В густой зе­лени деревьев послышались звонкие трели птиц.

Хорошо идти по лесной тропинке. Под ногами лежат длинные тени. Тихо вокруг. Только где-то вдалеке слышен стук дятла по стволу старого дерева. (61 слово)

Слова для справок: вокруг, где-то, вдалеке.

Грамматические задания:

  1. Подберите к имени прилагательному свежий подходя­щие по смыслу имена существительные ж. р., ср. р. и м. р.
  2. Подчеркните грамматическую основу в первом предло­жении. Укажите части речи. Выпишите словосочетания.
  3. Найдите имена прилагательные во второй части текста. Укажите число и род.

Экзаменнационный материал по русскому языку 10-класс

Экзаменационный материал по русскому языку в 5 В на 2015-2016 уч.год.

Цель : проверить соответствие знаний и умений учащихся государственным стандартам РК.

Содержание работы направленно на выявление уровня развития умении выбора условий для написания:

— безударных гласных в корне слова; постановки знаков препинания:

— согласных в корне слова; -в конце предложения;

— безударных окончаний существительных; -между частями сложного;

— безударных окончаний прилагательных; — между однородными членами.

— чередующихся гласных;

— правописания ь в словах.

Грамматические задания направлены на выявления уровня сформированности практических умений и навыков:

-умение подобрать проверочные слова к словам с безударной гласной, с согласным в слабой позиции;

-морфологический разбор самостоятельных частей речи;

-умение разбирать слова по составу;

-умение делать синтаксический разбор ;

-составлять сложное предложение.

Коротка летняя ночь на севере тундры.

В мае ещё в воздухе вьются снежинки, бушуют буйные ветры по бескрайним просторам. Потом вдруг проясняется небо, тает снег, начинают оживать и цвести первые растения.

В это время сюда возвращаются птицы. Тундра — родина этих птиц. На берегах светлых озёр они строят свои гнёзда. Здесь они могут спокойно отложить яйца, выкормить птенцов и не беспокоиться о пище. Мошки и комары сами лезут им в рот!

Быстро проходит летняя пора. Птенцы вырастают и отправляются за далёкие горы, леса и моря. Весной они опять вернуться сюда.

Наступает день, когда солнце не поднимается из-за горизонта. Теперь его не увидишь до весны. Долгая полярная ночь простирается над необъятными просторами тундры, и только синие сумерки освещают землю.

Грамматические задания.

1.Сделать фонетический разбор:

1вар.-Оживают 2вар.-Тает

2.Разобрать по составу:

1вар.-Проходит 2вар.-Освещают

3.Сделать морфологический разбор:

1вар.-(В) тундре,строят,бескрайнюю(тундру) 2вар.-(В) воздухе,оживают,светлому(озеру)

4.Подобрать синонимы:

1вар.-Буйные ветры 2вар.-Светлых озер

5.Формы слова:

1вар.-Комар 2вар.-Тундра

6.Синтаксический разбор

Первая оценка диктанта

Оценка <5> выставляется на безошибочную. Работу,1/1(негруб)

Оценка <4 >выставляется при наличии в диктанте 2 орфографических и 2 пунктуационных ошибок, или 1/3 или 4/0.Оценка <4> может выставляться при 3 орфографических ошибках, если среди них есть однотипные.

Оценка <3> 4/4,3/5, или 7/0.В 5 классе допускается выставление оценки <3> за диктант при 5/4 или 6/6.

Оценка <2> 7/7, или 6/8, 5/9, 8/6.

Оценка <1> выставляется при большем количестве ошибок.

Приставки и суффиксы | Презентация к уроку по русскому языку (3 класс) на тему:

Тема урока: « Приставки и суффиксы»

Цели: —  познакомить с новыми частями слова – приставкой и суффиксом;

           —  отрабатывать умение образовывать слова с помощью приставки и  суффикса;

           —  сформировать навык разбора слова по составу;

           —  развитие навыков правописания, каллиграфии, произношения, речи;

           —  развитие умений анализировать, делать выводы, отвечать на вопросы учителя;

           —  создать условие для взаимопонимания и взаимодействия обучающихся на уроке.

Оборудование: учебник «Русский язык» — 3 класс, компьютер, слайды, экран.

Тип урока: усвоение новых знаний.

Ход урока

I. Начало урока.

1. Приветствие.

— Здравствуйте, ребята?

— Каково настроение? (Во!)

— Все такого мнения? (Да!)

— Наша дружная… (Ура!)

2. Организационный момент.

 Проверь, дружок,

 Готов ли ты начать урок?

 Всё ли  в порядке:

 Книжка, ручка и тетрадки.

— Кто сегодня в классе дежурный?

— Какое сегодня число? (29 ое октября)

— Какой день недели? (Сегодня пятница)

— Кто отсутствует? (Все в классе)

( Хорошо, спасибо, садись.)

 — Тема нашего сегодняшнего урока-« Приставки и суффиксы».(Слайд 2)   

3. Фонетическая зарядка.

-А теперь, ребята, проверим, у кого из вас самое хорошее произношение?

— Посмотрите на доску. (Шла Саша по шоссе и сосала сушку. Слайд 3) Видите, здесь очень смешная скороговорка про Сашу.

— Ребята, сначала я сама прочитаю.(читает) Вот она  какая смешная.  А теперь я читаю, вы повторяете за мной.( хоровое чтение)

— Ну, кто хочет прочитать скороговорку? Я всех спрошу, только по порядку. Давайте, кто из вас самый смелый?

( Хорошо, спасибо, умница, очень хорошо, мне очень понравился твой ответ, очень полный ответ, хороший ответ, молодец, садись)

1

4. Сообщение о задачах урока.

— А сегодня, ребята, мы отправимся в гости в сказочную страну, где все слова и даже буквы  оживают. Они дружат, ходят друг к другу в гости. Скажу вам по секрету, что некоторых её жителей, вы уже знаете. Это корень (Слайд 4) и окончание (Слайд 4).

— Итак, кто знает, что  такое корень? (Слайд 5, 6 ) 

— А кто скажет мне, что такое окончание? (Слайд 5, 7)  ( Дети отвечают.)

II. Центральная часть урока.

1. Введение определения приставки.

— Вы все, оказывается, хорошо знаете о корне и об окончании.

А сегодня к нам в гости пришли  приставка (Слайд 8) и суффикс (Слайд 8).

 Да, да, вот они все такие смешные.

-Теперь разберём каждого из них. Итак, ребята, посмотрите на слово приставка. На какое слово  она похожа? Что она говорит? ( Ответы детей.) Да, правильно, он пристаёт, пристаёт именно корню. Но приставка она очень гордая и всегда хочет быть впереди. Поэтому всегда, смотрите сюда, вот всегда сидит впереди и никак иначе. Она модница и носит вот такую кепку. (учитель  показывает)

— А теперь скажите мне, вы какие приставки знаете? Ну-ка все поднимаем руки, а я буду записывать на доску. ( пре-, под-, от-, вы-, с-, до-, из-…Ну-ка, подумайте, правильно ли она сказала — если неверный ответ. )

— Молодцы, оказывается, вот столько приставок вы знаете.

 — А теперь, ребята, вы внимательно слушайте меня. Возьмём слово ходить (Слайд 9)     и присоединим его с приставкой. Итак, куда я должна ставить приставку, в конец слова (нет), а может в середину?(нет, вперёд)  Правильно, только вперёд.

— Например, возьмём приставку у-, за-, пере-, вы-, до-.

-Какие новые слова появились?(уходить, заходить, переходить, выходить, доходить)

— А теперь посмотрите на значения этих слов. Одно и то же означают ли они? Почему? ( потому что у них разные приставки)

*Уходить из дома и приходить в школу.

*Заходить проведать бабушку, спросить о её здоровье.

*Переходить через дорогу, улицу.

*Выходить на прогулку.

*Доходить до леса.

— А что мы изменили? Мы изменили только приставку, больше ничего. И по волшебству слова изменили свои значения.

— А теперь откройте страницу 66 и вы увидите правило о приставке. Так, Миляуша, читай. (Слайд 10,11)

-(Итог учителя) Значит, из-за приставок образуются новые слова. Ребята, это правило вы должны выучить хорошо!

2

 2. Первичное закрепление темы.

 — А теперь проверим, насколько вы усвоили эту часть урока. Я читаю слова, а вы определите приставку в этих словах: доплыть, безоблачный,  списать, прибить, проветрить, побелить, заплакать. (Слайд 12)

– Словарная работа: прибить- кагу, сугу. Град прибил рожь — арышны боз сукты. Град – боз. Град побил посевы – игеннәрне боз сукты.

— Прежде чем выполнять  упражнение письменно, делаем массаж рук. 

    Пальцы в го́сти приходи́ли,

   (Хлопки в ладоши.)

   Тук-тук-тук–стуча́ли в дверь.

   (Постукивание по столу

    подушечками пальцев.)

   Только дверь им не открыли.

   Думали, там страшный зверь.

    Откройте по учебнику страницу 67, упр.146.  Ринат, читай задание.

   ( Всем понятно, как нужно сделать?)

   

    —  Встали все, делаем  физкультминутку.

    Если нравится тебе, то делай так

   (2 щелчка пальцами над головой.)

   Если нравится тебе, то делай так

   (2 хлопка в ладоши.)

   Если нравится тебе, то делай так

   (2 хлопка за коленками.)

   Если нравится тебе, то делай так

   (2 притопа ногами.)

   Если нравится тебе, то скажи ты:

   «Хорошо!»

   Если нравится тебе, то другим ты покажи.

   Если нравится тебе, то делай всё.

   (2 щелчка, 2 хлопка, 2 хлопка, 2 притопа.)

 

  — Ребята, я вам буду называть слова с приставками и без приставок. Если услышите слово с приставкой – наклон вправо, а если без приставки, то наклон влево. ( написать, дуть, прыгать, выход, смотреть, задуть, сгореть, писать, поход, делать, дочитать, нарисовать, кричать…)

3. Введение определения суффикса.

— Теперь, ребята, вы знаете  троих неразлучных друзей ( корень – самое главное в стране и его служащие – окончание и приставка). Время пришло познакомиться и с последним героем сказки. Кто это, ребята?  (Слайд 13)   (Дети: суффикс) Молодцы!

— Суффикс – очень хитрый. Он всегда ходит за корнем, то есть за главным. И всегда подлизывается к корню. Суффикс очень любит веселье и никогда не снимает свой праздничный колпачок.

                                                              3        

— Вот интересно, почему нужен суффикс в волшебной стране? Неужели он ходит и только веселится?!

 — Я специально приготовила вам некоторые суффиксы русского языка. Я читаю эти суффиксы, а вы повторяете за мной. (-ушк-, -ик-, -ок-, -ск-, -ист-,     -ость-, -н-, -к-, -тель-)  (Слайд 14)

— Возьмём слово игра и при помощи суффикса -ушк- образуем новое слово. Какое слово получилось?

  Была игра, которую вы любите играть на улице с друзьями, а игрушка – это предмет, который стоит у кого-то на полке, а у кого-то валяется на полу. (ключик, столик;    грибок, кружок;    русский, татарский;    шахматист, хоккеист;   смелость, гордость;    зимний, летний, осенний;    ручка, книжка;   учитель, строитель)                      

 

— А теперь откроем страницу 67, прочитаем правило о суффиксе.  Салават, читай. (Слайд 15, 16)

  — Но суффикс, ребята, не только образует новые слова, но так же вносит какой-либо оттенок  в смысл слова. Этот оттенок называется уменьшительно- ласкательным. То есть, например, когда я называю тебя Альфина, это кажется как просто имя. Прибавляя суффикс, мы получаем  имя Альфинушка. Тебе наверно приятно, когда тебя больше называют Альфинушкой. Вот так: суффикс меняет и смысл слова. (Слайд 17)

 — А теперь посмотрим упр. 147 на стр. 67.( на доску пиши!) (Слайд 18)

 Читает задание Ильнур.

 — Ребята, внимание на экран. В русском языке есть суффиксы, указывающие на детёнышей животных.

     Суффиксы –онок-, -ёнок- : (Слайд 19)

 Тигр – тигрёнок.

 Лиса – лисёнок.

 Орёл – орлёнок.

 Заяц – зайчонок.

 Лось – лосёнок.

     Суффиксы –ат-, — ят- : (Слайд 20)

 Мышата, утята, медвежата.

     Суффиксы -иц-, -их- обозначают самку (ана) животных: (Слайд 21)

 Тигрица,  лисица, орлица,  зайчиха,  лосиха.  

     Суффиксы –ан-, -ян-, -анин, -янин- указывают на местность: (Слайд 22)

 Россия – россиянин,

 Земля – земляне,

 юг – южане,

 город – горожанин.

 — Кроме этих суффиксов есть и суффиксы « дразнилки» -юг-.(Слайд 23)

 Хитрюга,  жаднюга,  зверюга.

  — В конце урока немножко поиграем.  «Игра с приставками» (Слайд 24)

4

 — Я буду называть только приставки, а вы догадайтесь, что нужно сделать.

Представьте, что вы стоите перед домом. Я вам говорю: В-! Что вы сделаете? (Входим в дом.)

  — А если я скажу: У-? (Уходим от дома.)

  — Об-? (Обходим дом.)

  — От-? _Отходим от дома.)

  — Какой же вывод можно сделать из игры? ( В каждой приставке есть свой смысл.)

   — Верно. Поэтому мы и понимали друг друга.

III. Завершающая часть урока.

1. Итоги урока.

– Что мы узнали на уроке?

– С какими героями познакомились? (Слайд 25)

– Что такое приставка?

– Для чего она нужна?

– Что такое суффикс?

– И он для чего нужен?

2. Дом. зад. Упр. 149 на стр.68. Объясняю дом.зад.

3. Оценки.

Вы были сегодня очень активными на уроке. Некоторым из вас я сегодня поставила оценки: « 4» и «5»

4. Прощание с учениками.

– Встали, ребята.

—  Урок окончен, можете выйти.

               

5

Морфологический разбор слова — русский язык, уроки

Морфологический разбор предлога

Ход урока

1. Мобилизующий этап

  1. Как я берег, как я лелеял младость

Моих цветов заветных, дорогих;

Казалось мне, (в) них расцветала радость;

Казалось мне, любовь дышала (в) них.

(И. Мятлев)

  1. Это башня ярости и славы,

Где (к) копью приставлено копье,

Где пучки цветов, кровавоглавы,

Прямо (в) сердце врезаны мое.

(Н. Заболоцкий)

  1. Гой вы цветики мои

Цветики степные!

Что глядите (на) меня,

Темно-голубые?

(А. Толстой)

Справка: колокольчики, розы, чертополох.

Учитель. Прочитайте четверостишия разных поэтов. Ска­жите, что их объединяет?

Это четверостишия о цветах.

В каждом четверостишии есть предлог.

Учитель. Прочитайте слова в справке. Сформулируйте за­дание к этому упражнению.

Надо определить, о каком цветке говорится в каждом четверостишии.

Учащиеся в совместной с учителем работе выполняют за­дание. Правильный ответ: в первом четверостишии речь идет о розах, во втором — о чертополохе, в третьем — о ко­локольчиках.

2. Формулирование учащимися темы и цели урока

Учитель. Расскажите о написании предлогов в данных четверостишиях, объединив их по группам в зависимости от частей речи, к которым они относятся.

Учащиеся выполняют задание.

Учитель. Сформулируйте тему сегодняшнего урока, учитывая следующее: 1) часть речи, которая есть в каждой названной вами синтаксеме; 2) лингвистический процесс, во время которого указываются основные морфологические и синтаксические признаки любой части речи.

В каждой синтаксеме были предлоги. Основные морфо­логические и синтаксические признаки любой части речи указываются во время их морфологического разбора. Зна­чит, тема сегодняшнего урока: Морфологический разбор предлога.

Тему урока учитель записывает на доске.
Учитель. Отталкиваясь от темы и используя опорные слова, сформулируйте цель урока.
Цель: * повторить … … … …;

  • познакомиться с … … … …;

  • учиться … … … … .

Цель урока: повторить изученный материал о предлоге; познакомиться с порядком морфологического разбора пред­лога; учиться делать морфологический разбор предлога.

3. Повторение изученного о предлоге

Учитель. Приступим к работе по первой части поставлен­ной цели. Вспомним изученное о предлоге. Эту работу про­ведем по вариантам. Учащиеся, работающие по первому варианту, задают вопросы, работающие по второму вариан­ту, отвечают на них. Для формулировки вопросов необходи­мо использовать данные слова:

Вопрос 1: предлог

Вопрос 2: отношения ….

Вопрос 3: группы

Вопрос 4: группы

Учащиеся организуют и проводят беседу. Вариант ее во­просов:

  1. Что такое предлог?

  1. Какие смысловые отношения могут выражать пред­логи?

  1. Какие существуют группы предлогов в зависимости от их образования?

  2. Какие существуют группы предлогов в зависимости от их состава?

Учитель. Для какого вопроса не было опорных слов, но желательно, чтобы он прозвучал?

Учащиеся формулируют вопросы. Ожидаемый вопрос: Что общего имеет предлог с наречием и деепричастием? Если этот вопрос не зададут учащиеся, его должен озвучить учитель.

4. Изучение нового материала

Учащиеся знакомятся с планом и образцом разбора, са­мостоятельно работая с учебником.

5. Закрепление изученного

Упражнение 1

Учитель. Для морфологического разбора мы используем предлог, который находится в предложении с обращением. Назовите это предложение, выделите в нем обращение и предлог.

Учащиеся выполняют задание, делают морфологический разбор предлога на, комментируя свои действия и пользу­ясь учебником. Повторяют по памяти порядок морфоло­гического разбора предлога.

Упражнение 2

Учитель. Теперь мы проведем морфологический разбор предлога, который в одном из четверостиший относится к имени существительному. Оно стоит в дательном падеже.

Учащиеся работают с синтаксемой к копью, осуществля­ют морфологический разбор предлога к.

Упражнение 3

По цветам можно узнавать время.

В Болгарии варят варенье из лепестков роз в Румынии — из лепестков кувшинки в России и Америке — из соцветий одуванчиков в Китае готовят молочный суп из лилии в Ин­дии делают компот из цветков банана.

Около шести часов открывает синий глазок колоколь­чик к восьми часам распускается белая лилия ближе к вече­ру оживают душистый табак и луговая дрема.

В ряде стран в течение многих лет цветы употребляют в пищу.

В разных целях используются цветы в жизни людей.

[Общий тезис].

[ Первое доказательство = первый частный тезис].

[ Второе доказательство = второй частный тезис].

[Доказательство к первому частному тезису].

[Доказательство ко второму частному тезису].

Учитель. Продолжим разговор о предлоге и о цветах. Про­читайте предложения. Рассмотрите данную к ним схему. Сформулируйте задание к упражнению.

Надо расположить данные предложения в соответствии со схемой. Сначала найти общий тезис. Затем первое дока­зательство к нему, которое в то же время является первым частным тезисом. После этого подобрать доказательст­во к первому частному тезису. Далее такую же работу про­делать со вторым доказательством. В двух предложениях вставить пропущенные знаки препинания.

Коллективно проводится устный вариант работы. После этого учащиеся пишут текст, вставляют пропущенные знаки препинания и проверяют работу.

Учитель. Назовите предлог, который можно выделить по нескольким признакам одновременно.

Можно выделить предлог в течение. Он производный, со­ставной, остальные непроизводные, простые. В нем звуков больше, чем букв. В остальных предлогах одинаковое коли­чество звуков и букв.

Учитель. Сделайте морфологический разбор предлога в течение.

Учащиеся выполняют задание без использования учеб­ника.

Учитель. Назовите слова с орфограммами, которых нет в предложении, представляем общий тезис, предваритель­но сгруппировав их.

Учащиеся выполняют задание.

»

Упражнение 4

В Древней Греции цветок кувшинки был символом кра­соты и красноречия.

Наши предки с помощью семян кувшинки успокаивали нервы, боролись с судорогами и головокружением, отваром цветков лечили зубную боль.

Славяне приписывали кувшинке таинственные свойст­ва защищавшие путешественников от бед и опасностей, из-за чего это растение получило название одолень-трава.

У многих народов сохранились предания и легенды связан­ные с водяной лилией — кувшинкой.

Учитель. А теперь поговорим об одном, весьма известном цветке. Прочитайте предложения. Подумайте, что здесь на­рушено, и сформулируйте задание к упражнению.

Здесь нарушена последовательность записи предложе­ний. Ее надо восстановить и расположить предложения в логической (смысловой) последовательности.

Устно обсуждается вариант расположения предложений.

Учитель. Составьте схему расположения предложений в восстановленном тексте.

Учащиеся выполняют задание в группах. Вариант схемы:

[Тезис].


[Первое доказательство].


[Второе доказательство].


[Третье доказательство].

Учитель. Напишите текст в соответствии со схемой. По­ставьте недостающие знаки препинания.

Учащиеся записывают текст и проверяют его.

Учитель. Морфологический разбор предлогов сделаем по вариантам. По первому варианту работают с предлогом, ко­торый имеется в предложении с причастным оборотом без однородных членов и в предложении с двумя рядами одно­родных членов. По второму варианту работают с предлогом, который находится в предложении с причастным оборотом и однородными членами. В этом предлоге есть парный глу­хой твердый согласный звук. Назовите эти предлоги.

Учащиеся называют предназначенные им для разбора предлоги и обосновывают ответ. По первому варианту рабо­тают с предлогом с, по второму — с предлогом от. Задание выполняется самостоятельно и проверяют работу.

Учитель. Назовите группы слов с орфограммами, которых не было в предыдущем упражнении. Расскажите об их на­писании.

Учащиеся могут рассказать о написании сложных слов, о написании н и нн в суффиксах прилагательных и сущест­вительных, о написании непроизносимой согласной и т. д.

Учитель. Продолжите начатую мной цепочку словами по­следнего текста, учитывая их звуковой и морфемный состав: легенда,…

Учащиеся называют слова, состоящие из корня и окончания и имеющие только звонкие согласные, например боль, нервы.

6. Итог урока

Учитель. Чему мы учились на сегодняшнем уроке? Мы учились выполнять морфологический разбор предлога. Учитель. Расскажите порядок морфологического разбора предлога.

Учащиеся выполняют задание. Обсуждается домашняя работа. Оценивается работа школьников на уроке.

Passing Guide — Латинские для кроликов

Существительные Прилагательные

1) Пол 1) Пол

2) Случай 2) Случай

3) Номер 3) Номер

4) Словарь , Разговор петь) 4) Объясните 1-3 (изменить?

5) Грамматическая функция в предложении 5) Словарь вход

глаголов местоимения

1) Время 1) Пол

2) 2) Case

3) Голос 3) Номер

4) Человек 4) Anecedent

5) Number 5) Грамматическая функция в предложении

6) Основные части

7) * Обосновать бесконечные и подсудуки

Причастия Относительные местоимения

1) Время 1) Пол, номер и корпус

2) Голос 2) Anecedent

3) Гендер 3) Словарь (нет РС.& Gen.)

4) Чехол 4) Грамматическая функция в предложении

5) Номер

6) Освободить 4-6 (что это делает модифицировать?)

7) Основные части глагола

Союзы

   (в основном  et, -que или atque )

Какие две вещи соединяются?

 

Знакомство с ручным редактором регулярных выражений в инструменте синтаксического анализа IDR: часть 1

Новичок в написании регулярных выражений? Без проблем.В этой серии блогов, состоящей из двух частей, мы расскажем об основах регулярных выражений и о том, как писать операторы регулярных выражений (регулярные выражения) для извлечения полей из ваших журналов при использовании пользовательского инструмента синтаксического анализа. Как и в случае с изучением любого нового языка, начало работы может быть самой сложной частью, поэтому мы хотим сделать его максимально простым, чтобы вы могли быстро и беспрепятственно получить максимальную отдачу от этой новой возможности.

Возможность анализировать и визуализировать данные журналов — независимо от того, критичны они для аналитики безопасности или нет — уже некоторое время доступна в InsightIDR .Если вы предпочитаете создавать настраиваемые поля из своих журналов нетехническим способом, вы можете просто перейти к пользовательскому инструменту синтаксического анализа , пройти через мастер инструмента синтаксического анализа, чтобы найти шаг «извлечь поля», и перетащить курсор на данные журнала, которые вы хотите извлечь, чтобы начать определение имен полей.

Следующее руководство даст вам базовые навыки и знания, необходимые для написания правил синтаксического анализа с использованием регулярных выражений.

Что такое регулярные выражения?

В технических приложениях вам иногда нужен способ поиска определенных шаблонов в текстовых строках.Например, допустим, у вас есть следующие строки журнала, которые представляют собой текстовые строки:

  10 мая 12:43:12 SECRETSERVERHOST CEF:0|Thycotic Software|Secret Server|10.9.000002|500|Системный журнал|7|msg= Связаться с сервером не удалось. rt=10 мая 2021 12:43:12
10 мая 12:43:41 SECRETSERVERHOST CEF:0|Thycotic Software|Секретный сервер|10.9.000002|500|Системный журнал|7|msg=Сервер RPC недоступен. rt=10 мая 2021 12:43:41
  

Вам нужно найти часть сообщений в строках журнала, то есть все, что находится между «msg=» и «rt=».С этими двумя строками журнала я мог бы нажать простую кнопку и просто скопировать текст вручную, но очевидно, что этот подход не будет работать, если у меня есть сотни или тысячи строк, из которых мне нужно вытащить поле.

Здесь на помощь приходят регулярные выражения, часто сокращаемые до регулярных выражений. Регулярные выражения позволяют выполнять поиск по тексту в соответствии с шаблонами, такими как «msg=», поэтому вы можете легко извлечь нужный текст.

Как это работает?

У меня есть секрет, которым я хочу поделиться с вами о регулярных выражениях: на самом деле это не так сложно.Если вы хотите изучить его очень глубоко и понять каждую функцию, это история для другого дня. Однако, если вы хотите узнать достаточно, чтобы разобрать некоторые поля и продолжить свою жизнь, эти простые советы помогут вам сделать это.

Прежде чем мы начнем, вам нужно понять, что регулярное выражение имеет некоторые правила, которым необходимо следовать. Лучший образ мышления, чтобы освоить регулярное выражение, по крайней мере, на некоторое время, — это следовать правилам, не беспокоясь о том, почему.

Вот некоторые из основных правил регулярных выражений:

  • Все регулярное выражение заключено в косую черту («/»).
  • Совпадения с образцом начинаются с обратной косой черты («\»).
  • С учетом регистра.
  • Требуется найти соответствие каждому символу искомого текста.
  • Требуется, чтобы вы выучили специальный язык для сопоставления символов.

Специальный язык регулярных выражений определяет соответствие искомого текста. Вам нужно начать сопоставление с образцом с обратной косой черты («\»). После этого вы должны использовать специальный символ для обозначения того, что вы хотите сопоставить.Например, буква или «словный символ» соответствует «\w», а число или «цифровой символ» соответствует «\d».

Если мы хотим сопоставить все символы в строке, например:

cat

Мы можем использовать «\w», так как «\w» соответствует любому «символу слова» или букве, поэтому:

\w\w \w

Соответствует трем символам «c», «a» и «t». Другими словами, первый «\w» соответствует символу «c»; «\w\w» соответствует «ca»; и «\w\w\w» соответствует «кошке».

Как видите, «\w» соответствует любой отдельной букве от «a» до «z», а также соответствует буквам от «A» до «Z».Помните: регулярное выражение чувствительно к регистру.

«\w» также соответствует любому числу. Однако «\w» НЕ соответствует пробелам или другим специальным символам, таким как «-», «:» и т. д. Чтобы соответствовать другим символам, вам нужно использовать их специальные символы регулярных выражений или другие методы, которые мы рассмотрим здесь.

Начало работы с регулярными выражениями

Прежде чем мы продолжим, самое время потратить несколько минут, чтобы найти «шпаргалку» регулярных выражений, которая вам нравится.

У Rapid7 есть один, который вы можете использовать: https://docs.rapid7.com/insightops/regular-expression-search/, , или у вас может быть совершенно другой, который вы предпочитаете. Как бы то ни было, эти руководства помогут вам отслеживать все варианты соответствия.

Пока мы этим занимаемся, давайте также найдем инструмент для тестирования регулярных выражений, который мы можем использовать для проверки нашего регулярного выражения. https://regex101.com/ очень популярен, так как это инструмент и шпаргалка в одном, хотя вы можете найти другой инструмент, который захотите использовать вместо него.

InsightIDR поддерживает версию регулярного выражения под названием RE2, поэтому, если ваш инструмент синтаксического анализа поддерживает вариант Golang/RE2, вы можете выбрать его, чтобы попрактиковаться в конкретном варианте, который использует InsightIDR.

Чтобы следовать за мной, откройте предпочитаемый инструмент для тестирования регулярных выражений. Введите какой-нибудь текст для соответствия и какое-нибудь регулярное выражение, и посмотрите, что произойдет!

Давайте рассмотрим другой способ сопоставления строки «кошка». Вы можете использовать литералы, что означает, что вы просто вводите символ, который хотите сопоставить:

Это означает, что вы буквально хотите сопоставить строку «кошка». Он соответствует «кошке» и ничему другому.

Давайте посмотрим на другой пример. Скажем, мне нужно сопоставить строку:

san-dc01

Как мы видели ранее, вы можете использовать «\w» для сопоставления символов слова.Чтобы сопоставить число, вы можете использовать «\w» или «\d». «\d» будет соответствовать любому числу или «цифре». Однако как вы можете сопоставить «-»?

Дефис («-«) не является символом слова, поэтому «\w» ему не соответствует. В этом случае мы можем сказать регулярному выражению, что хотим сопоставить «-» буквально:

\w\w\w-\w\w\d\d

Существуют и другие варианты. Символ точки или точки («.») в регулярном выражении означает соответствие любому отдельному символу. Это также работает для разбора строки «san-dc01»:

\w\w\w.\w\w\d\d

Хотя это работает, набирать все эти «\w» утомительно. Здесь пригодятся подстановочные знаки, иногда называемые квантификаторами регулярных выражений.

Два самых распространенных:

* соответствует 0 или более символам

+ соответствует 1 или более символам

«\w*» означает «соответствует 0 или более символам слова», а «\w+» означает «соответствует 1 или более словесных символов».

Давайте воспользуемся этими новыми подстановочными знаками для сопоставления с некоторым текстом. Скажем, у нас есть эти две строки:

cat

san-dc01

Мне нужен один шаблон регулярного выражения, который будет соответствовать обеим строкам .Давайте сначала сопоставим «кот». Регулярное выражение, которое мы использовали ранее:

\w\w\w

соответствует строке, поэтому вы можете видеть, что использование этого подстановочного знака тоже будет работать:

\w+

Теперь давайте посмотрим на соответствие «san-dc01». . Я могу использовать это:

\w+-\w+

Это означает «сопоставить столько символов слова, сколько есть, за которым следует тире, а затем столько символов слова, сколько есть». Однако, хотя это соответствует «san-dc01», оно не соответствует «cat». В строке «кошка» нет символов «-», за которыми следуют символы.

Добавленное нами регулярное выражение «-\w+» соответствует строке только в том случае, если символ «-» является частью строки. Кроме того, «\w+» означает «соответствие одному или нескольким числам». Другими словами, «\w+» означает «сопоставить хотя бы один символ слова с любым их количеством». Таким образом, нам нужно использовать здесь «\w*», чтобы указать, что часть строки «dc01» может не всегда существовать. Нам также нужно использовать «-*», чтобы указать, что «-» может не всегда существовать в строке, которую нам нужно сопоставить.

Таким образом, это должно работать для разбора обеих строк:

\w+-*\w*

К настоящему моменту вы, возможно, уже заметили кое-что еще важное о регулярном выражении: обычно существует множество различных шаблонов, которые будут соответствовать одному и тому же тексту.

Иногда я замечаю, что люди высокомерно относятся к своим регулярным выражениям, и эти люди могут насмехаться над вами, если они думают, что вы могли бы создать шаблон покороче или поэффективнее. Оспа в их доме! Не беспокойтесь об этом прямо сейчас. Гораздо важнее, чтобы ваш шаблон регулярного выражения работал, чем чтобы он был коротким или впечатляюще сложным.

Давайте рассмотрим другой способ сопоставления наших строк: вы можете использовать класс символов для сопоставления.

Класс символов определяется с помощью квадратных скобок «[» и «]».Это просто означает, что вы хотите, чтобы регулярное выражение соответствовало всему, что включено в ваш определенный класс.

Это проще, чем кажется! Поскольку наши строки «cat» и «san-dc01» содержат символы, которые соответствуют либо «\w», либо буквальному «-», наш класс символов — «[\w-]».

Теперь мы можем использовать «+», чтобы указать, что наша строка содержит один или несколько символов из класса символов:

[\w-]+

Дополнительные регулярные выражения для разбора журнала

«\d», у меня есть еще несколько регулярных выражений, на которые я хочу обратить ваше внимание.Первый — «\s», так вы сопоставляете пробелы.

«\s» соответствует любому пробельному символу, а «\s+» соответствует одному или нескольким пробельным символам.

Далее, помните, что точка («.») соответствует любому символу. Точка становится особенно мощной, когда вы комбинируете ее со звездой («*»). Помните: звездочка означает совпадение 0 или более символов. Таким образом, «точка-звезда» («.*») будет соответствовать любым символам столько раз, сколько они встречаются, включая отсутствие совпадений. Другими словами, «.\d]+» означает сделать наоборот или сопоставить все , кроме для любого цифрового символа!

Примеры синтаксического анализа журнала

Вернемся к тому, с чего мы начали, пытаясь проанализировать поле msg из наших журналов:

  10 мая 12:43:12 SECRETSERVERHOST CEF:0|Thycotic Software|Secret Server|10.9.000002 |500|Системный журнал|7|msg=С сервером невозможно связаться. rt=10 мая 2021 12:43:12
10 мая 12:43:41 SECRETSERVERHOST CEF:0|Thycotic Software|Секретный сервер|10.9.000002|500|Системный журнал|7|msg=Сервер RPC недоступен.rt=10 мая 2021 12:43:41
  

Вы скопировали и вставили эти строки журнала в тестер регулярных выражений? Если нет, то сделайте это сейчас.

Нам нужно разобрать литеральную строку «msg=». Эти литералы в строках журнала часто являются «ключевой» частью пары ключ-значение и иногда называются якорями вместо литералов, поскольку они одинаковы в каждой строке журнала. Чтобы проанализировать их, вы обычно указываете литеральную строку для сопоставления.

Далее нам нужно прочитать следующее значение.У вас есть несколько разных подходов, которые вы можете использовать здесь. Обычный способ анализа значения — прочитать все, что следует, до следующего литерала или привязки. Помните: есть много способов сделать это, но ваше регулярное выражение может выглядеть так:

msg=.*rt=

Кстати, если вы знакомы с регулярным выражением, вы знаете, что жадный «*» создает неэффективный синтаксический анализ. правила, но давайте не будем слишком беспокоиться об этом прямо сейчас. Однако тонкость этого заключается в том, что вы никогда не должны использовать точку-звезду («.*») для правил синтаксического анализа. Однако это полезно для поиска и попытки выяснить структуру журнала.

Другой способ прочитать значение — использовать класс символов:

msg=[\w\s\.]+rt=

Давайте разберем класс символов, чтобы точно определить, что указано. «\w» означает совпадение с любым символом слова. «\s» означает соответствие любому пробелу. Нам также нужно сопоставить литеральную точку, так как она появляется в значении msg, но точка или точка имеют особое значение в регулярном выражении. Когда символы имеют особое значение в регулярном выражении, например косая черта, квадратные скобки, точка и т. д., их необходимо «экранировать», что вы делаете, помещая перед ними обратную косую черту («\»).Поэтому, чтобы соответствовать периоду, нам нужно использовать «\». в классе персонажей.

Помните: определение класса символов означает, что вы хотите сопоставить любой символ, определенный в классе, а «+» в конце класса означает «соответствие одному или нескольким из этих символов». В этом случае «[\w\s\.]+» означает «соответствовать любому символу слова, любому пробелу или точке столько раз, сколько встречается». Сопоставление остановится, когда следующий символ в последовательности не является символом слова, пробелом или точкой ИЛИ, когда будет найдена следующая часть регулярного выражения.Следующая часть регулярного выражения — буквальная строка « rt=» , поэтому регулярное выражение будет извлекать « [\w\s\.]+» символов, пока не дойдет до « rt=» .

Наконец, есть еще один синтаксис регулярных выражений, который полезно понимать при использовании регулярных выражений с InsightIDR, — это использование групп захвата. Группа захвата — это то, как вы определяете имена ключей в регулярном выражении. Группы захвата на самом деле гораздо больше, но давайте сузим наше внимание до того, что нам нужно знать для их использования с InsightIDR.Чтобы указать именованную группу захвата для наших целей, используйте следующий синтаксис:

(?Pputyourregexhere)

Регулярное выражение, которое вы помещаете в группу захвата, используется для чтения значения, которое будет соответствовать «keyname ». Давайте посмотрим, как это работает с нашими журналами.

Допустим, у нас есть несколько журналов в формате пары ключ-значение (KVP), и мы хотим определить и проанализировать ключ «msg». Мы знаем, что это регулярное выражение соответствует нашим журналам: « msg=[\w\s\.]+rt= ». Теперь нам нужно сделать еще один шаг и определить ключ «msg» и его значения.Мы можем сделать это с помощью именованной группы захвата:

msg=(?P[\w\s\.]+)rt

Давайте разберем это. Мы хотим прочитать литеральную строку «msg=», а затем поместить все после нее в группу захвата, остановившись на буквальной строке «rt=». Группа захвата определяет ключ, который вы также можете представить как «имя поля», как «msg»: « (?P» .

Если бы мы хотели проанализировать имя поля как что-то другое, мы могли бы указать это между «<>».Например, если бы мы хотели, чтобы имя поля было «сообщение» вместо «msg», мы использовали бы: « (?P ».

Следующее регулярное выражение — это то, что мы хотим прочитать для значения часть нашей пары ключ-значение. Другими словами, это то, что мы хотим извлечь для «msg». Мы уже знаем из нашей предыдущей работы, что класс символов «[\w\s\.]» соответствует нашим журналам, вот что используется для этого регулярного выражения

В этом блоге мы исследовали синтаксис регулярного выражения, который нам нужен для InsightIDR, и использовали общий инструмент для проверки наших регулярных выражений.В следующем блоге мы будем использовать то, что мы рассмотрели здесь, для написания собственных правил синтаксического анализа в InsightIDR с использованием пользовательского инструмента синтаксического анализа в режиме редактора регулярных выражений.

Узнайте больше о максимально эффективном использовании редактора регулярных выражений во второй части этой серии блогов.

Как компьютеры разбирают слова с неоднозначным значением?

Если вы один из 2,4 миллионов подписчиков в Твиттере импресарио Hamilton Лин-Мануэля Миранды, вы ожидаете восхитительного потока наблюдений, в том числе твитов с записью разговоров с его сыном Себастьяном, которому сейчас 3 года.Ранее в этом месяце Миранда предложила один такой обмен под названием «S’MORES. Реальная одноактная пьеса».

Я: Итак, это зефир, но ты будешь есть его с этим крекером и шоколадом.

[Мой сын смотрит на меня так, будто я самый тупой человек на свете.]

Себастьян: Нет, я съем это РОТОМ.

[Конец игры.]

Очаровательный кусочек жизни, что и говорить. Но в этом кратком разговоре юный Себастьян Миранда также непреднамеренно наткнулся на своего рода двусмысленность, которая многое говорит о том, как люди изучают и обрабатывают язык, и о том, как мы можем научить компьютеры делать то же самое.

Неверная интерпретация, на которой держится история о s’mores, скрывается в скромном предлоге с . Представьте, сколько вариантов можно закончить это предложение:

Я собираюсь съесть этот зефир с…

объект предлога с . Но если вы хотите разделить зефир с другом, вы можете сказать, что собираетесь съесть его «с моим приятелем Чарли».Если вы только неохотно едите этот зефир, вы можете сказать, что собираетесь есть его «с большой неохотой». Или вы можете сказать «моими руками» (или «моим ртом», как молодой Себастьян), если вы сосредоточены на способе еды.

Каким-то образом носители английского языка осваивают эти многочисленные варианты использования слова с , и никто специально не разъясняет это слово для них. По крайней мере, так обстоит дело с носителями языка — на уроках английского как иностранного учитель, скорее всего, разберет эти нюансы.Но что, если вы хотите предоставить такое же лингвистическое образование машине?

Случилось так, что всего через несколько дней после того, как Миранда отправила свой твит, специалисты по компьютерной лингвистике представили доклад на конференции, в котором выяснялось, почему такой неоднозначный язык является сложной задачей для компьютерной системы. Исследователи сделали это с помощью онлайн-игры, которая служит удобным введением в интересную работу, проводимую в настоящее время в области обработки естественного языка (NLP).

Игра под названием Madly Ambiguous была разработана лингвистом Майклом Уайтом и его коллегами из Университета штата Огайо.В нем вам дается задание: поставить в тупик бота по имени Мистер Компьютерный Голова, заполнив пропуск в предложении Джейн съела спагетти с ____________ . Затем компьютер пытается определить, какой тип с вы имели в виду. Игривые изображения доводят до конца суть. В предложении Джейн ела спагетти вилкой , мистер Компьютерный руководитель должен понять, что вилка — это посуда, а не то, что едят помимо спагетти.

Ajda Gokcen

Аналогично, если предложение Джейн ела спагетти с фрикадельками , должно быть очевидно, что фрикадельки являются частью блюда, а не инструментом для поедания спагетти.

Ajda Gokcen

В дополнение к этим двум возможностям существительное (или словосочетание), следующее за и , может также указывать способ ( Джейн ела спагетти с удовольствием ) или компанию ( Джейн ела спагетти с Мэри ).

Мистер Компьютерный Голова пытается провести различие между этими потенциальными семантическими ролями двумя способами. В базовом режиме программа использует подход, основанный на правилах, который традиционно использовался в НЛП, сначала обнуляя главное существительное, а затем просматривая его в семантической базе данных под названием WordNet.Если существительное классифицируется как артефакт, то компьютер предполагает, что роль инструментальная (например, развилка ). Если это вид еды, то предполагается роль части блюда (например, фрикадельки ). Если существительное кажется своего рода чувством, то оно соответствует роли манеры (например, gusto ). Если это что-то еще, мистер Компьютерный Голова предполагает, что это существительное относится к компании, которую Джейн составляет, пока ест спагетти.

В расширенном режиме Mr. Computer Head использует более передовую технику НЛП, известную как встраивание слов.В этом подходе слова и фразы отображаются в геометрическом пространстве, известном как векторное пространство, которое фиксирует степени сходства между различными словами в корпусе (большой коллекции текстов). Подобные слова кажутся ближе друг к другу в векторном пространстве. Мистер Голова Компьютера сопоставляет слова во входной фразе с группами слов, соответствующими различным возможным интерпретациям — скажем, комбинация инструментов, группа манер и так далее.

Уайт представил результаты исследования команды Madly Ambiguous на ежегодной конференции Североамериканского отделения Ассоциации вычислительной лингвистики: технологии человеческого языка.Они обнаружили, что как базовый, так и расширенный подходы работают довольно хорошо, несмотря на то, что пользователи пытаются поставить систему в тупик. С тех пор как игра была запущена около года назад, Mr. Computer Head совпадал с оценками пользователей в 64 процентах случаев в базовом режиме и в 70 процентах случаев в расширенном режиме. Если вы введете, например, «этот крекер Грэма и шоколад», оба режима правильно распознают, что эта фраза должна быть частью блюда, а не каким-то способом еды, как, казалось, думал Себастьян в истории о s’mores.

Компьютерная система никогда не может быть идеальной, поскольку некоторые неясности не могут быть устранены с помощью какого-либо формального анализа. В предложении Джейн ела спагетти с удовольствием , относится ли удовольствие к приправе или к восторженному удовольствию? Интерпретация удовольствия может иметь больше смысла, если вы знаете из реального мира, что релиш не является типичной приправой для спагетти. Но если бы предложение было Джейн с удовольствием съела хот-дог , двусмысленность была бы еще более явной.

По правде говоря, люди все время садятся на мель из-за неоднозначного языка. Взгляните на заголовок Associated Press: «Верховный суд вынес узкое решение в отношении пекаря из Колорадо, который не готовил однополый свадебный торт». Когда Дональд Трамп-младший столкнулся с этим предложением в Твиттере, он неправильно истолковал слово как узкое . «Я читаю о голосовании 7–2. Уверен, что не узко», — написал он в Твиттере. Если бы он удосужился прочитать дальше заголовка, то узнал бы, что решение было принято на узких основаниях, хотя само голосование не было узким.

Контекст действительно является ключом к разрешению большей части лингвистической двусмысленности, и Себастьян Миранда постепенно усвоит этот урок. Он также узнает, что «есть что-то ртом» — это не то, что люди обычно указывают. (Если бы г-н Компьютерный Голова искал такое употребление в корпусе, оно, скорее всего, было бы найдено только в определенных выражениях, таких как риторический вопрос после того, как кто-то сказал что-то непристойное: «Вы едите этим ртом?»)

Для вычислительных систем, чтобы лучше справляться с проблемами двусмысленности языка, исследователи НЛП должны будут вооружить их теми же типами контекстуального мышления, которые развивает молодой Себастьян.

Об анализе • VIDA: Женщины в литературном искусстве

Несколько месяцев назад на веб-сайте литературного журнала Tin House была опубликована смелая статья Клэр Вэй Уоткинс « О Пандерине г». Я наблюдал, как это взорвало мою ленту в социальных сетях, которой поделились многие коллеги-писатели, особенно женщины-писатели. Фактически, к тому времени, когда я попытался войти в систему, чтобы прочитать статью несколько часов спустя, сайт рухнул из-за большого количества трафика. Ошеломляющая реакция наряду с моей собственной противоречивой реакцией странным образом напомнила мне то, что я испытал несколько месяцев назад, когда услышал лекцию Уоткинс (тогда она называлась «Как писать как мужчина »), участвуя в летнем писательском семинаре того же журнала.

Это был сеанс откровения, окрашенный духовной аурой, отчасти потому, что ее речь была произнесена в часовне кампуса. Ее статья посвящена ее собственной борьбе за то, чтобы найти и оценить свой собственный голос как белой писательницы перед лицом векового и повсеместного патриархата и женоненавистничества в литературе. Она не только взялась за старых белых мужчин, живых и мертвых, чьи произведения и голоса доминировали в литературном истеблишменте. Она взяла на себя предполагаемое женоненавистническое поведение относительно известного белого писателя и редактора по отношению к ней.

Я был знаком как с литературой, так и с репутацией рассматриваемого писателя-мужчины. Я слышал о его странном поведении, поэтому не сомневался в ее показаниях. Во всяком случае, я был впечатлен ее откровенностью и смелостью, учитывая, насколько маленьким и взаимосвязанным часто кажется литературный мир. Но я также знал, что он создал The Rumpus, один из самых прогрессивных литературных веб-сайтов, у которого хватило предусмотрительности привлечь на борт Шерил Стрэйд, чуткого обозревателя литературных советов, и Роксану Гей, редактора научно-популярной литературы и автора нескольких статей. лет назад, прежде чем они оба стали двумя самыми популярными и уважаемыми феминистскими голосами современности.В то время Гей была одной из немногих женщин-цветных редакторов в шапке литературного журнала, и эта тенденция сохраняется и сегодня. Также важно отметить, что заголовок журнала, в котором публиковался Уоткинс, не отличается расовым разнообразием

.

Как цветная женщина-писательница, я сидела на скамьях, воспринимая все это, ее слова прерывались вздохами, смехом и аплодисментами публики, большинство из которой составляли белые писательницы. Я хотел испытать такой же непристойный энтузиазм, как и они, но не мог.И злилась на себя за это. Уоткинс закончила свою речь пламенным манифестом: «Давайте сожжем эту чертову систему дотла и построим что-нибудь получше» — весь зал взорвался бурными аплодисментами, криками и возгласами. Я был вынужден подняться на ноги и хлопнуть в ладоши, хотя я не мог избавиться от ощущения, что праздник принадлежит больше другим женщинам в комнате, чем мне. По сути, женщина наполовину приветствовала свержение патриархата, но цветная наполовину чувствовала себя второстепенной в этом праздновании.

Я привыкла читать работы белых писателей-феминисток, которые ссылаются на свой собственный опыт и опыт других белых феминисток и экстраполируют его, чтобы представить весь феминистский опыт без оговорок по классу или расе. Однако в своей статье Уоткинс сослалась на опыт цветных писателей, в том числе тот, который заставил ее осознать свою «невидимую мантию белых привилегий». Но в глубине души я чувствовал некоторую пустоту в этих ссылках — как будто значимость и актуальность этих людей были связаны исключительно с их личностью и тем, как они связаны с личностью Уоткинса.Уоткинс сослалась на их личность и опыт, чтобы подчеркнуть ее относительную привилегию как белой писательницы, но не стала углубляться дальше своего плаща и даже призналась: «Я хочу развидеть это, снова сделать невидимым, и обычно я это делаю, потому что он чувствует себя лучше. У меня есть такая привилегия. Другие нет».

Хотя честность Уоткинс в том, что она испытывает дискомфорт от собственной привилегии, заслуживает похвалы, она также затрагивает одну из основных проблем, связанных с произведением и реакцией на него многих людей: когда белая женщина пишет о переживаниях цветных людей. особенно по отношению к ней самой, признавая ее привилегию, ее обычно называют смелой и сострадательной.Однако, когда цветной человек пишет о своем опыте по отношению к основному населению, это часто рассматривается исключительно как недовольство.

Женщины-писатели долго боролись за то, чтобы их произведения ценились, даже прибегая к написанию под мужским псевдонимом, эффективно жертвуя своей женской идентичностью ради своей писательской идентичности — в то время эти две вещи были взаимоисключающими. Статья Уоткинс показывает, что даже сегодня всепроникающая сила патриархата в литературе по-прежнему формирует взгляды и голоса женщин-писателей до тех пор, пока они не изучат явное и неявное патриархальное влияние на свою работу и не решат перестать потворствовать им.Они тяготеют к чтению в основном писателей-мужчин или бессознательно подражают стилю писателей-мужчин?

Однако белые писательницы имеют значительное преимущество перед цветными писательницами, когда дело доходит до публикации: согласно недавнему демографическому исследованию издательского сектора, большинство людей, работающих в издательском деле, на всех уровнях, белые и женщины, что делает гораздо более вероятным, что они относятся к письмам других белых женщин и ценят их. Теперь, когда это исследование сделало видимой эту давно подозреваемую тенденцию, будет ли она продолжать оставаться коллективно незамеченной и неисправленной, чтобы большинство участников могли чувствовать себя лучше?

О сводничестве также напомнил мне о семинарах, где белые писатели включали цветных людей в качестве основных персонажей, но они оставались безымянными или лишенными физического описания.Таким образом, они были ходячими противоречиями, критическими сюжетными приемами, которые так и не достигли какой-либо человечности, потому что они просто строились вокруг идентичности, а не личных характеристик. В конечном счете, Уоткинс признает только бремя и маргинализацию, которые приходят с идентичностью цветных писателей, но не уникальные возможности, которые они получают, когда используют это бремя, как она в конце концов делает в конце своей статьи. Их основная цель в ее статье — проиллюстрировать ее привилегию и привилегию ее собратьев-белых писателей.

Между тем, уничтожая канон белого мужчины, Уоткинс возводит на его место канон белой женщины, хотя и модный, обновленный, наполненный женщинами-звездами панк-рока и комиками, опубликовавшими мемуары в прошлом году — Патти Смит, Кэрри Браунштейн, Ким Гордон, Салли Манн и Эми Полер. Но прошлый год был также годом, когда муза панка Грейс Джонс и бесстрашный комик Минди Калинг написали собственные мемуары. Эта замена одного списка другим натолкнула меня на мысль, что ее призыв сжечь канон сродни созданию нового фестиваля Burning Man, такого же неразнообразного, как тот, который мы имеем сейчас.

Только когда я сел поговорить с другими цветными писателями о речи Уоткинса, о которой все гудели, я смог разобраться в своих чувствах. Другие писатели также выразили ноющее недовольство разговором, ощущение, что он не совсем им подходит. Помню, я сказал, что думал, что лекция олицетворяет собой прогресс, потому что она ссылается на опыт цветных людей, даже если эти ссылки были пустыми. Далее я отметил, что пять лет назад маловероятно, чтобы лекция включала какие-либо упоминания о цветных людях.

Ориентироваться в писательском мире в качестве цветной писательницы — сложная задача. Иногда вы находите конфликт в том самом пространстве, в котором нашли сообщество, вы находите боль в том самом человеке, которого вы нашли вдохновением. Всего несколько недель назад я читал последний номер литературного журнала, в котором есть работы нескольких друзей-писателей. Я перелистывал страницы, наслаждаясь их работами, и был в восторге, обнаружив блестящие работы писателей и поэтов, о которых раньше не знал. Затем я перевернул страницу и ощутил прилив узнавания — это было стихотворение Майкла Деррика Хадсона, белого поэта, взявшего себе псевдоним И-Фен Чоу, потому что он утверждал, что это верный путь к публикации.Я заставил себя прочитать его стихотворение, потому что хотел увидеть и понять поэзию, исходившую от человека, действия которого я находил столь неприятными. Мне это не понравилось. Меня не впечатлили его структурные или тематические элементы, но меня всегда будут мучать сомнения, правильно ли я его прочитал.

Два года назад я был единственным цветным человеком на семинаре документальной литературы, организованном тем же журналом, в котором была опубликована статья Уоткинса. Хотя я заметил отсутствие культурного разнообразия, я надеялся, что это не будет барьером, поскольку я работал над биографией американской художницы индийского происхождения, которую история упустила из виду.Мои коллеги-белые писательницы сказали мне, что для того, чтобы они погрузились в ее повествование, мне нужно было вызвать запах коровьего навоза и манго, которые, по их мнению, были символами жизни в Индии. Мне также сказали удалить все ее цитаты, но оставить цитату Джеймса Джойса. И хотя я видел и слышал всевозможные критические замечания на семинарах, направленные на других и на себя, даже я был удивлен отсутствием культурной чувствительности и удивлялся, почему это никого не поразило, включая белую женщину-инструктора.После семинара я заставил себя еще раз просмотреть их критику. Я понял, что мне не нужно было удалять ее цитаты, что только еще больше стерло бы ее голос из истории, а мне нужно было лучше справляться с ними. Пытаясь расставить приоритеты в ее голосе, я рисковала потерять ее историю. Я не был благодарен своим коллегам-писателям за это осознание, но я был благодарен за опыт, хотя и оскорбительный, который привел меня к этому пониманию.

Помимо этого семинара, я был рад увидеть лекцию по учебной программе под названием За пределами сочувствия; Преодолевая классовые, расовые и субкультурные клише .Его прочитала белая писательница, и хотя это само по себе не было проблемой, лекция была. Она, казалось, смешивала препятствия, стигмы и стереотипы классовой, сексуальной, расовой и культурной идентичности с теми, с которыми сталкиваются люди, которые изображают из себя пиратов. Я был глубоко разочарован и не мог отделаться от ощущения, что значимая возможность исследовать эти вопросы была упущена, особенно с учетом того, что я переживал на своем собственном семинаре. Во время периода вопросов и ответов я набрался смелости, чтобы задать вопрос.«Как мы исследуем и устраняем стереотипы расы и идентичности, если расовая и культурная идентичность персонажей не развита? Я был ошеломлен кратким ответом, который пришел ко мне. — Ну, я не верю в полицию. Я покинул лекцию, уязвленный ее откровенной неадекватностью, но благодарный за разнообразную когорту моих друзей-писателей, которые чувствовали то же самое. Правда в том, что тот же семинар, которому не хватало расового разнообразия и культурной чувствительности, также познакомил меня с вдохновляющими цветными писателями, включая Мануэля Гонсалеса, майора Джексона, Луиса Альберто Урреа и Натали Диас.

Точно так же, как прошлым летом я чувствовал себя обязанным встать и аплодировать в часовне, я теперь обнаружил, что делюсь на Facebook Уоткинсом О сводничестве , отмечая его важность для выявления повсеместного патриархата и женоненавистничества в литературе. И, как и раньше, я чувствовал себя немного неискренним. К счастью, я наткнулся на ответы в социальных сетях от таких писателей, как Порочиста Хакпур, Роксана Гей и Марлон Джеймс, некоторых из цветных писателей, которыми я больше всего восхищаюсь за их творчество, а также за их взгляды на то, чтобы быть цветными писателями.Их ответы подтвердили мое недовольство статьей и предложили проницательный анализ. Как молодому сорокаоднолетнему писателю, который пятнадцать лет работал над социальными изменениями, затрагивая самые разные вопросы: от бездомности до неравенства в состоянии здоровья и расовой справедливости, я не должен нуждаться в словах цветных коллег-писателей, чтобы подтвердить свое собственное понимание. и опыт, но я сделал. На следующий день я стер свой пост и написал новый, объясняя, почему я удалил его, а также мой реальный опыт и смешанные чувства по поводу этого произведения.

Хотя поначалу мне было неловко размещать этот заменяющий пост, вскоре я почувствовал, что моя совесть очищена, как описывает Ганди, когда ваши мысли, слова и действия находятся в гармонии. Вскоре я начал получать положительные подтверждения от нескольких других цветных писателей, которые признались, что у них были подобные опасения, когда они читали это произведение. Все больше и больше писателей присоединялись, благодаря меня за мою честность, и мы обсуждали как его положительные стороны, так и недостатки.

В конце концов, я частично согласен с лектором по поводу полицейской деятельности. Полиция, в которую я больше всего верю, — это самоконтроль, когда писатели осознают и задействуют свои слепые пятна в отношении расы. Но помимо этого, я считаю, что все писатели, в том числе и я, должны задействовать то, что Жюно Диас называет слепыми пятнами, имеющими форму нас самих, — пятнами, сформированными всеми слоями нашей идентичности. И в своем письме я пытался соответствовать важному призыву Уоткинса «использовать наши слова и наши взгляды, чтобы сделать невидимое видимым.Скажем правду». Все остальное было бы потворством.

~~~

Кавита Дас пятнадцать лет работала в сфере социальных изменений, занимаясь самыми разными вопросами: от бездомности до неравенства в общественном здравоохранении и, совсем недавно, расовой справедливости, и теперь она сосредоточена на написании статей о культуре, расе, социальных изменениях, феминизме и их пересечениях. Она пишет для NBC News Asian America, The Rumpus и The Aerogram, а ее работы публиковались в The Atlantic, Apogee Journal, Guernica, xoJane, The Margins, Quartz, The Feminist Wire, Colorlines, The Sun и других изданиях.Она также работает над биографией индийской певицы Лакшми Шанкар, номинированной на премию «Грэмми», которая помогла распространить индийскую музыку на Запад. Кавита живет в своем родном городе Нью-Йорке и в твиттере: @kavitamix

.

Без лишних слов, не анализирует предложения

Солнце | Forum

Ники Капсамбелис, Associated Press — 14 февраля 1999 г.

ГОРА ЛИВАН, Пенсильвания.- Быстрее, чем быстрое наречие, сильнее, чем междометие, способное одним прыжком перепрыгивать неправильные причастия прошедшего времени — это Мэри Ньютон Брудер, Грамматическая Леди!

Она вооружена последними справочниками и букварями 1910-х годов. Ее стремление поддерживать вежливость населения бросает вызов угасающему интересу к правилам правильного английского языка. Учителя, утверждает она, плохо подготовлены для привития грамматических навыков, которые считались само собой разумеющимися поколение назад.

Ее цель — очистить национальную грамматику, по одному говорящему за раз.

59-летняя Брудер ведет свою колонку Grammar Lady, обновляет свою страницу в Интернете (www.grammarlady.com) и отвечает на бесплатную горячую линию Grammar из своего домашнего офиса в Маунт-Ливан, пригороде Питтсбурга. Она запустила горячую линию в 1998 году, а веб-сайт — весной 1997 года.

Звонки поступают со всей страны: руководители предприятий, секретари, ведущие ток-шоу на радио, потенциальные поэты, чье чувство романтики более утонченное, чем их смысл модификаторов.

«Кто-то хотел знать, является ли выражение «Я очень сильно люблю ее» тем же, что и «Я очень сильно ее люблю», — сказал Брудер.

Ее горячая линия — это ее мобильный телефон, и она делится своей мудростью отовсюду — в очереди за продуктами, в книжном магазине, на парковке. Если она не может ответить на месте, она записывает вопрос, чтобы изучить его позже.

Только не проси ее рисовать предложения. По ее словам, как и чрезмерное заучивание существительных, глаголов и наречий, это одна из задач, которая убивает стремление выучить грамматику в раннем возрасте.

«Если вы можете это сделать, вам это не нужно», — сказал Брудер.«И если вы не можете этого сделать, это так эмоционально истощает и расстраивает».

Базовая грамматика — определение и правильное использование частей речи — и так достаточно сложна, сказала она. «Это так чертовски скучно. Вот почему грамматика получает дурную славу».

Когда-то ее колонка была опубликована в горстке газет по всей стране, а теперь выходит еженедельно в Pittsburgh Post-Gazette и Chattanooga (Tenn.) Free Press. У нее также есть книжный контракт. «Грамматистка: ты умнее, чем ты думаешь» выйдет следующей осенью.

Брудер, бывшая учительница английского языка в средней школе и профессор колледжа со степенью доктора лингвистики, посвятила свою жизнь искусству хорошего языка и науке его преподавания. Она считает, что общее снижение качества школ помогло ей занять себя.

«Кажется, в школах никому нет дела, а если школам все равно, то почему детям?» — сказала она, добавив, что, как и в случае с грамматикой, «Правописание вылетело из окна».

Базовая грамматика должна быть усвоена к шестому классу, сказал Брудер, у которого есть дочь, которая учится в колледже.Родители могут помочь, настаивая на том, чтобы их дети говорили дома на стандартном английском, потому что основные языковые модели формируются к тому времени, когда ребенку исполняется 6 лет.

«У детей, которые плохо говорят, когда они идут в школу, » она сказала.

Не все дети, обучающиеся на дому, учатся хорошо. Брудер вспоминает, как на горячую линию позвонила одна мать, которая обучала своего восьмиклассника дома.

«Возможно, он знает всю необходимую ему грамматику», — сказал Брудер.

«Нет, не знает», — был ответ.

Tidewater Community College в Вирджиния-Бич, штат Вирджиния, публикует в Интернете список горячих линий по грамматике по штатам. Хотя большинство из них связаны с колледжами или университетами, некоторые из них управляются обычными гражданами, такими как Брудер.

Вирджиния Андервуд управляет горячей линией грамматики для учителей и редакторов на пенсии из своего дома в Чикаше, штат Оклахома.Как и Брудер, она в прошлом преподавала английский язык в средней школе и колледже. И также, как и Брудер, она была побуждена предложить свои услуги после того, как увидела, что базовые грамматические навыки ухудшились.

«Я бы увидела эти действительно вопиющие ошибки, которые не должны совершать люди с высшим образованием», — сказала она. «Нынешнее поколение учителей, какими бы хорошими они ни были, не имеют достойной подготовки. У них недостаточно знаний, чтобы хорошо учить».

По словам Брудера, проблема усугубляется в целом слабым отношением культуры к грамматике. Она указывает на знаменитостей, чье неправильное произношение закралось в разговорный язык.

Когда председатель правления Microsoft Билл Гейтс появился по телевидению со страшной фразой «за мою сестру и меня», Брудер съёжился.

«Проблема в том, что если такие люди, как он, используют его неправильно, в конце концов он станет правильным, и это действительно сводит меня с ума», — сказала она.

Для протокола: «моя сестра и я». Брудер сказала, что неправильное использование слов «я» и «меня» настолько распространено, что у нее были специальные наклейки с надписью «Грамматическая глупость», сделанные специально для этого вопроса, которые она раздавала правонарушителям.

«Некоторое время я была в слезах по поводу «я» и «меня», — призналась она.

И она подводит черту к наложению строгих правил на идиомы.«Лучше он, чем я» — это нормально, потому что «разговорный язык менее формален», — сказала она. «И вы будете звучать как придурок, если скажете: «Лучше он, чем я».

Бесплатная горячая линия The Grammar Lady: (800) 279-9708.

Разбор приматов: бабуины учатся распознавать разницу между настоящими и вымышленными английскими словами

Бьюсь об заклад, вы можете слушать то, что они говорят, даже если некоторые вещи будут разобраны.

В своей докторской диссертации Грэм Роулинсон из Ноттингемского университета показал, что если перепутать внутренние буквы слова, но сохранить положение граничных букв, люди все равно смогут прочитать слово с большей легкостью, чем можно было бы ожидать.Язык стандартизирует расположение букв в словах — то, что лингвисты называют орфографией, а в просторечии — правописанием, — но очевидно, что человеческий мозг может справиться с небольшим беспорядком.

Но что, если вы не знаете, как писать? Что делать, если вы никогда раньше не видели письменных слов? А если ты бабуин? Ученые впервые научили бабуинов различать английские слова и цепочки букв, которые не составляют настоящих слов. Исследователи пришли к выводу, что без каких-либо предварительных знаний о письменном языке приматы научились идентифицировать отдельные английские буквы и какие виды буквенных комбинаций отличают настоящий английский язык от бессмысленных слов.Новые результаты показывают, что некоторые способы понимания письменной речи человеческим мозгом не зависят от предыдущего опыта работы с письменной или устной речью. Вместо этого, когда мы учимся распознавать буквы и слова, наш мозг может использовать схемы, которые эволюционировали для распознавания объектов в нашем окружении.

Джонатан Грейнджер из Экс-Марсельского университета во Франции и его коллеги обучили шесть бабуинов отличать четырехбуквенные английские слова от бессмысленных строк, состоящих из трех согласных и одной гласной.Бабуины сидели перед сенсорным экраном, на котором появлялось реальное или бессмысленное слово, за которым следовал овал и крестик. Используя пшеничные гранулы в качестве награды, исследователи научили бабуинов касаться овала, когда появлялось настоящее слово, и креста, когда буквы образовывали только тарабарщину. Полтора месяца спустя бабуины научились отличать целых 308 истинных английских слов от бессмысленных строк с почти 75-процентной точностью. Исследование опубликовано в выпуске журнала Science от 13 апреля.

Помните, бабуины понятия не имеют, что означают эти слова. Насколько можно судить, все павианы знают, что на экране есть две категории рисунков: нажатие на овал в ответ на одну категорию и крестик на другую дает пшеничную лепешку. Но Грейнджер и его коллеги также видят свидетельство того, что обезьяны не просто запоминают, какие узоры соответствуют овалу или кресту. Со временем бабуины стали лучше отличать правдивые слова от чепухи.Поначалу требовались сотни испытаний, чтобы бабуины узнали, что, скажем, «оса» и «лапы» относятся к одной категории, а «токл» и «тезп» к другой, но чем больше времени они проводили в обучении, тем быстрее они различали настоящие и вымышленные слова, делая меньше ошибок.

Грейнджер считает, что бабуины постепенно узнали, какие комбинации слогов отличают настоящие слова от поддельных. Дополнительным доказательством этого вывода является тот факт, что ошибки обезьян увеличивались с увеличением степени сходства между бессмысленным словом и тем, которое было написано правильно.Грейнджер показал это с помощью стандартной меры «орфографического сходства» под названием OLD20, которая количественно определяет, насколько порядок букв в одном слове похож на порядок букв в другом слове, путем подсчета количества замен, удалений, вставок и обменов, необходимых для преобразования. первое слово во второе. Чем ниже показатель OLD20, тем более похожи два слова. Бабуины сделали больше всего ошибок с бессмысленными словами, которые имели низкие баллы OLD20.

Поскольку бабуины никогда не учились читать, соединяя написанные слоги с разными звуками речи — именно так большинство детей приобретают этот навык, — Грейнджер подозревает, что обезьяны относились к слогам как к компонентам любого другого визуального объекта, например, полки книжного шкафа. или ручку кружки.Однако он подчеркивает, что это только одно объяснение и что его новые выводы носят предварительный характер. «Большинство людей согласится с тем, что опытные читатели зависят от предыдущих знаний и опыта, чтобы читать написанные слова, — говорит он, — и хотя мы думаем, что это правда, мы думаем, что это только часть истории. Буквы — это части слов, то же самое». Таким образом, ноги являются частью стола Когда мы кодируем информацию о буквах и их приблизительном положении, мы можем имитировать то, что мы делаем при обычном распознавании объектов.

Колин Дэвис, психолог, изучающий языковую обработку в Лондонском университете Ройял-Холлоуэй, говорит, что успех бабуинов «действительно выдающийся». в значительной степени визуальный или степень, в которой он полагается на фонологию — получение звуков из букв. Это исследование вносит большой вклад в решение этой дискуссии. Хотя возможность использовать фонологический код полезна, это не является обязательным».

Гимназия за скандал: Роув подозревается в разборе

Барбара Парти написала, чтобы привлечь внимание к цитате из статьи Энн Корнблут от 17 июля 2005 г. в Нью-Йорк Таймс «Незаменимое: есть ли у него срок годности?»:

Один бывший республиканский чиновник, сохраняющий тесные связи с Белым домом, заявил, что удержание г-на Белого дома может повлечь за собой политические издержки.Роув на борту, даже если выяснится, что он не сделал ничего противозаконного. «Если Карл выживет, он сделает это за политический счет президента», — сказал бывший чиновник, который говорил на условиях анонимности, потому что не хотел, чтобы его считали нелояльным по отношению к г-ну Роуву.

«Джордж Буш-младший вступил в должность, обещая два принципа, которые сейчас соревнуются: откровенный разговор, отсутствие разбора — и лояльность», — сказал бывший чиновник. «Он должен выбрать либо верность, либо откровенный разговор.Он не может делать и то и другое.» [выделено мной]

Комментарий Барбары: «Если только «разбор» не стал означать «игру в сложные лингвистические игры» или что-то в этом роде, я не понимаю, почему не разбор должен быть добродетелью!»

Моей первой реакцией было то, что приятно видеть, что интересам лексикографов уделяется такое внимание в СМИ. Политика NYT в отношении конфиденциальных источников новостей гласит в части

.

Использование неустановленных источников допускается только в тех случаях, когда газета не может иначе напечатать информацию, которую она считает надежной и заслуживающей освещения в печати.

Поскольку содержание цитаты «бывшего республиканского чиновника» является банальным расхожим мнением, кроме этого бросающегося в глаза словоупотребления, то и обоснование ее использования должно быть лексикографическим, верно? Но на самом деле основная информация об этом использовании оказывается общедоступной.

Начнем с того, что OED цитирует устоявшееся использование слова parse для обозначения «тщательного изучения», как в

.

1788 Ф. ГРОУЗ Художественная карикатура 14 Когда вы хотите нарисовать лицо по памяти, вы должны хорошо запомнить его, разобрав его в уме (как это называют школьники), назвав контур и различные виды черт. из которых он построен.
2001 Newsweek 17 дек. 60/1 Наука проанализировала почти каждый ход каждого олимпийского соревнования и выяснила, что должны сделать спортсмены, чтобы вернуть себе золото.

Поискав сегодня утром в новостях Google на предмет журналистского использования синтаксического анализа, я нашел несколько примеров такого рода, например:

Кресло-защитники по всему округу Старк анализируют возможную судьбу завода Hoover в Северном Кантоне.

Обожаю этих разбирающих квотербеков! Но в воздухе витает новый смысл синтаксического анализа, который, по-видимому, требует очень тщательного рассмотрения значения слов и фраз либо для того, чтобы спроектировать их так, чтобы они в первую очередь вводили в заблуждение, либо для того, чтобы объяснить или извинить их в ретроспективе:

Том Танкредо сожалеет о том, что сказал? О, пожалуйста.Он разбирает то, что он сказал, до самой сути. (Новости Скалистых гор, 20.07.2005 — ссылка)

Существует также словосочетание «юридический анализ» или «юридический анализ», который связывает такое поведение конкретно с адвокатами или поведением, подобным адвокату, и может применяться как к делам, так и к словам:

Чего бы еще мистер Дейли ни сделал для Чикаго — а список огромен — скорби, юридического разбора и запоздалых реформ будет недостаточно.

Редакционная статья в Macon Telegraph делает связь между Роувом и анализом под заголовком «Легальный анализ слов оказывает медвежью услугу истине»,

Теперь мы знаем, что когда Клинтон сказал: «У меня не было секса с этой женщиной, Моникой Левински», он юридически анализировал свои слова.Когда в прошлом году Роув сказал о Плейме: «Я не знал ее имени и не слил ее имя», он также юридически анализировал свои слова.

Поскольку почти никто больше не знает о буквальном синтаксическом анализе, неудивительно, что метафорический смысл синтаксического анализа как «очень тщательно изучить, особенно в отношении возможных альтернативных интерпретаций» стал доминировать. Более свежие примеры в re Rove:

Мы затемняем, когда анализируем значение «есть» или «имя», чтобы скрыть наши действия, а не освещать их.
Президент, недовольный моральной двусмысленностью, не может быть доволен необходимостью разбирать значение слова «имя».
Судя по тому, как Вашингтон анализирует эти заявления, Роув должен был паковать чемоданы для возвращения в Техас.

Конечно, сейчас пресса занята поиском способов применить синтаксический анализ к Джону Робертсу:

Когда мы анализируем запись, кажется очевидным, что Робертс считается человеком, который серьезно относится к закону и не будет пытаться издавать законы со скамьи подсудимых.
Мои прогнозы относительно того, как проголосует Робертс, когда он (почти наверняка) доберется до суда, не основаны на внимательном чтении его научных трудов — их почти нет — или анализе его решений в качестве судьи апелляционной инстанции.
Этим утром в блогах сразу же начали анализировать выбор президента Буша Джона Робертса для заполнения места в Верховном суде, оставшегося вакантным из-за выхода на пенсию Сандры Дэй О’Коннор.

admin

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *